Слуга Жнеца
Шрифт:
***
День угасал. Теонард вышел на крыльцо, заметно посвежевший после двух ведер воды, которые вылил на себя. Волосы мокрые и растрепанные, но с моря дует ветерок, и они высыхают прямо на глазах.
Со стороны дальнего поста на внешнем круге к нему несется амазонка Брестиды, непривычная и маленькая без лошади. Он хотел дернуться вперед, чтоб сократить расстояние, но удержался, напомнив себе, что он Глава и нечего бегать, как простолюдину.
Амазонка прибежала запыхавшаяся, тугой
Она быстро отдышалась и доложила, выпрямившись так сильно, что грудь подскочила почти до подбородка:
– Прибыли… эльфы. Солнечные. Там посол и сопровождение…
По земле скользнула крылатая тень, амазонка отшатнулась, но тут же встала по стойке смирно, раздраженная недостойной воительницы пугливостью.
Лицо Теонарда потемнело, он поднял взгляд в небо, то там уже пусто, на востоке появилась темная полоса, где зажглась первая звезда.
– Спасибо, Иллара, – проговорил он. – Ступай обратно, скажи, сейчас приду. Сюда не веди. Сперва сам посмотрю, что за остроухие, будь они неладны. И вот еще что… Собери, на всякий случай, несколько отрядов, но на глаза пусть не показываются. А со мной пусть пятеро выедут.
Амазонка осторожно поинтересовалась:
– Хотите напасть, ваше главшество?
Теонард покачал головой.
– Надеюсь, нет. Но подстраховаться надо. Мало ли, что этим остроухим в голову взбредет.
– А-а… – протянула амазонка. – Поняла, тактический ход. Все сделаю.
Амазонка быстро поклонилась и помчалась обратно, вскидывая крепкие округлые ягодицы.
Теонард невольно загляделся. Когда фигурка воительницы уменьшилась до размеров козы, он спустился по ступенькам и направился следом, стараясь держаться невозмутимо и спокойно.
Через минуту его догнал Лотер, глаза сверкают, как рубины, клыки торчат из пасти, словно собирается с разбегу налететь на прибывших и разорвать, чтоб следов не осталось. Волосы взлохмачены и напоминает больше двуногого медведя или волка.
Он щелкнул клыками и прорычал с веселой злобой:
– Я Страга позвал. Он вроде тоже эльфов недолюбливает. Хотя ума не приложу, с чего. У самого уши какие.
– Ты себя в зеркало видел, харя озверевшая?
– Злой потому что, – огрызнулся ворг. – Злой и голодный. Это все вы мне есть не даете. Изверги. Теонард, ты уж не подведи.
Арбалетчик нахмурился, по лбу пролегла глубокая морщина, словно думает уже не об эльфах, а обо всем мире, только мыслей так много, что они не умещаются в черепушке и лезут наружу.
– Постараюсь, – проговорил он. – Еще не понял, как, но постараюсь.
Лотер посмотрел на него с подозрением, но Теонард лишь сильнее сдвинул брови.
Проходя мимо эльфийского Дерева, ворг покосился на кроны, где мелькнула тень, зашуршали листья, и в воздух взметнулась стайка потревоженных светлячков. На фоне темнеющего неба, они показались магической пылью, которую мелкинд иногда использует в заклинаниях.
Ворг спросил, все еще глазея на Дерево:
– Ты
– Нет, – бросил Теонард, не оборачиваясь. – Но что-то подсказывает, сама узнает. Главное, чтоб высокородные не промыли ей мозги прежде, чем решим вопросы.
– Ей попробуй промой, – хмыкнул полузверь. – Она вроде не в ладах с солнечным собратьями.
Теонард покачал головой.
– Тут дело тонкое. Это ее личные дрязги. Но они ей собратья, а значит, не известно, как себя поведет, если нападем. Да и нельзя нападать, хотя хочется. В общем, надо думать. А то эльфы быстро начнут качать права и указывать всем, что делать.
Шерсть ворга поднялась на загривке, он глухо зарычал и проговорил:
– Сойдись я с ним в честном поединке… без мечей и луков… От остроухого даже ушей не осталось бы.
Теонард приподнял бровь, покосившись на Лотера.
– Крепко они тебе насолили. Но надо десять раз подумать прежде, чем что-то решим. Ни дай бог, война с солнечными. Уж не знаю, насколько мы теперь могучи, но сразу на высокородных проверять не хочется.
– Ну да… – уклончиво пробормотал ворг и спросил, меняя тему: -Там мелкинд портал соорудил. Знаю, ты разрешил. Но вдруг будет пользоваться в своих целях? Мало ли, набегут всякие мелкие в Цитадель. И так всяких понабежало.
– Даже если будет, – сказал Теонард, пожимая плечами. – Все равно мелкиндов пока не видно, не известно, выжили ли вообще. Вон, тахаш честно признался, что один в целом свете. Даже Керкегор согласился, что его раса вымирает. А Каонэль вообще серая, хоть и красивая. Портал может быть полезным. Чародей пользуется такими, чем мы хуже?
Лотер напомнил осторожно:
– Все-таки чародей маг, или кто он там. И живет долго. Ему положено использовать порталы и северные ветры. Но мы? Справимся ли?
Теонард скрипнул зубами.
– Придется справиться. В наших руках великая мощь, чародей сам говорил. Так что выбора нет. А мелкинду я еще и сферу разрешил поставить, магическую, чтоб наблюдать за ближними территориями. Не все же самим бегать.
– Можно подумать, бегаешь, – усмехнулся Лотер. – Когда вообще из своей башни выходил? Это я бегаю, особенно утром, когда еще все спят. Воздух тогда самый чистый, а небо совсем бледное. Или ночью.
Теонард скривил губы, и произнес, поправляя меч на поясе:
– У нас есть дозорные, но лучше заранее видеть, что там, вдалеке, прежде чем высылать отряды. Конечно, проще отправлять гоблинов, их хлебом не корми, дай крашаром помахать. Но мы же должны головой думать, а не тем, на чем сидят гномы.
И без того жуткая морда полузверя оскалилась, послышался прерывистое рычание, которое в зверином облике означает смех. Теонард передернул плечами и ускорил шаг.
Когда резиденции остались позади, Хранители двинулись через второй круг поселений, где успели появиться дома, местами двухэтажные, из крепких, добротных бревен, торговые лавки и кузницы. Народ, что обосновался тут, прибыл к Цитадели раньше всех и теперь с гордостью демонстрирует остальным преимущество.