Смертельное лекарство
Шрифт:
— На тебе накладную, — сказал кавказец. — Двадцать ящиков «Столичной», десять «Абсолюта», десять «Смирнова».
— Ну счастливо! — попрощался приезжий. Он повернулся, чтобы сесть в машину, и теперь я могла хорошо разглядеть его китель. На плечах приезжего я с изумлением увидела… милицейские погоны! Передо мной стоял капитан милиции. Так вот кто были «ваши»!
Капитан сел в машину, ворота открылись, и… и тут началось нечто такое, чего не ожидали ни я, ни обитатели дома на улице Маркса.
Во двор вбежали три человека с автоматами. Они тут же открыли огонь. Первым упал охранник,
Тут я заметила, что один из нападавших, которого в самом начале ранил капитан, поднял автомат. Я чуть не закричала, чтобы предупредить кавказца (почему-то, сама не знаю почему, мои симпатии в этой схватке были на его стороне), но меня опередил капитан. Он поднял пистолет и выстрелил, его враг рухнул. Весь бой продолжался минуты две, не больше.
Когда выстрелы стихли, стало слышно бульканье. По двору разнесся характерный спиртовой запах — это вытекала из разбитых бутылок водка. Кавказец выгнал из склада прятавшихся там работяг, заставил их вынести из дома одеяло и уложить на него капитана. Быстрыми уверенными движениями кавказец разорвал китель раненого и перевязал его. Из кабины грузовика извлекли труп убитого водителя.
Тут на улице замелькал свет приближавшейся машины. Кавказец взял в руки автомат, работяги бросились в укрытие. Во двор въехала милицейская машина. Я ожидала, что прибывшие кинутся разоружать стоявшего с «калашниковым» в руках кавказца, но ничего подобного не произошло. Выскочивший из «уазика» сержант подбежал к хозяину дома и тревожным голосом спросил:
— Что? Напали? Есть жертвы? Вас задело?
— Меня нет. Капитана сильно ранили. «Скорую» вызвали?
— Сейчас приедет. А кто эти ребята?
— Будем разбираться. Обыщите-ка их.
Сержант кинулся выполнять приказ. Он обшарил карманы лежавших.
— Ничего нет. Только сигареты у одного, а у другого жвачка.
— Не дожевал, — криво усмехнулся кавказец. — Ладно, несите их на ледник. Привезу знающих людей, узнаем, кто такие. А машину их вы не видели?
— На улице вроде нет.
— Станут они прямо у ворот оставлять! На соседних посмотрите!
При этих словах у меня екнуло сердце: Илья! Я стала осторожно отступать вдоль стен назад к забору. Однако, как видно, я делала это недостаточно осторожно — хозяин дома насторожился.
— Постой! — окликнул он сержанта. —
На мое счастье, он неверно определил направление, с которого раздался шорох, и двинулся в другую сторону. Мне хватило этих нескольких секунд, чтобы, уцепившись за веревку, вскарабкаться на стену.
Я уже перебралась на свою лесенку, когда снизу послышался крик:
— Стой, гад! Стой, все равно достану! — Пуля ударила в стену, которую я только что преодолела. В этих условиях думать о снаряжении не приходилось, я бросила и веревку, и лесенку. Ходу, ходу!
Я выскочила на улицу и помчалась налево — туда, где должен был стоять Илья. На перекрестке машины не было!
Неужели он, услышав выстрелы, сбежал? Вообще-то он, конечно, мужик очень осторожный и в серьезном деле я его еще не проверяла, но чтобы так сразу струсить! Я глянула направо, налево… Вон! Вон они — рубиновые огоньки «Москвича»! На следующем перекрестке! Я помчалась еще быстрее. Илья распахнул дверцу, я плюхнулась на сиденье, и он тут же рванул с места.
— Ты почему здесь? Почему не стоял, где я сказала? — набросилась я на Илью.
— Там грязно очень, — оправдывался он. — Я бы с места не стронулся. Это в тебя стреляли? Ты не ранена?
Меня тронула эта забота.
— Стреляли в меня тоже, но не только, потом расскажу. Ты скажи лучше, куда мы едем?
— Как куда? — удивился он. — На шоссе — и домой.
— Не надо нам на шоссе, — покачала я головой. — Туда нельзя. Они нас в два счета догонят. Или, еще лучше, перехватят на КП ГАИ.
— Как это? — не понял он.
— Потом объясню. Давай искать укрытие.
Говоря это, я всматривалась в домишки, мимо которых мы проезжали. Укрытие требовалось найти здесь, в частном секторе, — скоро начнутся пятиэтажки, и спрятаться там будет труднее.
Вот, нашла! То, что надо: покосившийся домик, а главное — ворота нараспашку.
— Заезжай! — скомандовала я Илье.
— Куда? — не понял он. — Сюда? Зачем?
— Сколько вопросов и ни одного дельного! — возмутилась я. — Потом все объясню, я же сказала. Давай заезжай, если жить хочешь.
Жить мой напарник, видимо, хотел, потому что послушно повернул руль, и «Москвич» медленно вкатился во двор. Я тут же бросилась закрывать ворота, однако это оказалось не так-то просто — их не закрывали, должно быть, со времени визита в город войска Емельяна Пугачева. Илья бросился мне помогать. Нет, что ни говори, а иногда мужчины все же бывают полезны: одна створка ворот наконец закрылась. Вторую мы тоже кое-как притворили, после чего укрылись за машиной.
Ждать пришлось недолго. Улица озарилась светом фар, и мимо нас проехал знакомый мне «уазик».
— Так это ж милиция! — воскликнул Илья, разглядев надпись на борту машины. — Может, расскажем? Чего мы прячемся?
— Сиди тихо! — приказала я. — Тут милиции-то и приходится бояться больше всего.
Надо отдать ему должное — соображал он быстро.
— Вот оно что… — протянул мой напарник. — Дело-то еще круче, чем я думал…
— Ну что, переберемся в машину? — предложила я. — Посидим, подождем немного — часика этак три, — а потом потихоньку и поедем.