Смерть по почте

Дин Джеймс

Джейн долго смотрела перед собой, задумчиво покусывая губу.

— Это будет очень непросто доказать, Саймон.

— Что вы имеете в виду? — спросил я, не понимая, к чему она клонит.

— Никто не сможет просто так взять и подойти к леди Прунелле с вопросом: «А кто отец вашего ребенка, муж или любовник?»

— Да, теперь я понимаю, что вы имеете в виду, — согласился я. — Но ведь должны быть какие-то объективные доказательства. Например, схожесть. Джайлз напоминает сэра Босуорта?

Джейн покачала головой:

— Судя по фамильным картинам,

которые мне доводилось видеть, Джайлз скорее похож на своего деда по материнской линии. А тот, кстати говоря, был очень симпатичным мужчиной.

— Может, какие-то черты проявятся позже, — сказал я, тяжело вздыхая. — Дело становится все туманнее.

— Прямо как один из сюжетов твоих романов, надо полагать, — сказала Джейн.

— Ха-ха, — сказал я кисло.

Я перевернул следующий лист и увидел очередные счета. По крайней мере мне показалось, что это счета, но, приглядевшись, я понял, что было в них нечто странное. На сей раз вверху были только инициалы, но, поразмыслив, я решил, что «ЛБМ» может означать только Летти Батлер-Мелвилл. И зачем Эбигейл Уинтертон понадобилось шантажировать жену викария? Что можно найти, чтобы опорочить таких безупречных людей?

Джейн тоже внимательно всматривалась в листок. Не было никаких цифр или сносок. Только какие-то стенографические знаки, которые я не мог расшифровать, как ни старался.

— Что это может означать, Джейн? — спросил я, бросив все попытки.

Джейн поморщилась:

— Это похоже на список предписаний для членов комитета. Например, «ГД» может означать график дежурств в церкви Святого Этельвольда. Долгое время Летти Батлер-Мелвилл дежурила там, и, надо сказать, она отлично справлялась. И вот представь себе, в один прекрасный момент Летти приходит на заседание комитета и объявляет, что отныне Эбигейл берет на себя эту обязанность, чтобы освободить ее от этой трудной работы на благо общины.

Я посмотрел на листок. Напротив «ГД» стоял год, который, по словам Джейн, соответствовал знаменательному событию. Джейн также расшифровала мне еще несколько сокращений, и становилось понятно, что Эбигейл постепенно прибирала к рукам власть в деревне.

— Это объясняет многое из того, что удивляло меня в последнее время, — сказала Джейн. — Раньше мне казалось, что это леди Прунелла рвется к власти, смещая всех со своих маленьких постов, но теперь становится очевидным, что за всем стояла Эбигейл Уинтертон.

— Каким же образом? — воскликнул я, но Джейн лишь покачала головой.

В коллекции Эбигейл мы не нашли ни единой подсказки, кроме тонкой ниточки, связывающей смерть сына полковника Клидеро с Невиллом Батлер-Мелвиллом.

— Знаешь, не исключено, что твое предположение о том, что Невилл подстроил несчастный случай Лестера Клидеро, имеет под собой кое-какие основания, — признала Джейн. — Летти пошла бы на все, чтобы защитить мужа, даже на убийство.

— А он бы даже не узнал, что она сделала, — добавил я, и Джейн кивнула.

— Летти защищала его от всего, в том числе и от шантажа, готова биться об заклад, —

хмуро сказала она.

Несколько оставшихся страниц показывали растущее влияние Эбигейл Уинтертон в Снаппертон-Мамсли. Она продолжала брать взятки от жителей, которые жаждали получить тот или иной приз.

Мы с Джейн отложили бумаги в сторону и стали обсуждать.

— Как вы считаете, может, нам стоит исключить из списка подозреваемых тех, кто просто платил ей деньги, ведь людей под подозрением у нас и так с избытком? — спросил я.

Джейн согласилась со мной.

— Леди Блитерингтон, Джайлз, Тревор Чейз, миссис Стивенс и Летти Батлер-Мелвилл — вот наши главные подозреваемые, это вне всякого сомнения. Можно еще включить в список полковника, не исключено, что это как-то связано со смертью его сына. Попытаемся выяснить о нем побольше, когда встретимся с ним за чашечкой чаю.

Я поднялся, и Джейн проводила меня к выходу. И тут меня осенила еще одна мысль.

— Как вы считаете, может инспектор Чейз знать о прошлом Тревора?

— Очень даже может быть, — ответила Джейн.

— Это объясняло бы антипатию между ними.

— Несомненно, — сказала Джейн. — Думаю, Тревор сейчас очень нервничает.

Я кивнул:

— Я бы на его месте нервничал.

Джейн напомнила мне связаться с полковником Клидеро и напроситься к нему в гости, мы распрощались, и я пошел к себе.

День был солнечным и теплым, в воздухе витали пьянящие ароматы английского лета. Деревня жила своей тихой, неторопливой жизнью. Я поверить не мог, что наконец-то живу среди этого благолепия. Я вздохнул со счастливой улыбкой на губах, открыл дверь Лорел-коттеджа и вошел внутрь, поздоровавшись на ходу с Джайлзом. Тот лишь кивнул в ответ, погруженный в работу. Я прошел через кухню и заднюю дверь в маленький палисадник за домом. Надо определиться, что говорить полковнику, когда речь зайдет о моем саде.

Я и представления не имел, что за растения водятся здесь. Ботаника никогда не была моим любимым предметом. Но растения разрослись и беспорядочно пестрели тут и там по саду, который занимал, пожалуй, не меньше пол-акра. По мне, и так все было неплохо, ну, может, несколько неорганизованно. Не спорю, не похоже на безупречные английские парки, которые во множестве разбросаны по Британии. Я бы оставил все как есть. Но ради дела чем только не пожертвуешь. Не исключено даже, что мне понравится заниматься садоводством или как минимум наблюдать за чужим трудом.

Я как раз вернулся в дом, когда услышал, что в дверь звонят. Я сказал Джайлзу, что сам открою, и направился к парадному входу.

Я только открыл замок, как дверь распахнулась. На пороге стояла леди Прунелла Блитерингтон. Я отпрянул, и дверь ударилась о стену. За необъятной спиной леди Прунеллы маячил старший инспектор Робин Чейз, который, судя по взгляду, явно не одобрял поведения своей спутницы.

— Вот этот человек, старший инспектор! — закричала Прунелла, указывая на меня перстом. — Арестуйте его за растление моего сына!