Слуга его соплейшества
Шрифт:
Он сел мне на руку и вопросительно курлыкнул. Должно было сработать и так, но...
Я потящил собранный загодя мешочек. Эти вещи пошили под мой заказ через полугоблина, которого я попросил наврать про ролевые игры с высокородной феечкой. А что? Феи далеко, они не обидятся.
Через пять минут моих криворуких стараний я вполне заработал на смертный приговор от защиты животных в реальном мире. Голубь обзавёлся светлым париком, накрашенным клювом и двумя выпуклостями под платьем, которые явно мешали ему летать. Радовало только, что все издевательства птица перенесла терпеливо. Ну а что поделать? Я не мог рисковать.
Да и
Ещё раз оглядев своё творение, я усадил пернатого в сенях и прошептал:
– Спой, птичка!
– На помощь, отважный рыцарь!
– тут же заголосила пернатая актриса, - Явись в храм Света за прощением, развей её беду!
Чтобы не услышал наш стражник, я вовсю загремел ведром у ворот.
Выговор у птички был весьма курлыкающим, но после актёрских потуг небритого верзилы звучала она вполне ничего.
Я увидел и ощутил, что наживка схвачена. Статы хозяина подёрнулись и заледенели квестом света. Я кышнул, и птица в новом образе взвилась в небо, роняя парик и крохотный лифчик.
"Одеваться," - мелькнула радостная команда, которую я так ждал.
И какая жалость, что один неловкий слуга как раз отдал доспехи в починку и куда-то засунул меч! Господину просто придётся обойтись тряпками, если он спешит!
Я выронил ведро и зашагал к дому.
Маскировка вышла не очень. У паладинов как класса был штраф на скрытые перемещения, атаки и засады. Причём, чем больше был прокачен дух, тем сильнее их свербило желание броситься на врага с воплем "во имя света". После долгих мучений я примотал к копью вместо флага двуспальную простынь с вышитым львом - купил по случаю у здешнего вора, не задавая лишних вопросов. Я вообще их не задавал, за что меня весьма ценили здешние рыцари плаща и кинжала. Как не стал ничего спрашивать и Светозарчик, надменно не интересуясь низкой вознёй слуги. В моём убогом царстве тоже действовали мои правила.
Этот флаг дивно вился бы на ветру, но без оного укутывал хозяина до середины ног.
Чего я и добивался.
В общем, когда закутанный в простынь Светозарчик выехал со двора, он мог бы обмануть своим видом разве что слабоумного доверчивого ёжика. Другое дело, что обманывать я никого и не хотел. Сидевший на страже Грум вытаращил глаза, хрюкнул, и в судоргах свалился на пол от дебафа "колики в животе". Даже не пришлось слепить его припасённым зеркальцем или посыпать эльфийской пыльцой. Обвешанный штрафами Светозарчик с перекошенной статой в жизни не справился бы с одиннадцатиуровневым убийцей в прямом бою. Но проехать мимо хрюкающего от смеха недруга смог. Я бежал следом с фонариком, который надо было освятить сегодня именно в храме Света. Игра согласилась с этой логикой настолько, что даже наградила меня зудом в руках.
Нашего заклятого соседа Хмуга я не опасался, он беспробудно пил "В тени стены", получив заманчивый квест "Лужёная глотка" от прислужника-полугоблина. Дальше уже было проще.
Светозарчик подъехал к дороге через трущобы, запруженной толпой, и влился в толпу поющи псалмы паломников, на фоне которых его тряпки уже не так бросались в глаза. Стража первых ворот впились в него бдительным взглядом и... пропустили без вопросов. В День Света мягче относились к жаждущим покаяться нарушителям, а под квестом веры у Светозарчика тускнели штрафы.
Я безнадёжно отставал со своей единицей в выносливости. Закутанная в тряпки
Я увидел издалека, как скрестили перед ним копья стражники. И закричал:
– Во имя Света!
– Во имя Света!
– подхватила толпа. Уверен, Светозарчик кричал громче всех.
И копья мгновенно раздвинулись. Никто не хотел скандалов с храмом. Вдруг они специально пригласили на гастроли этого киркорова? Фиг бы, конечно, Светозарчик прошёл бы с оружием так далеко, но я даже на пике заменил наконечник чёрствой булочкой.
А Светозарчик снова потерялся в белотканной толпе. Теперь я просто чуял, как он едет по Баронской улице, сворачивает на Синюю....
Я чуть не осенил себя кругом Света. Оставалось всего два квартала и один поворот. Два квартала и поворот!
А вот и поворот.
И вот над его головой вспыхнули грозные алые буквы. Просели статы. Начал действовать штраф за въезд в центр города. Даже конь тут же сбился с шага, уловив, как обмяк его седок.
Светозарчик повернул к ведущей на площадь Синей улице. Где-то вдалеке слышался перемешанный с криками звон. Нанятые мной травники-подмастерья славно отмечали день Зелёной Пыли, который я придумал специально для них, за мои же деньги, и там должна была кружиться вся стража, разбираясь с вдруг ожившими кустами и деревьями.
До ратуши оставалось с полминуты хода.
Я даже не сомневался, что мы не успеем.
Гулкие удары раскатились с той стороны площади так, что заплясал конь, а я ощутил дрожь в брусчатке. А потом из-за дома выбежала ожившая железная статуя с надписью "200" на груди и раскрасневшимся бородатым лицом.
– Ты!
– пророкотал здоровяк, - Нарушитель!
Светозарчик молча справился с конём и двинулся дальше. "Слабоумие и отвага" - этот девиз родился раньше, чем достойный его герой!
Стражник стоял у него на пути, как древний титан. Даже пешим он почти доставал до плеча моему хозяину, а его алебардой можно было бы чистить снег, прицепив к трактору. Одним ударом такой оглобли можно было положить целый взвод недоумков вроде моего, даже будь он в доспехах, а не в белых тряпочках раскаявшегося грешника. Хорошо, что пацан этого не знал.
Дело шло уже на секунды.
Я вздохнул, и хлебнул из припасённой склянки.
Мир сжался, распрямился, на мгновение пошёл квадратиками, и я будто замер внутри себя чуть в стороне, не во что не вмешиваясь. Через пару мгновений в голову шмыгнул тёплый паучок, и запустил во все уголки ловкие лапки. Я не противился, открывался как мог, и всё равно это было мерзко, мерзко. Как мне вообще пришло в голову такое? Где-то неподалёку замер подмастерье менталист, которому было ещё хуже, чем мне. Я долго выбирал самого лучшего, и также долго его уговаривал, что так надо и я не псих. И теперь он старательно порабощал моё тело и разум.
Утвердившись, паук протянул лапки к хозяйскому интерфейсу.
В этот раз кнопки пылали красным мертвенным светом, противясь чужаку. Захватчик шустро пробежался по кнопкам, выбирая нужную, нежно её погладил, и она всего на миг позеленела. Пламя тут же охватило её вновь, сожгло лапку, но дело уже было сделано. Кнопка нажата.
Огромное лезвие звонко врезалось в плечо Светозарчика и отскочило за спину стражника, едва не вывернув тому руку в плече. Ошарашенный силач сел на пятую точку.