Смерть Иисуса
Шрифт:
– Кто составлял команду? – спрашивает он.
– Я.
– Ты, значит, капитан, вожак?
– Да.
– А кто назначил тебя капитаном?
– Все мальчики. Они хотят, чтобы я был капитаном. Я раздал им номера.
Наутро фургон из приюта приезжает вовремя, за рулем – неразговорчивый мужчина в синем комбинезоне. Не все мальчики готовы – приходится послать гонца, чтобы разбудить Карлитоса, он проспал, – и не все облачены в белые фуфайки с черными номерами на спине, как было велено, и уж точно не на всех настоящие футбольные бутсы.
Они с Инес провожают его, едут следом на машине: перспектива того, что ее сын поведет команду футболистов на поле, очевидно, важнее дел в магазине.
Приют располагается на другом берегу реки, в той части города, исследовать которую у него, Симона, никогда не находилось причин. Они едут за фургоном по мосту, через промышленный район, затем по узкой разбитой дороге между каким-то складом и лесопилкой и выкатываются на неожиданно приятный участок прибрежной полосы – к комплексу приземистых строений из песчаника в тени деревьев, а при нем – спортивное поле, где болтается детвора всех возрастов, облаченная в опрятные темно-синие форменные одежки приюта.
Дует пронизывающий ветер. Инес кутается в куртку с высоким воротником; он, Симон, менее предусмотрителен – на нем только свитер.
– Вон доктор Фабриканте, – говорит он, показывая пальцем, – человек в черной рубашке и шортах. Похоже, он будет судьей.
Доктор Фабриканте дует в свисток – одна властная нота за другой – и размахивает руками. Орава детей разбегается с поля, две команды выстраиваются у судьи за спиной, сироты – в безупречных темно-синих фуфайках, белых шортах, черных бутсах, мальчики из жилого квартала – в разноперых нарядах и обуви.
Его, Симона, поражает разница между командами. Дети в синем попросту гораздо крупнее. Среди них есть девочка – он узнает ее крепкие бедра и могучий бюст: Мария Пруденсия. Есть и мальчики, которые на вид уже не подростки. Гости по сравнению с ними выглядят плюгаво.
С самого начала игры юные panteras сдают назад, не желая связываться со своими более громоздкими противниками. Команда в синем немедленно прорывается вперед и забивает первый гол, а вскоре и второй.
Досадуя, он поворачивается к Инес.
– Это не футбол, это избиение младенцев!
Мяч падает у ног одного мальчика из команды Давида. Тот отчаянно пинает мяч вперед. Двое из их же команды бросаются следом, но мяч отнимает Мария Пруденсия, возвышается над ним – бросает вызов, пусть попробуют забрать. Мальчики замирают. Она презрительно пасует его вбок, кому-то из своей команды.
Тактика сирот проста, но действенна: отодвигая противников с дороги, они методично гонят мяч по полю, пока не протолкнут его мимо бессчастного вратаря. Когда доктор Фабриканте объявляет свистком перерыв перед вторым таймом, счет 10:0. Дрожа на холодном ветру, дети из многоквартирника сбиваются в кучу и ждут возобновления
Доктор Фабриканте запускает игру вновь. Мяч отлетает от кого-то и катится к Давиду. С мячом в ногах он скользит, словно призрак, мимо первого противника, второго, третьего и загоняет гол.
Через минуту мяч снова пинают ему. Он с легкостью обходит защитников, но тут, вместо того чтобы ударить по воротам, он передает мяч напарнику по команде и смотрит, как тот навешивает его поверх перекладины.
Игра подходит к концу. Мальчики из многоквартирника уныло трусят прочь с поля, победителей же окружает ликующая толпа.
Доктор Фабриканте шагает к ним.
– Надеюсь, вам понравилась игра. Немножко неравновесно получилось – приношу свои извинения за это. Но для наших детей важно утверждаться во внешнем мире. Важно для их самооценки.
– Наши мальчики – не то чтобы внешний мир, – отзывается он, Симон. – Это просто дети, которым нравится пинать мячик. Если вы вправду хотите испытать свою команду – играли бы с противником посильнее. Ты согласна, Инес?
Инес кивает.
Он, Симон, рассержен так, что его даже не заботит, обидится доктор Фабриканте или нет. Но нет – Фабриканте отмахивается от этой отповеди.
– Не все сводится к проигрышу или выигрышу, – говорит он. – Важно, что дети участвуют, стараются, изо всех сил показывают, на что они способны. Однако в некоторых случаях победа становится значимым фактором. Наш случай как раз такой. Почему? Потому что наши дети начинают в невыгодном положении. Им необходимо доказать себе самим, что они способны соперничать с внешними людьми – соперничать и брать верх. Наверняка же вы это понимаете.
Он, Симон, нисколько не понимает, но влезать в спор у него нет никакого желания. Доктор Фабриканте, educador, совсем не обаял его, и он, Симон, надеется никогда больше его не видеть.
– Я насквозь промерз, – говорит он, – и, уверен, дети тоже. Куда девался водитель?
– Вот-вот придет, – говорит доктор Фабриканте. Умолкает, затем обращается к Инес: – Сеньора, можно потолковать с вами наедине?
Он, Симон, удаляется. Дети из приюта завладели полем и заняты своими разнообразными играми, на поверженных гостей внимания не обращают, а те жалко ждут, когда приедет фургон и отвезет их домой.
Фургон приезжает, «Лас Пантерас» забираются внутрь. Уже собираются отъехать, и тут Инес решительно стучит в окно:
– Давид, ты поедешь с нами.
Давид неохотно вылезает из фургона.
– Мне нельзя поехать с остальными? – спрашивает он.
– Нет, – угрюмо отвечает Инес.
На обратном пути, в машине, обнаруживается причина ее дурного настроения.
– Это правда, – спрашивает она, – что ты сказал доктору Фабриканте, будто хочешь уйти из дома и поселиться в приюте?
– Да.
– Почему ты так сказал?
– Потому что я сирота. Потому что вы с Симоном ненастоящие мои родители.