Смертельно безмолвна - 2
Шрифт:
– Тише, тише, – сбивчиво рычу я, не позволяя ей вырваться. – Скоро он подействует.
Женщина дергается, будто сумасшедшая, извиваясь и выкрикивая мое имя. Вскоре у меня не
остается сил, а этот чертов хлороформ не помогает. Что за дьявол? Я раздраженно
зажмуриваюсь, до скрипа сжимаю челюсть, но ничего не меняется. Ничего! Наконец, меня
одолевает судорога, руки буквально валятся вниз. Я взываю от боли, а Норин Монфор уже в
следующее мгновение оказывается на
– Черт, – потираю вспотевшими пальцами локти, – почему вы еще стоите, мать вашу!
– Ты, – сгорбившись, шипит девушка, растопыривает пальцы и нагибается, готовая в это же
мгновение разодрать мне глотку. Я не видел ничего подобного! Ее лицо становится совсем иным,
бледным, проступают черные, кривые вены, пульсирующие от напряжения.
Она гортанно усмехается, а у меня желудок скручивается от спазма. Что дальше?
Норин Монфор налетает на меня, словно гарпия. Я ловко уворачиваюсь, но она лихо
проходится ногтями по моей спине, и я стискиваю зубы от колючей боли. Черт, как я могу
драться с тетей Ари? Это же безумие. Раздраженно поджимаю губы и разворачиваюсь как раз в
тот момент, когда девушка в очередной раз несется на меня с дикими глазами. Что ж, иного
варианта нет. Подхватываю с тумбочки светильник, и, едва Норин протягивает руки к моему
лицу, огреваю ее им по затылку. Блондинка неуклюже валится вниз, а я морщусь:
– Простите.
Дерьмо. Надеюсь, я не навредил ей. Ставлю светильник на место и присаживаюсь на
корточки, чтобы проверить ее пульс. К счастью, Норин просто отключилась.
– Отлично, вот и поговорили.
Грузно выдыхаю и поднимаю Монфор с пола. Она превратилась в такую худощавую девушку,
что почти ничего не весит. Прямо как Ари. Ари тоже мелкая.
Черт, почему мысли об Ари постоянно атакуют голову? О чем бы я ни думал, что бы ни
пытался сделать, Ариадна появляется перед глазами и портит все, к чему прикасается.
Я спускаюсь по лестнице и слышу, как подростки посвистывают мне вслед. Не знаю, что
именно они пытаются мне сказать своим мычанием, пусть и догадываюсь, что вряд ли это нечто
хорошее. Но мне наплевать. Я криво улыбаюсь и киваю, когда Лорри Фельдман похлопывает
меня по плечу, будто отец, возгордившийся сыном, и недовольно закатываю глаза, едва он
остается позади. Сборище кретинов.
– Мэтт?
Я торможу на очередном повороте и разворачиваюсь, едва не ударив голову Норин о
дверной косяк. Лучше бы не разворачивался.
– Мэтт, кто это? – Джиллианна растерянно морщит нос, разглядывая девушку в моих руках.
Она постоянно морщит нос, когда о чем-то думает. А я постоянно закатываю глаза, когда все
выходит
– Джил? Что ты здесь делаешь?
– Я должна была с тобой поговорить, а ты не отвечаешь на звонки.
– Дела, – бросаю я, нахмурив брови, – времени совсем мало, и я должен...
– Кто это?
– Кто?
– Девушка.
– Какая девушка?
Ладно, строить из себя идиота и дальше попросту глупо.
Джиллианна сплетает на груди руки, а я невинно покачиваю головой.
– Кузина.
– Какая еще кузина?
– У всех есть кузины. Она из По... – Джил выжидающе вскидывает брови. – Из По...
– Польши, – неожиданно с ответом находится Хэйдан, появившийся рядом. И все бы ничего,
если бы в его руках без сознания не находилась Мэри-Линетт. Или точнее смуглая молодая
девушка с короткими, каштановыми волосами.
Джиллианна не дура. Она всегда была умной, потому обманывать ее было трудно. Я
прекрасно понимал, что она в курсе всех моих выдумок, но лгать от этого меньше не стал.
– Из Польши, – повторяет она, наклонив в бок голову. – Серьезно?
– Да, вполне. Это Анна и Катарина, они кузины по линии моего отца, я сам отца даже не
помню, но представляешь, тут оказалось, что есть у меня родственники. Вот только они пить
совсем не умеют. Просились на вечеринку, Мэтт отговаривал. Правда. Но они никого не
послушали, своенравные. Потому что дед у нас еврей, знаешь, он еще иммигрировал из
Германии во время... – Я недовольно откашливаюсь, и Хэрри сбавляет темп. – Во время...
– Второй Мировой войны? – Кивая, спрашивает Джил, и брат улыбается.
– Точно!
Джил тоже улыбается. Ровно несколько секунд. А затем переводит на меня свирепый взгляд
и поджимает тонкие губы; я знаю, что она злится, но еще я знаю, что она больше не имеет на это
права. И поэтому никак не реагирую на ее возмущение.
– И я должна в это поверить? – Восклицает она, взмахнув руками.
– Сомневаюсь.
– Так объяснишь, кто это?
– Нет, Джил. Не объясню.
Такой ответ ее явно не устраивает, она растерянно хлопает ресницами и спрашивает:
– Что?
– Нам нужно уходить. Давай потом поговорим, ладно?
– Нет, не ладно. – Ступив вперед, настаивает девушка. – Это срочно, слышишь?
– Джил, не сегодня
– Черт возьми, Мэттью! Я встречалась с тобой два года, а ты не можешь уделить мне пару
минут? Это же дико. Если я говорю, что поговорить нужно сейчас, значит сейчас.
Светло-голубые глаза Джиллианны Хью пылают недовольством, что случается с ней крайне