Смайли

Донер Лорен

– Свяжитесь со мной, если что.

Смайли выскочил из кабинета, и ему не нужно было даже оборачиваться, чтобы знать наверняка - Джерико идет за ним следом. Он остановился, когда они вышли из здания, обернулся и гневно уставился на него:

– Почему ты за мною следишь?

– Что собираешься делать дальше?
– Голос у Джерико звучал подозрительно.

– Нет уж - теперь дожидайся, пока Джастис снова мне позвонит.

– Что за чушь. Я слишком

хорошо тебя знаю. Каков твой план?

– Я хочу поговорить с ее соседкой по комнате.

– Это плохая идея.

Смайли это уже не волновало. Должно быть, решимость была написана у него на лице.

Джерико полез в задний карман и достал сложенный вчетверо листок бумаги, а затем и сотовый телефон.

– Ее зовут Элизабет, и здесь ее номер. Этот телефон заблокирован. Я знал, что ты уже нерационален, но на твоем месте сделал бы то же самое. Возьми, пока я не передумал. Только помни - все, о чем вы будете говорить, может быть использовано против нас. Она могла быть в этом замешана.

– Зачем ей тогда беспокоиться, что Карл Вудс может чем-то навредить Вэнни? Это предполагает, что для нее представляет опасность он, а не мы.

– У меня возник тот же вопрос. Вот почему я тайком скопировал номер из ее файлов, и взял один из наших "неопознаваемых" сотовых телефонов. Их используют оперативные группы наших команд. Это номер из их квартиры, и на всякий случай я уже позвонил. Один из членов команды будет слать мне текстовые сообщения, если она куда-то уйдет. Но она по-прежнему сидит дома.

Смайли отошел подальше за здание, чтобы не стоять у всех на виду, и огляделся вокруг - убедиться, что остался один. Джерико ждал его на углу, и казалось, готов был перехватить любого, кто подойдет слишком близко.

Смайли развернул листок и набрал номер. Телефон дал четыре гудка, прежде чем машинка с компьютерным голосом ответила.

– Элизабет, меня зовут Смайли. Я...

Трубку немедленно взяли:

– Я знаю, кто вы.
– У нее был приятный голосок, но звучал он напряженно.

– Я слышал, что вы тревожитесь за Вэнни. Что случилось?

– Вы можете мне помочь?

– Возможно. Почему вы считаете, что она в опасности?

– Она уехала еще вчера, чтобы забрать свои вещи. Карл не захотел отдать те, которые она оставила в гостинице, если она лично не вернет ему обручальное кольцо. Она так и не вернулась домой - хотя должна была, если только он ничего с ней не сделал. В полиции мне сказали, что они не могут начать ее искать, пока с момента пропажи не пройдет семидесяти двух часов. Я знаю, что с нею действительно что-то не так. Теперь в полиции говорят, что сегодня они с Карлом уже разговаривали с журналистами, подразумевая, что с ней все отлично, и они просят их больше не беспокоить.

– Я в курсе.

– Это все фигня! Она не будет общаться с прессой. Черт, мы затем и прятались в нашей квартире, чтобы этого избежать. Они даже предлагали ей денег, чтобы с нею поговорить, и она отказалась.

Никто мне не верит, когда я говорю, что уверена - Карл мог что-то с ней сделать!
– Голос звучал так, как будто она плакала:

– Полиция делать ни черта не собирается.

– Вам известно, куда она поехала?

– В загородный дом его отца - но туда я уже звонила. Персонал утверждает, что она действительно там появлялась, но оставалась с Карлом в лимузине. Я позвонила ему, но он по своему телефону не отвечает. Я даже связалась с его секретарем, и та мне сказала, что она не слышала этого непосредственно от него, зато узнала от сотрудников, что он передал все свои запланированные дела в ассоциированную компанию. Им он сказал - это потому, что ему необходимо в эти трудные дни поддержать свою невесту.

Уже задыхаясь, она всхлипнула:

– Только она не собирается выходить за него замуж.

Смайли прислонился к стене здания.

– Вы уверены? Возможно, он все еще хочет на ней жениться.

– Бред! Вэнни никогда его не любила. Я свою девочку знаю. Сначала он был с нею очень обходителен - а потом она с этим дураком начала встречаться, и все стало так скучно, что стало казаться просто безопасным. Она вздохнула почти с облегчением, от того, что теперь все кончено. Конечно, она чувствует себя виноватой с тех пор, как с вами это случилось - но не настолько, чтобы вернуться к нему, или о чем-то говорить с журналистами. Вы должны мне поверить. Я ее знаю.

– Что вы хотите от меня?

– Просто найдите ее. В отношении мужчин она как-бы... слегка наивна. Карл для нее был слишком холодным и скрытным. Это никогда ничего хорошего не предвещает. Что-то было не так с этим уродом. Я бы поставила последний доллар, что он обманом вынудил ее остаться, и потом заставил говорить с журналистами. Она мне даже не позвонила. Только от одного этого я начинаю, к чертям собачьим, сходить с ума от страха... Мы с нею лучшие подруги. И обо всем друг другу рассказываем.

Смайли прикрыл глаза, пытаясь усвоить информацию.

– В том числе, вы ей действительно понравились, - добавила она.

Он мгновенно открыл глаза:

– Как?

– Единственная причина, почему Карл хочет, чтобы она поговорила с журналистами - это сказать что-то плохое о Новых Видах. Я думаю, то, что он до сих пор лижет задницу свему отцу - это совсем не смешно, независимо от того, что он поклялся Вэнни в любви. Он продолжает уверять ее, что не участвует в этой церкви - но при этом всегда делает то, что велит ему папаша.

Я имею в виду - он даже перестал с Вэнни спать, потому что его родитель решил, что сынок будет выглядеть плохо, если начнет заниматься сексом до свадьбы. Он сказал, что это все ради его карьеры - а я называю это полной фигней. Он просто юрист, и не рвется на пост мэра. Никого не колышет, спит с женщиной или нет. Он взрослый человек, ради Бога! Его отец прикажет ему прыгать - и Карл спросит его, как высоко. Для своего папочки он вроде куклы-чревовещателя.

– А это что такое?