Смерть на подиуме
Шрифт:
Выходит, история повторяется? Излишне пронырливый журналист сунул нос куда не следовало и поплатился за это жизнью?
Но при чем здесь Алиса Липецкая? При чем Лена Сумягина? При чем малолетняя манекенщица Наташка?
– Тебе понравилось? – спросил Леонид, не глядя на Тину, когда они покидали вернисаж.
Она удивилась – на выставки, как и на любую другую тусовку, ходят вовсе не потому, что там кому-то нравится. Ходят, чтобы не давать забыть о себе, мужчины – чтобы перекинуться словечком со знакомыми и уверить их, что у тебя все в порядке,
Тина повнимательнее взглянула на Леонида и поняла, что вопрос он задал совершенно машинально, ответа не ждет и что мысли его в данный момент далеко.
«В Зауральске? – подумала она. – Вспоминает, что было десять лет назад?»
Ей захотелось повернуть его лицом к себе и прокричать этот вопрос ему в лицо. И назвать господином Кожевниковым. Вот интересно, как он отреагирует? Скорее всего никак, тут же поняла она, поднимет брови в недоумении, скажет, что она устала, отвезет домой… Или назовет истеричкой.
Машина Леонида стояла метрах в ста от выхода – ближе вся улица была плотно заставлена автомобилями посетителей.
Тина шла, опираясь на руку Леонида, и время от времени бросала на своего спутника настороженный, внимательный взгляд.
Чем больше она приглядывалась к нему, тем отчетливее понимала, что совершенно его не знает. Даже его фамилия, как оказалось, вовсе не его фамилия, а псевдоним, дымовая завеса, за которой он хотел спрятать свое прошлое… вообще, этот респектабельный, уверенный в себе мужчина – ходячая загадка, человек с двойным дном…
Кто же он такой на самом деле? Какую роль играет в трагических событиях последних дней? И для чего ему нужна она, Тина?
Даже его пресловутая уверенность в себе не более чем маска, причем маска не слишком удачная. Сейчас Тина видела, что Леонида что-то беспокоит, что он заметно нервничает…
Словно почувствовав ее взгляд, Леонид обернулся, пристально взглянул на Тину.
– Что с тобой? – спросил он ее достаточно равнодушно. – Тебя что-то беспокоит?
– Меня? – переспросила Тина. – По-моему, это тебя…
Она не успела закончить фразу, потому что в этот момент в черной машине, мимо которой они проходили, опустилось стекло и Леонида окликнул женский голос.
Обернувшись, Тина увидела ту властную ухоженную блондинку средних лет, с которой Леонид был в ресторане «Вампука».
– Извини, детка. – Леонид виновато улыбнулся Тине. – Мне нужно перекинуться двумя словами… это важно… садись в машину, я сейчас подойду! – Он протянул ей брелок с ключами от своей машины, а сам шагнул к лимузину властной блондинки.
Тина сжала брелок в руке и прибавила шагу. Она почувствовала даже какое-то облегчение оттого, что трудный разговор с Леонидом отложился на неопределенное будущее.
Она шла мимо дорогих, престижных автомобилей, и в этом ряду вдруг попалось что-то совершенно инородное – между черным «инфинити» и хищным приземистым «крайслером» пристроился синий фордовский микроавтобус. Задняя дверь автобуса была открыта, и возле нее копошилась спортивного вида девица в черном брючном костюме. Заметив проходящую мимо Тину, девица, поправив тыльной
– Слушай, ты мне не поможешь? Собаку нужно погрузить, а мне одной не справиться…
– Собаку? – переспросила Тина.
Только сейчас она увидела на мостовой возле ног рыжеволосой незнакомки клетку, на дне которой лежал крупный жемчужно-серый пудель. Тина приостановилась и наклонилась, чтобы разглядеть пса. Пудель спокойно спал, не обращая внимания на возню вокруг своей персоны.
– Возьми клетку за тот конец, – попросила ее рыжая. – Вдвоем запихнем ее в кузов…
Тина ухватилась за край клетки, приподняла ее. Клетка оказалась неожиданно тяжелой.
– Давай, еще немножко! – проговорила девица, поднимая свою сторону клетки. – Ну-ка, заберись внутрь, а я подтолкну с этой стороны…
Тина залезла в микроавтобус, потянула клетку на себя. Клетка подалась, но вдруг краем зацепилась за выступающий порожек.
– Приподними свой край! – пропыхтела Тина.
Рыжая девица кивнула, подтолкнула клетку и вдруг взглянула куда-то за спину Тины, словно переглянувшись с кем-то.
Тина хотела обернуться, но не успела: ее вдруг обхватили сильные мужские руки, а к лицу ее прижали тряпку, смоченную резко и неприятно пахнущей жидкостью. Тина попыталась вырваться, вдохнула, закашлялась… и потеряла сознание.
Очнулась она от холода.
Открыла глаза и тут же снова зажмурилась: в глаза ей бил слепящий яркий свет.
– Очнулась, – проговорил прямо над ней неприятный гнусавый голос.
– Вот и ладушки, – отозвался другой голос, женский, показавшийся Тине смутно знакомым.
Она снова открыла глаза, на этот раз свет не был таким ярким. Щеки горели – очевидно, ее ощутимо похлопали, чтобы поскорее пришла в себя.
Тина лежала на холодном бетонном полу в просторном помещении без окон. Над ней стоял приземистый плотный мужчина лет сорока с нездоровым, одутловатым лицом, напоминающим сырую, плохо очищенную картофелину. В руке у него был включенный фонарь – видимо, свет этого фонаря ослепил Тину в первый момент. Он смотрел на Тину с каким-то странным выражением.
Чуть позади этого незнакомца стояла высокая спортивная девица с огненно-рыжими волосами.
Тина вспомнила эту девицу, вспомнила, как помогала ей затаскивать в микроавтобус клетку с пуделем… Господи, какая же она дура! Ее поймали в самую примитивную ловушку, в каждом американском фильме про такое показывают! Если бы ее схватили, стали запихивать в машину, Тина бы сопротивлялась, кричала. И тогда обязательно услышала бы охрана – все же там приличная охраняемая парковка. Возможно, похитителям удалось бы их черное дело, но охрана или кто-нибудь из владельцев машин обязательно заметил бы номер. А так никакого шума, Тина сама послушно залезла в машину, тем самым облегчив работу похитителям. Теперь она вспомнила, что видела этот синий микроавтобус раньше, когда они с Линой приезжали в магазин одежды договариваться с хозяйкой о продажах. И водитель был тот же самый – коренастый, немолодой, только лица Тина не разглядела тогда из-за кепки.