Слово мастера
Шрифт:
Однако он, как ни удивительно, пришел практически сразу.
«С КБОС не работаем. Заказы не берем».
Ого. Вот так сразу взял и отшил, непрозрачно намекнув, что я со своим низким статусом, так сказать, рожей не вышел.
Ладно, сейчас переиграем.
«Запрос на личную встречу», — написал я, стараясь быть максимально кратким.
«Цель?» — так же лаконично поинтересовался мой собеседник.
Я усмехнулся.
«Расхэ».
А что? Мне ведь нужно привлечь его внимание.
Человек на том конце провода после этого и правда задумался, явно не понимая, чего я добиваюсь. А может, решая, не подстава ли это, ведь о своем прошлом нанимателе
«Запрос полномочий».
Я тихо хмыкнул: ишь какой недоверчивый — полномочия ему подавай. Может, пароль еще какой-нибудь ввести потребуется? После чего без колебаний ввел в строку всего одно слово: «Нокс». И, как и ожидалось, почти сразу получил новое сообщение.
«Место и время?»
Хех. Мимо этого имени он точно не мог пройти, предварительно не выяснив, что мне известно.
«Таэрин. Через три дня. В полночь».
А затем вбил в строку сообщения координаты той самой промзоны, где некогда держали Арли и где я устроил себе пространственный тайник. Просто потому, что это было единственное хорошо изученное и досконально проверенное мною место в Таэрине, которое лучше всего подходило для такого рода встреч.
«Принято», — так же лаконично отозвался мой собеседник, тем самым подтвердив, что появится.
Я удовлетворенно кивнул.
Отлично.
После чего деактивировал свой браслет, одернул рукав и поспешил вернуться к залу заседаний, успев явиться туда буквально за несколько мэнов до того, как двери зала наконец-то открылись и нас пригласили войти. После чего вместе с наставником и лэном Гасхэ зашел внутрь, уселся на жесткую лавку и чуть не ухмыльнулся, услышав от секретаря громогласное и прекрасно знакомое еще по прошлой жизни:
— Всем встать! Суд идет!..
Поздний вечер. Тишина. За окном вовсю барабанит дождь…
Тан Эранд Босхо стоял у окна и неподвижным взглядом смотрел, как скользят по стеклу тонкие извилистые струйки и как причудливо искажается в льющейся с небес воде свет недавно зажегшихся уличных фонарей.
В своем родовом имении он всегда чувствовал себя защищенным. Его дом во всех смыслах стал его крепостью. А его рабочий кабинет и вовсе представлял собой надежно укрепленное и отменно защищенное убежище, в котором можно было спокойно сесть и без помех вершить великие дела.
Однако сегодня впервые за много лет тан Эранд находился буквально в шаге от того, чтобы утратить это важное чувство. И по этой же причине пребывал в том самом состоянии, которое можно было смело охарактеризовать как тихое бешенство.
Неудивительно, что весь день челядь ходила по дому на цыпочках, стремясь как можно меньше показываться ему на глаза. Сыновья, хвала тэрнэ, еще вчера разъехались кто на учебу, кто на службу. Супруга весь день благоразумно не выходила из своих комнат. Да и охрана старалась лишний раз не тревожить взбешенного хозяина. Так что когда за спиной тихонько скрипнула дверь, тан Эранд недобро сузил глаза и повернул голову, чтобы взглянуть на смельчака. Но увидев, что это всего лишь маленький щуплый и ничем не примечательный внешне молодой человек, похожий на мелкого клерка, неожиданно успокоился.
— Что у тебя?
Молодой человек, имевший честь вот уже второе пятилетие быть доверенным лицом тана Босхо, прижал к груди тонкую папку и коротко поклонился.
—
— Я так понимаю, в версию о похищении тхаэры все-таки не поверили?
— Она пока еще рассматривается. Но мой информатор уже сообщил, что эта версия далеко не основная.
— А что с грузом?
— Пропал.
— Безопасники постарались?
— Нет, мой тан. По документам предмет, по описанию схожий с известным вам прибором, тхаэры на нашей базе не находили.
Тан опасно прищурился.
— Как такое могло случиться? У нас что, завелась крыса? У Ласса случилась осечка с одним из клиентов? Или же это конкуренты постарались?
— Мы еще выясняем, мой тан. Но уже сейчас ясно, что это, скорее всего, не ошибка координатора. Да и в ТСБ информация о нашей деятельности в провинции пришла не по официальным каналам, а была слита через наш же собственный терминал.
— Та-ак, — резко повернулся тан Эранд, впервые прямо взглянув на бестрепетно встретившего его взгляд помощника. — Хочешь сказать, нас все-таки предали?
Молодой человек едва заметно качнул головой.
— Данные пока противоречивые. Но с высокой долей вероятности могу предположить, что все-таки это был внешний фактор.
— Почему ты так решил? — насторожился глава рода Босхо.
— Возможность дистанционного управления главным терминалом базы мы потеряли практически сразу после того, как вы получили сигнал о смерти вашего брата. Незадолго до этого со второстепенного терминала ушло анонимное сообщение во все спецслужбы провинции с аудио- и видеофайлами, подтверждающими как существование собственно базы, так и присутствие на ней вашего брата. Личность Ласса также была раскрыта. Личность вашего брата еще и показательно представлена одним из непосредственных руководителей группировки. Как и от чьих рук он погиб нам, правда, выяснить не удалось. По информации тхаэров, они что-то не поделили с Лассом и взаимно уничтожили друг друга. Груз при этом пропал, и отследить его не удалось. Однако с учетом того, что камеры в коридорах отключились уже после этого, да и главный терминал был взломан тоже после смерти координатора, следует предположить присутствие третьих лиц. И хоть тхаэры этого пока не подтвердили, нам все-таки удалось дистанционно снять часть видеозаписей, которые велись непосредственно перед отключением камер, и выяснить, что сразу после смерти координатора что-то воздействовало на наших людей, причем так, что после прибытия тхаэров на базу они сдались практически без боя.
— Что могло на них воздействовать? — еще больше нахмурился тан.
— У нас нет прямого доступа к заключенным, — напомнил ему молодой человек. — Но если верить медицинскому заключению, все наши люди на момент задержания были здоровы, не имели на себе следов магического и в том числе ментального воздействия. Однако в том промежутке времени, который нам удалось поймать, по камерам было видно, что некоторые из них вдруг начали без видимых причин терять сознание. Сколько людей было таким образом поражено и как долго они находились в беспамятстве, установить не удалось. На момент прибытия тхаэров все они уже успели прийти в себя. Однако из отчетов оперативников стало ясно, что охрана была дезориентирована, поэтому никто не оказал ожесточенного сопротивления, а наша база, несмотря на все меры предосторожности, была взята быстро и практически без потерь.