Смерть
Шрифт:
Глава 23
Сиара
Сантьяго ведет меня вниз по лестнице, высеченной в скалах, и когда наконец открывается вид на океан, зрелище становится поистине захватывающим.
Песок здесь белый, а вода простирается до самого горизонта.
Слева виднеется шатер. На его столбах натянуто белое полотно, которое слегка колышется на ветру. Под ним стоят стол и два стула.
Когда
Сантьяго действительно постарался сделать мой день рождения незабываемым.
Он выдвигает для меня стул, и садясь, я говорю:
— Это... — Я качаю головой, подыскивая нужные слова, — ... это невероятно. Спасибо, Сантьяго.
Он садится напротив и дарит мне теплую, любящую улыбку.
Я начинаю понимать, что он действительно испытывает ко мне чувства, и это трогает меня до глубины души. Слезы наворачиваются на глаза, и я смеюсь, вытирая их. Я смотрю на набегающие волны и делаю глубокий вдох, а затем снова обращаю внимание на необыкновенного мужчину, сидящего напротив меня.
— Ты делаешь меня счастливой, — признаюсь я.
— Рад это слышать, mi sol. — Он наклоняется вперед и придвигает подарок поближе ко мне. — Хочешь угадать с трех раз?
Я вытираю слезу кончиками пальцев и улыбаюсь ему.
— Условия те же, что и раньше?
Он кивает.
— Конечно.
Эта коробка больше остальных, и не похоже, что в ней находятся украшения. Я думаю минуту, а потом спрашиваю:
— Это одежда?
Сантьяго качает головой, уголок его рта приподнимается.
Я беру коробку и встряхиваю ее. Подарок издает приглушенный звук, будто внутри что-то шевелится.
Я понятия не имею, что это может быть.
— Я не знаю, что там.
Его бровь выгибается.
— Сдаешься?
Когда я киваю, выражение его лица становится серьезным, и он спрашивает:
— Ты уверена?
Я знаю, что он имеет в виду поцелуй.
— Да. Уверена.
Его губы расплываются в горячей улыбке.
— Открой свой подарок, mi sol.
Я срываю бумагу и снимаю крышку с коробки. Увидев золотистый шелк, я хмурюсь, но когда снимаю ткань, под ней оказывается фотография в рамке.
Снимок был сделан во время ужина с Грейс и Домиником. Мы все улыбаемся.
Я выгляжу счастливой.
Затем я вижу выражение лица Сантьяго, и нет никаких сомнений в том, что он смотрит на меня с любовью.
Мой подбородок начинает дрожать, когда я достаю фотографию из коробки.
— Я хотел, чтобы ты увидела то, что вижу я, когда смотрю на тебя, — бормочет Сантьяго.
Я продолжаю смотреть на его лицо на фотографии, вместо того чтобы смотреть на себя, и вижу все,
Наконец я понимаю, почему Сантьяго так уверен, что я – его единственная.
Я провожу пальцами по стеклу, защищающему фотографию, прежде чем положить ее обратно в коробку. Как только я аккуратно ставлю свой подарок на землю рядом со стулом, к нам подходят официанты с подносами. Я жду, пока они поставят на стол тарелку с фруктами и мимозой.
Когда они снова уходят, я улыбаюсь Сантьяго, изо всех сил стараясь не поддаваться эмоциям.
— У меня и раньше были потрясающие дни рождения, но ни один из них не сравнится с сегодняшним. — Желая отплатить ему тем же, я признаюсь: — Я чувствую к тебе влечение. — Я поднимаю руку и беру кольцо. — И у меня зарождаются чувства к тебе. Ты мне очень дорог.
Сантьяго наклоняет голову, и его взгляд становится таким нежным, что я ощущаю это всем сердцем.
— У меня уйма времени, Сиара. Спешить некуда.
Он берет свой бокал, поднимает его, и я быстро беру свой, а затем он произносит тост:
— За то, чтобы мы всю жизнь узнавали друг друга и старели вместе. Неважно, будем ли мы друзьями или возлюбленными, я самый счастливый человек на свете, потому что ты есть в моей жизни.
Я сделаю все, что в моих силах, чтобы исцелиться и дать Сантьяго то, чего он хочет.
Я делаю глоток мимозы, затем ставлю бокал обратно на стол и беру дольку арбуза. Откусывая, я смотрю на океан и думаю, как мне повезло, что именно он нашел меня в том поле.
Из всех, кого он знает, из всех женщин, которых он спас, он выбрал меня.
Я снова смотрю на него и говорю:
— Когда мы вернемся домой, я постараюсь познакомиться с жителями деревни. Я буду ходить на групповые занятия. — Я делаю глубокий вдох и добавляю: — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вписаться в твой мир.
— Я буду рядом на каждом шагу, и всегда буду поддержать тебя, mi sol.
Мы наслаждаемся фруктами, и нервозность возвращается, когда Сантьяго отодвигает свой стул и поднимается на ноги.
— Как бы сильно я ни хотел, чтобы весь день ты была только моей, придется разделить тебя с Грейс.
Я встаю и вытираю руки о брюки, мое сердцебиение учащается.
Когда он подходит ко мне ближе, я поднимаю руку и прижимаю ладонь к его груди.
— Можешь немного наклониться?
Он обнимает меня одной рукой, а затем выполняет мою просьбу. У меня внутри порхают бабочки, когда я чуть приподнимаюсь и, чувствуя его дыхание на своих губах, целую его.
Несмотря на то, что наши губы едва соприкасаются, мой живот сжимается с невероятной силой. Я поднимаю другую руку к лицу Сантьяго, касаюсь пальцами его челюсти и отстраняюсь на дюйм.