Служанка-попаданка
Шрифт:
– Держи его!
– крикнул он мне, не вдаваясь в объяснения.
Я опустилась рядом и придержала малыша за дёргающиеся ножки со своей стороны. Особых усилий для этого прилагать не пришлось, потому что он вдруг затих, а потом и вовсе почти обмяк, словно обессилив.
Лекарь пробормотал сквозь зубы что-то малопонятное, наверное, один из вариантов местных ругательств, и, зачем-то прикрыв глаза, принялся быстро водить по ране ладонями. На моих глазах кровь остановилась, и рваное отверстие начало затягиваться. Вскоре от него не осталось и следа. Это было настоящее чудо! Вот только детёнышу
– Не понимаю, что не так?
– нахмурился мужчина.
– Это должно было помочь.
Я с болью наблюдала за тем, как угасает жизнь малыша и растерянно гладила слабо подрагивающее тельце. И вдруг в какой-то момент его шкурка под моими руками словно стала прозрачной. В глаза сразу бросилось большое чёрное пятно, пульсирующее где-то под раной ближе к мягкому брюшку. На каком-то интуитивном подсознательном уровне оно вызывало тревогу. Я не понимала, что происходит и скорее так же интуитивно, чем осознано поделилась с лекарем своим видением.
Тот недоверчиво переместил ладони в указанном направлении, закрыл глаза и замер на несколько мгновений. А потом снова начал загадочно водить руками и что-то шептать. Когда через несколько минут мужчина остановился, на его лбу блестели капельки пота, а оленёнок задышал ровнее, его взгляд прояснился, а в робких движениях появился намёк на прежнюю силу.
– Надо же, просмотрел внутреннее кровотечение, - с удивлением констатировал он, взглянув на меня с интересом.
– А ты увидела, получается? И даже на ментальное зрение не переключалась. Учил кто-то?
– Нет, как-то само получилось, - пробормотала я, всё ещё толком не понимая, что произошло, но от осознания, что мне удалось сделать что-то особенное, душу затопило радостное волнение.
– Надо учиться, - покачал головой мужчина, перекладывая оленёнка на большую охапку чистой соломы.
– Такое даже после специальной подготовки не у каждого получается.
– Я буду учиться!
– кивнула с готовностью, вспомнив, как в детстве мечтала заботиться о животных, но из-за аллергии на шерсть мне не позволялось даже приближаться к ним. Теперь, получается, такой шанс у меня появился, так почему бы им не воспользоваться?
– А что случилось с этим малышом?
– Хороший вопрос. Кто-то недосмотрел за змеезубом, и он забрался сюда, - нахмурился лекарь, кивнув в дальний угол помещения.
– Пришлось его обездвижить пока.
Присмотревшись, я вздрогнула от страха, когда увидела застывшего в дальнем углу помещения… удава среднего размера, в открытой пасти которого виднелись настоящие огромные клыки. Боже! Это что за монстр?! И кого он ещё успел загрызть, когда выбрался на свободу? Я сразу вспомнила своего мечерога. А если он и на него успел напасть?
Вскочила на ноги и, ничего не объясняя, побежала проверять, как он там. Но тревога оказалась напрасной. Меня встретили привычным пренебрежительным фырканьем и косым взглядом. Убедившись, что с белоснежным нахалом всё в порядке и попрощавшись с ним ещё раз, вернулась обратно.
Возле помещения с оленёнком суетились люди, а лекарь им что-то строго выговаривал. Потом двое работников понесли куда-то всё ещё обездвиженного змеезуба. Господин Гейздер, увидев меня, спросил, куда я убежала. Я объяснила, что испугалась
– У твоего мечерога раньше был хозяин, так что больше он никого к себе не подпустит. Приручить этих животных повторно практически невозможно. Они очень преданные, - объяснил Гейздер.
– Я не пытаюсь его приручить, просто любуюсь. Он такой красивый!
– возразила, невольно оглянувшись в сторону белоснежного чуда.
– А что с его хозяином?
– Кто же знает? Может, умер, а может, бросил, - с грустным вздохом пожал плечами пожилой лекарь, - у людей с преданностью похуже, чем у животных. Потому он и оказался тут, что никому не нужен.
Мне не хотелось верить, что мечерога могли просто бросить. Сердце сжималось при мысли, что с ним могли так поступить. С другой стороны, это бы объяснило, почему он такой недоверчивый дикарь.
– Я к нему почти каждый вечер прихожу. А… можно мне иногда и к вам заходить, смотреть, как вы работаете?
– робко озвучила пришедшую в голову идею. Ведь неизвестно, когда и куда я поступлю, а обучение можно было бы начать уже сейчас, раз уж с профессией определилась.
– У меня всегда много работы, но приходи, - после недолгой паузы сказал мужчина.
– Посмотрим, что ты ещё умеешь. После сегодняшнего случая кое-кого точно уволят, так что лишние руки не помешают.
***
Несмотря на слова Лейды, Милада общалась со мной так же, как всегда - без всяких признаков ревности и неприязни. Так что с вопросом о том, где поблизости можно недорого приобрести нужные мне вещи, я подошла к ней. А получив интересующую информацию, не удержалась от прямого вопроса, который не давал покоя:
– Лейда сказала, что Гедер расспрашивал тебя обо мне, это правда?
– Да, и что?
– удивилась Милада.
– О тебе сейчас все спрашивают. Упасть с такой высоты и выжить - это редкая удача. Да и потеря памяти нечасто встречается. Вот люди и задают вопросы. Как правило, одни и те же.
То есть это был всего лишь праздный интерес? Я облегчённо выдохнула и расслабилась. Настолько, что следующим утром отправилась за покупками без сопровождения. Просто за всё время, что я была Рианой, на меня никто так и не попытался напасть, поэтому в голову уже начали закрадываться сомнения в том, что это вообще когда-нибудь произойдёт.
Ближайший пошивочный салон, месторасположение которого подсказала Милада, я нашла довольно быстро. Он находился недалеко от академии, и все служанки отоваривались и обшивались в основном здесь, поскольку цены позволяли. Качество тут, конечно, было не самое лучшее, зато в продаже имелась и готовая одежда, а шиковать мне пока всё равно было не на что. Так что выбрала скромный, но главное новый и тёплый плащ и одно более менее приличное платье серо-голубого цвета в крупную клетку - на выход. Заказала также комплект формы поновее, раскошелилась и на мелочи вроде нижнего белья и ночных сорочек. А вот обувь пришлось искать гораздо дольше. Я даже заблудиться умудрилась, зато приобрела что-то похожее на низкие ботинки. Не слишком изящные и красивые, но хоть не разваливающиеся и не полинявшие.