Случайность - 3

Макгвайр Джейми

— Я не могу смотреть, — сказала Фрэнки, поворачиваясь спиной ко мне.

— Подумала, приехать сюда, чтобы сказать до свидания, — сказала Пэтти.

Она обняла меня, и тогда Фрэнки повернулась, и обняла меня одновременно.

Они держали меня дольше, чем я ожидала, так что мои глаза «танцевали» по всему залу, пока я ждала, когда они выпустят из объятий. Я похлопала Фрэнки по плечу, а затем Пэтти, наконец, ослабила свою хватку.

— Мы собираемся скучать по тебе здесь, детка. Удачи в колледже, — Пэтти сказала, подмигнув. — Попробуй не посетить,

если будет возможность.

Я кивнула.

— Спасибо, Пэтти, за... — Список был слишком длинным. — Все. Мне очень будет не хватать вас здесь. Ты всегда была добра ко мне.

— Ты всегда это заслуживала, — сказала Пэтти.

— Убирайся отсюда. — Фрэнки шмыгнула носом.

— Наслаждайтесь последними днями лета.

Я обняла их еще раз, махнула Джордан, а затем ушла через подсобку, доставая ключи от машины из своего кармана.

Уэстон повернул на север со стоянки, так что я знала, что он не отправился домой.

После прибытия к моей БМВ, я села в водительское сиденье и нажала на кнопку зажигания, слушая, как двигатель зарычал на жизнь, как и мой телефон — пробудился. Затем, он зазвенел снова.

Одно текстовое сообщение от Уэстона, а другое было от Сэма, оба интересовались, как прошел мой день. Я усмехнулась. Они были моими любимыми мужчинами во всей Вселенной.

Я ответила им обоим, что была грустная, счастливая, и уже направлялась по дороге домой. Затем, я надавила пятерней на привод. Будучи за рулем моей блестящей красной «БМВ» было не мучительно. Мои руки не дрожали каждый раз, когда колеса двигались вперед. Я могла варьировать по полосам движения, как это было нечто, и иногда, я даже превышала на одну или две мили предельной скорости. Когда я прибыла, Джулианна выходила из своего автомобиля, в стройном темном брючном костюме.

— Привет, дорогая! — просияла она, когда я вышла из машины. — Как работа? — ее голос раздавался эхом в негабаритном гараже.

— Хорошо. Немного грустно. Где ты была?

— В клинике. — Сказала она, ее глаза осветились. — Оформляла документы.

— Ты, правда, это делаешь? — спросила я.

— Да. — Сказала она быстро. Затем, ее улыбка немного угасла. — Это нормально?

— Да! — ответила я, повышая на тон голос. — Полностью. Я очень рада за тебя.

Ее улыбка вернулась, и она вздохнула с облегчением.

— Ты уверена, что я тебе не нужна? Ты сама заселишься в…

— Я буду в порядке. Я могу просто тебе позвонить?

— Правильно! — Сказала она, решительно кивнув. — Э-э...ужин? Я жажду Лос Потрос, как сумасшедшая.

— Я тоже, на самом деле, — сказала я.

Она махнула рукой, приглашая меня последовать за ней внутрь дома.

— Я позвоню Сэму. Я думаю, что его последнее дело может быть до пяти, если повезет.

— Я просто... — начала я, указывая наверх.

— Ах, да. Помыть Королеву. Я буду здесь, когда ты будешь готова. — Сказала она, находясь наполовину в кухне, наполовину в коридоре. Она теребила свои серьги в ушах.

— Это не займет много времени.

Я направилась к лестнице. Она пренебрежительно

отмахнулась от меня.

— Не торопитесь. Ой! Эрин? — позвала она.

Я замолчала. Тон в ее голосе был иным, но знакомым. Она нервничала, не зная.

— Да? — спросила Я.

— Ты можешь подойти сюда на минутку?

Я присоединилась к ней на кухне. Она держала прямоугольный кусок тонкой бумаги в своих руках, с неприятной ухмылкой на лице.

— Что это?

Она протянула ее мне.

— Сэм нашел ее. Это, вот какие вещи. Просто никогда не приходило в голову до сих пор.

Я стояла рядом с ней, взглянув на фотографию в ее руке. Это была Джулианна на больничной койке. Она была красной, вспотевшей, и счастливой.

— Это мы, — сказала Джулианна, ее глаза заслезились. — Сэм сделал этот снимок после того, как ты родилась, до тех пор как тебя забрали. Это ты, Эрин,— ты и я.

Я уставилась на картинку в течение минуты, видя какими темными и коротенькими волосы у меня были, какой счастливой была Джулианна, когда держала меня на руках. Это была наша первая фотография вместе и наша последняя... до недавнего времени.

Я посмотрела на рамку на табурете в стороне кухонного острова. Там была фотография Сэма, Джулианны и меня. Уэстон сделал ее только после окончания школы. Я была в своей шапочке и мантии, и Сэм с Джулианной лучились от счастья.

Металлический каркас кроватки, элегантный курсив, который уничтожил семью.

Я чувствовала, что мое горло затягивает, и я обняла Джулианну.

Она обняла меня в ответ, и усмехнулась, с удивлением в голосе.

— Я люблю тебя, мам.

У Джулианны перехватило дыхание, а затем она прикоснулась щекой к моим волосам.

— Я люблю тебя, милая. Ты всегда была моей величайшей радостью.

Задняя дверь открылась и закрылась, а затем шаги Сэма отдавались эхом по коридору. Он замер в дверях.

— Все хорошо?

Джулианна фыркнула.

— Она любит свою маму.

Плечи Сэма упали, и он улыбнулся.

— Я люблю своего отца, тоже, — сказала я.

Он нахмурился, а затем его нижняя губа задрожала. Он опустил чемодан и прошел несколько шагов, в наши объятия. Он затмил нас обеих своим телом, обхватывая Джулианну и меня руками. Я была вовлечена не в одни, а двое грустных объятий в тот день, но то, что поразило меня больше всего — было то, что было хорошо. Я не чувствовала себя неловко или принудительно. Я не только признала, что была любима, но также то, что я была достойна и заслужила любовь.

— Мы идем в Лос-Потрос на ужин, — сказала я, глухим голосом.

Сэм и Джулианна отпустили меня и усмехнулись.

— Я собираюсь принять душ, — сказала я, указывая на вверх.

Сэм кивнул, его глаза были полны слез.

— Хорошая идея. Ты пахнешь.

Джулианна игриво взяла и ударила его рукой.

— Я спущусь через пятнадцать минут, — объявила я.

— Ладно, милая, — сказала Джулианна. Когда я поднималась по лестнице, то услышала, как Джулианна спрашивала Сэма о его прошедшем дне.