Слуга
Шрифт:
— Львы!!! — завопил кто-то из мужчин. Гэн нахмурился. Южи оглянулся на гостя.
— Скавы, говорят! Надо бы лук достать!
— Не надо, — Гэн твёрдым жестом отодвинул Южи и раскрыл дверь. Мужчина возмутился, его жена вскрикнула. Дверь захлопнулась. Не зная, что ещё он может сделать, Южи опять прильнул к двери. Бежать за луком он не стал — зачем, если разбираться пошёл Гэн. Вряд ли колдун вышел, чтобы скавы его загрызли.
Маленьких песочных львов боялись все. Они были очень быстры и умели уворачиваться от стрел. Они были хитры и незаметны на песке. Ели всё живое, что попадалось под руку. Конечно, можно
Это, кстати, давно интересовало Магов и Мастеров. Существа, которые поглощали магию, вероятно, сами имели с ней что-то общее. Может быть, скавы — частью демонические животные? Но жителям юга, где пусть в небольшом количестве, но водились песочные львы, было как-то не до этих размышлений.
Чаще всего пришедшие львы возвещали о нашествии степных. Этим странным людям, единственным из всех, скавы иногда соглашались служить. И не только скавы — угаи умели приручать разных животных. Взять тех же диких степных коней, убегающих от любого человека, если завидят его вдалеке. Или каменных волков, которых легко было спутать с лежащими камнями и которые были при степных как верные сторожевые псы. Скавов приручить было сложнее, справлялись не все, но кому удавалось — его племя тотчас становилось уважаемым среди своих.
Сегодняшние скавы были одни. И приручить их не удалось тому степному, который был раньше вождём. Сейчас он уже давно лежит где-то под Мёртвым Кряжем, и остались от него только кости. Плоть сгинула в пастях пары львов.
— Осторожно! — завопил кто-то за спиной. Гэн развернулся и поднял руку, показывая, что всё в норме. Стоящий вдалеке с поднятым луком охотник удивлённо смотрел на человека, не боящегося поворачиваться к скавам спиной.
Гэн развернулся опять. Подождал, пока животные тщательно обнюхают землю и наконец остановятся перед ним. Сядут и воззрятся снизу вверх выжидающе.
Охотник шумно выдохнул. В каком-то из домов распахнулась дверь, оттуда выглянула голова недоумевающего человека.
Раскрылась и дверь в дом Южи.
— Иди сюда, — велел Гэн. Мужчина помедлил, но всё-таки решил довериться парню, который пару лет назад, просто проезжая через посёлок, помог незнакомому человеку и отыскал в одном из соседних селений вора, который украл камни и пытался смыться. Вернулся Гэн тогда один, принёс обратно награбленное, а что стало с вором, так и не рассказал.
Южи несмело приблизился, прикрывая рукой лицо со стороны пляшущих песчинок, и остановился в паре шагов от Гэна и скавов. Львы стали настороженно нюхать воздух, коротенькая шерсть на их телах едва заметно шевелилась, по бокам скатывались жёлтые крупинки.
— Стой, они сейчас будут с тобой знакомиться, — предупредил Гэн. В этот самый момент самец поднялся и медленно пошёл к Южи. Остановился, посмотрел вверх. Обнюхал дрожащую ладонь, которой мужчина боялся шевелить, чтобы не лишиться её. Потом пошёл в обход. За обнюхивание принялась самка.
— Похоже, ты им нравишься, — улыбнулся парень. — Дай им имена. Теперь они будут охранять твою плантацию. Покажи, куда нельзя пускать чужаков, они запомнят. Объясни, что охотиться можно только за пределами
— Они меня не съедят? — несмело спросил Южи.
— Будь уверен. Меня же не съели.
— Ты колдун.
— А ты человек, которого они считают своим хозяином. Видишь? — жители села, не прекращающие следить за происходящим и уже не обращающие внимания на пескопад, отметили, что скав уселся возле Южи на песок и осмотрелся, как будто говоря, что не даст этого человека в обиду. Львица улеглась у его ног и лениво зевнула.
— Это… какая-то магия, да? — Южи поднял глаза на Гэна.
— Угаи могут приручать, почему бы и мне не уметь? — пожал плечами тот. — Не думай, что я им что-то велел. Я долго выбирал тех, что смогут пойти за тобой. И если бы ты им не понравился, пришлось бы отпустить.
— Ага… — мужчина неловко прикоснулся к гриве сидящего скава, тот не двинулся, только стал издавать утробное мурлыканье, как будто маленькие камушки перекатывал. Совсем как большой кот. — А что делать, если они… ну, забудут, что должны меня охранять?
— Я не думаю. Они гораздо разумнее обычных… впрочем, если ты начнёшь сомневаться, пристрели их. Сомнения убивают доверие. И не забудь объяснить им правила приличия, они могут загрызть всех людей в селе!
Эти слова не обнадёживали. Но львы вели себя смирно, к жене Южи отнеслись равнодушно-положительно, приказ охранять маленькую плантацию в пару десятков измов по периметру поняли, и самец тотчас отправился прочь из села на поиски веток, которыми собирался накрыть вырытую яму и сделать логово. Южи перестал переживать. Они с Гэном проговорили о каких-то пустяках до самого вечера, а когда зашло солнце, парень перешёл мост и отправился дальше. Он точно знал, что ему нужно на север. Волшебный предмет, на зов которого он шёл, пересёк Щель и сейчас был где-то в Кромедоне.
****
Мастер Рай был снабжён неплохим запасом драгоценных камней (самых мелких, что идут по одному за сто ларов), поэтому проблем с питанием и ночлегом никогда не возникало. Он без всяких вопросов платил за девушку и мальчика, по ходу объясняя, почему через границу нужно перевозить только камни. Просто в Кромедоне были другие монеты — гриды. Побольше, да и чеканка иная. Эльтанские лары здесь не принимались, несмотря на то, что те были сделаны из того же металла. Зато драгоценные камни меняли на что угодно.
Спокойно и без всяких происшествий Грапиша, Рай и Эник проехали два посёлка на пути в Орзию, и одним прекрасным днём добрались наконец до столицы.
Эник сразу заметил, что главный город отличается от другого просто крупного.
— Смотрите, огромный белый замок! — воскликнул он, когда путники поднялись на холм. Да, со стороны Сургуна въезд в Орзию был очень красивым: сначала из-за холма, поросшего деревцами, совсем ничего не видишь. Но потом объезжаешь его, чуть поднимаешься вверх — и всё как на ладони. И высокая стена, окружающая город, и тот самый дворец из белого камня, на шпиле самой высокой башни развевается флаг с кактусом. Под стеной располагаются дворики, совсем как в посёлках, и они в свою очередь тоже обнесены стеной, но поменьше, даже не видно её сразу.