Слуга
Шрифт:
Анди вспомнила, как заслонилась от страшного чудовища, и то даже не смогло прикоснуться к ней. Всё это время девушка думала, что её спас Мастер Рай.
– Правильно… переложи всё на амулет, и твой долг передо мной будет исчерпан, – прошептала она. Но вовсе не злобно – ведь Телуна на самом деле её защитила.
– Прости. Я не хочу расставаться так… скомканно, – Телуна покаянно склонила голову. Анди, напротив, вскинула её.
– Расставаться?
– Ты ведь сама только что об этом говорила, – невесело усмехнулась воительница. Этот разговор походил на тот, возле камня в степи. – Я не могу подарить тебе радость, так
– Куда уйдёшь? На войну? – Анди шмыгнула носом. Такой поворот разговора ей не нравился, и она уже подумывала, как перевести его в мирное русло.
– Война окончена, ты же слышала. Нет, просто я… – внезапно девушка резко вдохнула, её глаза широко раскрылись, а руки непроизвольно приподнялись, как будто снизу дул сильный ветер.
– Что? – спросила Анди. Подруга не ответила, замерев, словно она оглохла и ослепла одновременно. А до Анди только сейчас стал доходить смысл её слов. Она ведь всё прекрасно поняла, и лишь пыталась сказать, что из них не получится подруг. Потому что не дружба между ними, а что-то иное. Или, может быть, только для Анди это что-то иное, а Телуна всего этого не чувствует, но просто понимает. И решение разойтись – самое лучшее, потому что иначе всё будет продолжаться так же, как этот дурацкий разговор.
– Анди… – Телуна очнулась, перевела взгляд на подругу. Посмотрела с невиданной доселе нежностью. – Ты не в обиде на меня?
– При чём здесь обида?..
– Я понимаю, что тебе нужна эта Телуна. Но прости, – взгляд её стал умоляющим и очень грустным. Она правда сожалела. – Ты выдумала её, такую, какую знаешь. На самом деле её нет.
– Лучше бы ты была мужчиной… – прошептала Анди и отвернулась, уткнувшись лицом в ладони. Всё, сказала. Теперь у Телуны не должно быть никаких сомнений на её счёт. А значит, она может только развернуться и покинуть комнату.
Но удаляющихся шагов не последовало.
После мучительной паузы из-за спины наконец раздался голос, полный надежды.
– Ты правда этого хочешь?
Анди не ответила.
– Тогда… тогда… – Телуна не нашла слов, и вместо того чтобы стоять на одном месте в неловкой ситуации, развернулась и побежала. Когда шаги слышались уже на лестнице, Анди собиралась заплакать, как и положено делать, когда конфликт разрешён и вынесен вердикт: расставание. Но… вдруг опомнилась.
Что же она делает? Ведь Телуна сейчас побежит к Грапише и попросит сделать из неё мужчину! Потому что она тоже чувствует эту странную связь, которую и боишься, и хочешь назвать любовью. И это… это прекрасно, но… она ведь изменит себя, и всё ради какой-то там Анди!
А может ли Грапиша изменить пол человека? Даже хотя бы свой собственный? Она никогда этого не делала… Анди лихорадочно размышляла, ходила из угла в угол и не знала, что ей делать: радоваться, потому что Телуна всё-таки с ней – или огорчаться, что она решилась на серьёзный шаг.
А потом девушка в бессилии опустилась на пол и разрыдалась уже от безнадёжности. Как она могла забыть? На Телуну ведь не действует никакая магия, и её нельзя превратить даже на долю ации. Так что убежала она, скорее всего, уже насовсем.
****
Голос Гэна не был громким, но правильно было
Князь Ревеор, княгиня Аринша, Груак, Грапиша и Мастер Райанстер сидели за обеденным столом, и всё их внимание было сосредоточено на произносящейся речи. Груак и Ревеор развалились в тронных креслах, Аринша сидела недалеко от мужа, Рай стоял возле Грапиши, скрестив руки на груди, и все внимали.
– Вы передадите своему сыну юное, в каком-то понимании, Княжество. Богатое, можно даже сказать, самое богатое в мире. За камни, украшающие платье вашей жены, можно купить дом. Вы ведь понимаете, почему в мире так мало украшений из камней и их используют только для торговли? Сейчас их почти нет. А в то время, когда Княжество ещё не пропало, камни были слишком дороги – ведь это всё, что вы можете дать другим странам. У вас здесь горы, скалы и камень под ногами, и во всём этом – непередаваемое богатство. Для вас – обычное украшение на шею, для них – целое состояние. И в то же время у них есть всё, чего не хватает вам. Думаю, вы понимаете, о чём я – торговля. Не вам стоит это объяснять, вы правитель, и правитель опытный.
– Можно предположить, что на Княжество накинутся все государства, – заметил Груак. – Тот же Кромедон. Сначала они, конечно, не будут знать, что здесь почти нет людей, но потом-то поймут. И захватят нас, сделав частью Кромедона. Они долго ждали, не нарушая какой-то "Договор о неприкосновенности культурной области", но сейчас-то уж чего…
– Если они сохранят город таким, каков он есть, это не так уж и страшно, – заметила Аринша.
– А Царство Ратарское? – напомнил князь. – Самая большая проблема. Сейчас оно молчит лишь потому, что никто оттуда не может сюда войти. Да и то – просто Слуга не открыл путь. Ведь если он смог заключить Княжество в кольцо, значит, для него не составит труда и отдать нас Царству.
– Это верно, – Груак нахмурился. – Но если так, он мог бы давно сделать это…
– Выходит, ему это не интересно, – сделал вывод Гэн. – Нужно восстановить население. Влить народы снаружи. На это потребуется слишком много времени. А если вы развернёте пропаганду, на вас обратят слишком много внимания.
– Как же быть? – князь Ревеор тёр подбородок. – Закрыть Врата… опять…
– Для вас могут быть созданы амулеты, которые помогут вам пройти, – сказал Гэн.
– А как вы закроете Врата, если закрыть их может только Слуга? – рискнула заметить Аринша. – Они открылись, не спорю, но ведь сами собой. Я думаю, стоит решать вопрос не о том, закрывать ли Врата, а о том, как восстановить Княжество с меньшими потерями.
– Дело в том, что… – Грапиша решила всё-таки рассказать правду, но не успела.
– Я займусь этим! – вызвался какой-то активист со стороны входа. Там, в большом проёме, находился парень, по виду – ровесник Гэна. Он шёл к беседующим, и скоро можно было разглядеть, что на его стройное тело надеты тёмно-зелёные лёгкие штаны и светло-жёлтая рубашка без рукавов, распахнутая на груди и затянутая снизу бордовым поясом. Ноги его украшали коричневые мягкие ботинки, поэтому совершенно не было слышно, как он шёл. Волосы у незнакомца были тёмно-каштановые, сравнительно короткие, но не постриженные ёжиком, как было модно у Мастеров. Парень улыбался в предвкушении.