Служители трех миров
Шрифт:
Очевидцем подобных событий стал и американский врач, путешественник и фотограф, автор книги “Свидетель колдовства” Гарри Райт, побывавший в Дагомее в начале 50-х годов. Пригласивший американца в ответ на его письмо-просьбу принц территории Умбегейм по имени Ахо оказался ярым поклонником и большим другом жрецов, по сути возведших его на престол, а также членом “Общества леопардов”, о чем свидетельствовали ритуальные шрамы-полоски на его лице. Поэтому в порядке щедрого жеста гостеприимства Ахо пообещал познакомить Райта со жрецами воду, а также показать “Храм леопардов”, их танец и “могущественные фетиши нашего народа”, то есть предметы поклонения. Как оказалось, для последних “лучше
Не имея возможности привести все описание долгой подготовки и выхода на кульминацию “танца леопардов”, покажем лишь с помощью Райта его необыкновенный финал.
“Наконец барабаны стали бить тише и медленнее, и на середину вышли три жреца, держа в руках цыплят – ритуальные жертвы, заменившие обязательные прежде человеческие. Главный жрец затянул низким голосом погребальный гимн. Голос его поднялся почти до крика, и по толпе пробежала какая-то дрожь. На площадку вбежала, почти впорхнула девушка. Ее нагота не была прикрыта ничем, если не считать бус из раковин каури на шее и такого же пояса на талии. Казалось, что она танцует в облаке тусклого света.
Неожиданно она остановилась и огляделась, затем произнесла несколько слов низким музыкальным голосом. Барабаны стихли, только последний звук, казалось, еще дрожал в воздухе. Вдруг Ахо схватил меня за руку.
– Смотрите! – прошептал он в каком-то экстазе. – Видите двух леопардов рядом с нею?
Девушка была всего в двух шагах от меня, я никаких леопардов не видел, но глаза зрителей следили не только за девушкой, но и за пространством рядом с нею, как будто там было что-то видимое только им.
Ахо продолжал сжимать мою руку.
– Смотрите, там, за нею – пять леопардов!
Я не понял, говорил ли он всерьез или издевался надо мной. Но когда он неожиданно скомандовал: “Отойдите на шаг, или вы его коснетесь!” – я понял, что это не шутка.
Барабан снова стал бить громко и быстро. И вдруг мне показалось, что глаза у меня сейчас вылезут на лоб: сразу за девушкой, на границе мерцающего света, я увидел тень животного; я не успел выразить удивления, как передо мной появился взрослый сильный леопард. Еще два леопарда появились позади девушки. Они величественно прошли через площадку и все трое исчезли в тени деревьев. Больше всего меня поразило то, что я совершенно отчетливо видел в зубах одного из леопардов цыпленка.
– Вы видели их! – с триумфом воскликнул Ахо. Я не смог ответить. Я молчал…”
Райт стал и свидетелем ритуала, который особенно важен для дальнейшего разговора о вуду – “воскрешения мертвого”.
На поляне, куда американца привел сопровождавший его жрец Нгамбе, действительно лежал мертвый или близкий к этому человек. Райт попросил разрешения осмотреть тело. Ему разрешили, но предупредили: не прикасаться! Но как врач он все же не вытерпел. “Я сел так, чтобы заслонить его (мертвого – В.Ф.) своим телом, быстрым движением приподнял ему веки, чтобы проверить зрачковую реакцию по Аргил-Робинсону. Реакции не было. Я попытался также нащупать пульс. Его не было…”
Вдруг участники ритуала за спиной Райта дружно всполошились и пришли в неистовую злобу – они увидели, что гость коснулся лежащего, и закричали, что теперь-то тот действительно умрет. Перепуганный Райт возразил: человек и так уже мертв! И невольно вспомнил при этом историю о бельгийском полицейском, которого в буквальном смысле растерзали на куски за то, что он помешал обряду поклонения фетишу. Но на этот
Как объяснили Райту, причиной болезни и затем смерти ожившего на его глазах мужчины был дух, вошедший в его тело по наущению врага-колдуна и вытеснивший оттуда душу. Однако в какой-то небольшой срок посредством увиденного ритуала можно изгнать злого духа и вернуть душу. Что и было сделано. Правда, Райт, коснувшись тела, чуть не разрушил весь строго выверенный ритуал.
Что же касается самого американского доктора, то он сделал такой вывод:
“Мне сдается, что этому человеку дали какой-то алкалоид, который вызвал состояние каталепсии или транса, и тело его казалось безжизненным. С другой стороны, он мог находиться в глубоком гипнотическом сне. Самым удивительным для меня было то, что человек, находившийся в состоянии, при котором он не реагировал на обычные тесты, был выведен из него без помощи лекарств или известных стимуляторов, и даже без прикосновения человеческих рук…”
Итак, на этом впечатляющем примере мы и закончим экскурс в страну бокононов-азондато и вновь переместимся на Гаити, уже представляя в общих чертах, с каким багажом прибыли на далекий остров невольные африканские переселенцы.
Секретное оружие рабов, или Страшная участь покойников
Эспаньоле не суждено было долго быть Маленькой Испанией – уже в начале XVII века потомков Колумба начали теснить французские и английские пираты и авантюристы. Затем французы окончательно изгнали и англичан, и испанцев, заложили собственные города Пор-Марго и Пор-де-Пе и назвали новую колонию Сан-Доминго. Они и стали главными владельцами привозимых на остров в огромных количествах африканских пленников.
Как отмечали очевидцы, условия жизни рабов в Сан-Даминго были самыми худшими во всей Вест-Индии. Поэтому, придя в себя после шока от нечеловеческой перевозки в переполненных трюмах, схоронив в первые месяцы каждого третьего товарища по несчастью в чужой земле, негритянские невольники начинали медленно поднимать головы, а потом и вовсе бросать вызов хозяевам. Уже в 1522 году произошло первое восстание, а затем они последовали одно за другим – в 1533, 1537, 1548 годах. Постоянно случались и побеги, число завоевавших таким образом временную свободу колебалось от тысячи до полутора тысяч человек.
Главная сложность восставших поначалу заключалось в том, что они просто не понимали языка друг друга, поскольку представляли около 40 различных народностей и племен. К тому же многие эти племена на африканском континенте вели между собой постоянные войны и были непримиримыми врагами. Видимо поэтому в первые годы, желая навредить кому-либо из белых, искушенные в знаниях ядов негры очень редко устраивали отравления хозяев, но зато в массовых количествах – их рабов, подрывая таким образом материальное положение колонизаторов. Например, губернатор Сан-Доминго из-за подобных действий потерял только за один год сто своих слуг, но никак не пострадал лично.