Смертельно безмолвна - 2
Шрифт:
– Вот он, – говорит Мэри-Линетт, взмахнув рукой, – вот же он, эй, быстрее.
В горле застревает колючая дрянь. И я пытаюсь сглотнуть ее, но не выходит. Сердце грохочет
в ушах. Перед глазами все плавает, и вижу я только бледное лицо брата, который стоит на дороге
около главного входа в морг. Он растерян. Он ничего не понимает.
– Хэрри, – выдыхаю я, оказавшись рядом. Не верю. Черт возьми! – Хэрри, – сколько бы раз
не повторял его имя, в голове не укладывается,
снова слушать его идиотские шутки! Хочу бегать за ним по городку и хочу вылавливать его, доказывать, что он сходит с ума, ведет себя по-детски.
Хочу даже просто сидеть рядом. И молчать.
Я хватаюсь пальцами за шею брата и тяну на себя. Я никогда не обнимал его. Людям ведь
кажется, что любое проявление чувств – нелепость, и мне так казалось, однако сейчас я не
думаю о том, что есть какие-то правила и принципы, я зажмуриваюсь и хлопаю его по лопатке,
стиснув зубы.
– Привет.
Хэйдан не отвечает. Не поднимает рук. Стоит, будто оцепенел и не двигается. Когда я
отстраняюсь, взгляд у него все еще направлен вперед, а в глазах плавает недоумение. Не
понимаю, что с ним и невольно перевожу взгляд в сторону сестер Монфор. Они молчат.
– Эй, – вновь смотрю на брата, – Хэрри, ты как?
Он прищуривается, разглядывает нечто важное перед собой, а затем опускает глаза и изучает
бледные руки, покрытые едва заметной испариной. Его кадык дрогает.
– Он придет в себя, не волнуйся, – обещает Мэри-Линетт Монфор. Ее сестра звука не
произнесла с тех пор, как Ари ушла с Люцифером.
Ари.
Что-то щелкает, когда я о ней вспоминаю. Щелкает в голове. Но это не страх, не гнев и не
отчаяние. Я не сомневаюсь, что спасу ее. Я знаю, что она вернется. Она не сможет не вернуться.
Мне лишь нужно понять, что сделать. Нужно найти выход, и я найду выход.
– Как ей помочь? – Спрашиваю я отстраненно. – Что нужно сделать?
– Мы разберемся.
– Вы? Я с вами.
– Нет. – Мэри-Линетт передергивает плечами и вскидывает брови. – Так не пойдет.
– Пойдет. – Ледяным голосом отрезаю я. Кладу ладонь на плечо Хэрри и вижу, как у
Джейсона приподнимаются уголки губ. Он достает из пальто сигареты, закуривает и тихо
усмехается, возможно, надеясь, что никто не обратит на это внимание. Я обращаю. – Что?
Он переводит на меня черный взгляд.
– Извини?
– Я сказал что-то смешное?
– Нет. Ты сказал именно то, что все от тебя ждали.
– Я не спрашиваю разрешения, –
никуда не исчезну. Если придется, буду стоять под окнами. – Так как ей помочь?
– Никак, – неожиданно хрипло сообщает Норин Монфор, и это ее первые слова, с тех самых
пор, как мы вышли из леса. Женщина бледнее снега, она придвигается к нам, но тут же
складывает на груди руки, будто защищаясь. – Сейчас мы никак ей не поможем.
– Почему?
– Потому что не найдем.
Повисает тишина. И Хэйдан молчит. Черт возьми, все застывают, словно статуи! И я смотрю
на них, не скрывая раздражения. Нам срочно нужен план. Мы должны понять, как действовать,
мы не сдвинемся с мертвой точки, если будем поддаваться эмоциям.
Только не сейчас. Не в тот момент, когда нужно собраться и мыслить холодно.
– Она сама объявится, - внезапно говорит Джейсон, докуривает сигарету и бросает ее на
асфальт. Легкая дымка тянется вверх, но он припечатывает ее подошвой ботинок. – Мы не
должны искать Ари, мы должны быть готовы, когда она вернется.
– И когда она вернется?
– Отдав душу, она не избавилась от всех эмоций. – Нахмурив лоб, протягивает Мэри-Линетт
и кивает. – Люцифер попытается обучить ее, заставит объединить чувства.
– Каким же образом? Не понимаю. – Чувствую себя умалишенным кретином. Как бы много я
не задавал вопросов, ответы мне все равно не ясны. – Объединить чувства? Так вы же говорили,
что без души человек абсолютно неуправляем, что он ничего не ощущает.
– Не так-то просто потушить костер. Остаются искры. Ари направит все оставшиеся,
последние эмоции на нечто одно, а затем от них избавится, но для этого нужно время.
– Еще нужно, чтобы это подходило Люциферу, – проговаривает Норин Монфор, и я замечаю,
как дрогают ее бледноватые губы, – да, Люцифер сделает из Ариадны чудовище, не сомневайся,
мой мальчик. Ты уверен, что хочешь быть этому свидетелем?
– Ари – не чудовище. Вы всегда ее недооценивали. Она упрямая.
– Ты даже не представляешь, что с людьми делает Дьявол... – женщина делает шаг ко мне, но
я назад не отступаю. Смотрю на нее прямо и решительно. Я ее не боюсь. – Ему не нужно
превращать ее в монстра, она сама станет им.
– Посмотрим.
Я поддерживаю Хэрри за плечи и отворачиваюсь. Каким образом они собираются ей
помогать, если не верят в то, что это возможно? Ари умеет быть занозой в заднице. Скоро даже
Дьявол поймет, как сложно управлять ей, как трудно ее приручить. Это немыслимо.