Смерть таится в рукаве
Шрифт:
— Да, это никуда не годится. Я знаю, как трудно достать такую штуку, мы сами целый день пытаемся найти хоть один «слив-ган» и, как видите, безуспешно. Как вы думаете, куда он мог подеваться?
— Представления не имею, — ответил Терри, — и, если вы намерены сравнить эти две стрелы с той, что в пробирке, нет нужды отвлекаться. Мне кажется, они абсолютно идентичны.
— Точно, идентичны! — воскликнул Мэллоу. В голосе прозвучало изумление, как будто эта мысль мелькнула у него в голове только сейчас. Пробирку он держал в одной руке, две стрелы — в другой. — Длина та же, сработаны вроде одной рукой, тот же металл и на вес примерно
— Практически невозможно, — согласился Клейн.
— Рассчитывать поэтому приходится только на один выстрел. Попал — хорошо, а не попал, тогда и целая куча стрел не поможет. Я на что намекаю: стрелять из оружия такого рода — это тебе не из автоматического револьвера палить, когда к тому же есть еще одна запасная обойма.
— Да, вы правы. Можно сказать, что «слив-ган» — это однострельное оружие, — согласился Клейн.
— Значит, если кто-то собирается совершить убийство, ему вполне хватит всего одной стрелы, так как воспользоваться второй у него просто не будет возможности. Я верно говорю?
— Верно, — подтвердил Клейн. В голосе его, однако, послышалось раздражение. — И, совершив убийство, он, скорее всего, положит «слив-ган» на место.
— «Слив-ган», — сказал Мэллоу, — но не стрелу.
— Естественно.
— Следовательно, если убийца — человек смышленый, он прикинет, что лучше уж пусть исчезнут и «слив-ган», и стрела.
В карих глазах Мэллоу не было даже и намека на хитрость.
— Вы случайно не подумали, что это?.. — поинтересовался Клейн.
Мэллоу перебил его и, прищелкнув языком, возразил:
— Что вы, что вы, Клейн! Ничего я не подумал! Мы ведь просто рассуждаем с вами о том, как поступил бы любой смышленый человек, если бы совершил убийство. Мы, конечно, тоже не дураки, но такие люди, как вы и я, убийств не совершают. Чтобы убить человека, необходимо обладать звериной жестокостью… Ну, правда, бывает, женщина убьет кого-нибудь — мужа, например, или любовника. Но ведь с этими женщинами все по-другому — эмоции, знаете ли, страсти. Жаль, что с вашим «слив-ганом» так получилось. А вы никому его случаем не одалживали?
— Нет.
— Значит, его, скорее всего, украли.
— Скорее всего.
— Причем украл его, по-видимому, человек, который имел возможность открыть дверцу этого стеклянного шкафчика, не рискуя быть застигнутым врасплох.
Скажите, Клейн, а много людей посещает вашу квартиру? Поймите, я вовсе не собираюсь совать нос в ваши дела, мне просто надо это знать. Так много?
— Нет, не много. Я совсем недавно вернулся из Китая и еще не успел обзавестись новыми друзьями.
— А мисс Рентон, та, что рисует, она бывает у вас?
— Да, заходит иногда.
— А чтоб какая-нибудь девушка-китаянка заглянула к вам, это возможно?
— Возможно.
— Не сердитесь на меня, Клейн. Вы же знаете, что полиция существует для того, чтобы возвращать украденные вещи их владельцам. А вы не могли бы описать мне этот «слив-ган»? Или, может, набросаете чертежик, чтобы мы имели более полное представление о том, за чем охотимся.
Клейн достал листок бумаги, карандаш и начал рисовать «слив-ган».
— Сегодня утром я подробно описал его окружному прокурору, но будет лучше, если вы своими глазами увидите, как он выглядит. Это — бамбуковая трубка с мошной
Мэллоу внимательно изучил рисунок, сложил его, опустил в карман, задумчиво посмотрел на две стрелы, положил их себе на ладонь и сказал:
— Придется как-то пометить эти ваши стрелы, чтобы не спутать их с той стрелой, которой был убит Мандра. Не сочтите за труд написать на древке ваши инициалы, а потом и я напишу свои.
Не проронив ни слова, Терри пометил своими инициалами обе стрелы. Инспектор Мэллоу сделал то же самое.
— Скажите, — сказал Мэллоу после того, как положил стрелы в конверт, который достал из кармана плаща, — а как насчет этого китаезы?.. Я хотел сказать, вашего слуги? Может, это он… как бы это выразиться… одолжил у вас на время «слив-ган»?
— Это исключено. За Ят Тоя я готов поручиться своей головой.
— Конечно, конечно, — согласился Мэллоу, — но готовы ли вы поручиться за него не своей, а чужой головой? Ну, например, головой того, кто собирался как-то навредить вам?
— Но Мандра не собирался мне вредить.
— Да, забавный был человек этот Мандра, — задумчиво произнес Мэллоу. — Я знал его еще тогда, когда он только начинал свою карьеру посредника по делам, связанным с поручительством. Тому уж двадцать лет. Никогда нельзя было догадаться, что у него на уме. Темная лошадка. О мертвых не принято говорить дурно, но я все же скажу: немало нашлось бы людей, которые желали смерти этому человеку. Мандра был очень умен. Он прекрасно разбирался во всех человеческих слабостях. О человеке много можно узнать, если изучать его сильные, положительные стороны. Мандра же изучал слабые, отрицательные стороны человеческой натуры — в этом деле он был большой специалист, не то что мы с вами. Отрицательных сторон в людях, как правило, больше, чем положительных; так уж заведено, что о человеке судят не по тому, сколько в нем хорошего, а по тому, сколько в нем плохого. Ладно, мне пора двигаться. Извините, что побеспокоил вас.
— Ничего, — сказал Терри. — Кстати, инспектор, там, внизу, прямо у подъезда, стоит светлый грузовичок, и стоит кому-нибудь выйти из моей квартиры, как из грузовичка выскакивает человек, хватает его и куда-то увозит.
Карие глаза инспектора Мэллоу удивленно расширились.
— Неужели? — воскликнул он. — Вот те раз, это ж надо!
— Вы не могли бы сказать мне, как долго это еще будет продолжаться?
— Честное слово — представления не имею, — ответил Мэллоу. Он подошел к окну осторожно, на цыпочках, наклонив чуть вперед свой мощный корпус, — прямо как охотник, выслеживающий дичь. Инспектор ткнул указательным пальцем в сторону грузовичка. — Этот, что ли? — спросил он хриплым шепотом, будто боялся спугнуть людей, сидевших в грузовичке, и обратить их в бегство.
— Именно.
— Понятно. — Мэллоу сочувственно посмотрел на Терри. — Значит, говорите: хватают всякого, кто выходит из вашей квартиры?
— Всех подряд.
— Ладно, — сказал Мэллоу, — посмотрим, что там происходит. Вы, мистер Клейн, ничего не предпринимайте. Я сам сумею во всем разобраться.
Он пожал Клейну руку на прощание и удалился. Услышав, как хлопнула дверца лифта, Терри приблизился к окну и выглянул наружу. Выйдя из подъезда, Мэллоу спокойно направился в сторону, противоположную той, где стоял грузовичок: никто из грузовичка не выскочил и хватать инспектора не стал.