Смерть как сон
Шрифт:
– Гейнс что-нибудь говорил вам о своей невиновности? – стараясь перекричать шум вертолета, заорал Джон. – Или, может быть, наоборот?
– Нет! – покачал головой Уитон.
– Он говорил что-нибудь о Талии Лаво?
– Сказал, что понятия не имеет, что с ней стряслось. Еще он сказал, что вы сели ему на хвост, хотя он ничего вам не сделал. Вот его слова: «Этим псам нужен козел отпущения, и они выбрали меня». Еще ему нужны были наличные. Много. Он притащил с собой картину, которую я когда-то ему подарил. Но ему нужны были живые
– Он в курсе, что вы позвонили нам из галереи?
– Не знаю… Может быть, догадался. – Руки Уитона, затянутые в белые перчатки, мелко подрагивали. Правда, как мне казалось, не от шока, а от волнения. – Но я в любом случае должен был туда вернуться. Если бы я не вернулся, он ударился бы в панику и натворил черт-те что… Леон держится очень уверенно, но я вижу, что в душе его царит смятение. У меня не было выбора, поэтому я вернулся к нему.
– Вы поступили мужественно, – сказал Джон, но Уитон лишь раздраженно отмахнулся.
– Леон не хочет никого убивать, агент Кайсер. Он сам напуган до полусмерти. Дайте ему хоть мало-мальский шанс, и он ухватится за него, как за соломинку.
Джон недоверчиво хмыкнул.
– Мистер Уитон… Вы еще не знаете… Словом, этой ночью или рано утром Леон Гейнс едва не забил до смерти свою подружку Линду Напп. А затем, чтобы ввести нас в заблуждение, заткнул ей рот кляпом и завернул в термоодеяло…
Художник поморщился, как от зубной боли и покачал головой.
– Господи… я ведь видел ее несколько раз… Но все равно! – В его голосе послышалось прежнее волнение. – Это не повод убивать его! Леона загнали в угол, сейчас он не отвечает за свои поступки. Повторяю: дайте ему шанс! В конце концов, никуда он от вас не денется! Вы всегда сможете арестовать его в спокойной обстановке, когда у него не будет возможности натворить бед…
– Я тоже против активных действий с нашей стороны, – сказала я. – Гейнс, похоже, единственный человек, который что-то знает о судьбе Талии Лаво, Джейн и остальных женщин…
Джон перевел взгляд на Ленца, который уже несколько минут кряду набирал один и тот же номер.
– Ну как?
– Он не берет.
Джон сунул руку в карман, нашарил свой сотовый и поднес его к уху.
– Да? – крикнул он, закрывая другое ухо ладонью. – Хорошо. Как только появится новая информация, я позвоню.
Он спрятал телефон обратно в карман и повернулся к Бакстеру.
– Линда Напп пришла в себя в окружной больнице и рассказала полиции, что во время очередной ссоры пригрозила Гейнсу не подтверждать больше его алиби. И это вывело его из себя.
– Стало быть, алиби у него нет?
– Никакого. Она понятия не имеет, где он шатался в те дни, когда в городе похищали женщин.
– Пожалуйста, помогите мне встать, – попросил Уитон. – Меня, извините, мутит…
Бакстер протянул ему руку, и художник, вцепившись в нее, тяжело поднялся. В следующее мгновение его сломало пополам и вырвало.
– Прошу прощения… –
– Мы уже вызвали «скорую», – сочувственно глядя на него, сказал Бакстер. – Она вот-вот будет.
– Спасибо, мне уже лучше… – отозвался Уитон. – Правда… Позвольте мне уйти. Я примерно представляю, что сейчас должно здесь случиться. Извините, но мне не хотелось бы при этом присутствовать.
Джон вновь вынул свой телефон.
– Что? Что?! Поднимайте на ноги всю полицию города! Черт возьми, даже не города, а штата! Я буду ждать вашего звонка.
– Что там? – спросил Бакстер.
– Наша наружка потеряла из виду Фрэнка Смита.
– Вот идиоты…
– Он шлялся по антикварным лавкам, а потом вдруг исчез.
– Черт! Что вообще происходит, Джон?!
– Не знаю. Чем раньше мы это поймем, тем лучше будет для всех. – Он обернулся к Уитону. – Я вызову шофера, чтобы вас отвезли домой.
– Лучше я прогуляюсь. Боюсь, в машине меня укачает.
Доктор Ленц тронул Бакстера за локоть и вполголоса произнес:
– Дозвонился до этого мерзавца. Он сказал, что, если через пять минут на крышу не сядет один из вертолетов, он застрелит девушку и выбросит ее из окна нам на головы. И добавил, что у него в заложниках останется еще одна.
Джон глянул на Уитона.
– Там точно две девушки?
Тот кивнул.
– Я провожу мистера Уитона, – вызвалась я. – Только помните: если вы убьете Гейнса, возможно, нам больше не у кого будет спрашивать о судьбе похищенных женщин.
Джон чуть сжал мне руку:
– Будь осторожна. – Обернувшись к командиру отряда быстрого реагирования и его бойцам, он сказал: – Возможно, нам придется проникнуть в здание. Я очень прошу, чтобы вы…
Дальше мы с Уитоном не стали слушать и вышли из-под штабного дерева.
– То, что мне сейчас рассказали относительно Линды… – потерянно пробормотал художник. – Это правда?
– Да. Я ее нашла. Чудо, что она осталась жива.
Он оглянулся и неприязненно поморщился.
– Они нас не послушаются. Убьют его.
– Не думайте, что они такие же головорезы, как этот ваш Гейнс.
– Не уверен… Что до Джона Кайсера, то очень даже возможно. Поэтому, собственно, я и позвонил именно ему. А остальные… Я знаю, как это бывает. Еще по Вьетнаму помню. Соберите в одном месте несколько мужчин, раздайте им оружие, и выстрелы не заставят себя долго ждать.
– Будем надеяться, что вы ошибаетесь. Вам нужно отдохнуть. Может, где-нибудь присядем?
Мы услышали, как доктор Ленц обратился к Гейнсу через мегафон.
– Значит, телефонные переговоры закончились, – пробормотала я.
– Вот-вот… Давайте уйдем отсюда, я не могу ни видеть этого, ни слышать. Хочу домой…
– Вы не доедете сами. Я позову кого-нибудь из полицейских, хорошо?
– Не волнуйтесь за меня. Ключи от дома я оставил в галерее. Думаю, полицейский меня туда не пустит.