Слон для герцогини
Шрифт:
– К герцогине? – уточнил Жирохвост.
– А куда ж еще… она мне вместо мамы. А какие пельмени делает! А ты… откуда?
– Если ты будешь делать все, как тебе скажут, мы тебя вытащим, – прошипел Жирохвост. – Только без паники, понял?
– Правда? – захлопал глазами слон. – Ты правда вытащишь?
– Болван твоя фамилия, – вздохнул Жирохвост. – Все, сиди тихо. Мы скоро придем. Толстопузик, за мной!
Коты бесшумно выбрались из шатра и бросились к своим друзьям, ожидавшим их в елях возле фонтана.
– Вы
– Тот самый слон! – хлопнул себя по ляжкам Шизелло.
– Тот самый. И больше того – ожерелье до сих пор на нем, потому что потребного им мага похитители пока еще не нашли: похоже они ждут его прибытия, ибо слону уже была обещана артистическая карьера. То есть, убивать его не собираются.
– Ну, значит, пора звонить в полицию, – подытожил Шон.
– В полицию? – скривился Шизелло. – И отдать дело на откуп этому кретину комиссару? Ну уж нет! К тому же учтите, какой фурор произведет наше появление во дворце с украденным слоном! Какие почести герцог воздаст нашему барону! Нет, нужно изыскать способ вырвать слона из лап похитителей самостоятельно, без всякой полиции – и только потом, когда слон уже будет доставлен во дворец, сообщить комиссару о…
– Мы не сможем утащить его бесшумно, – вздохнул Жирохвост. – Разве что Шон сможет поднять слона в воздух.
– Слона? – вздохнул дракон. – Э, нет, парни, годы уж не те. Да и даже если б я его поднял – толку? Донести до дворца я все равно не смогу, а как, спрашивается, мы поведем слона по городу?
Жирохвост усиленно зачесался.
– В общем-то есть идея, – сообщил он после некоторого размышления. – Причем действовать нам придется очень слаженно, иначе дело не выгорит. А вот вам, маркграф, во время операции лучше посидеть на скамеечке перед фонтанчиком. Нечего вам туда лезть – а то кто знает…
…Через четверть часа Толстопузик, посланный разведать обстановку, вернулся с докладом: так как до представления еще далеко, обслуга пьяна и спит, вокруг шатра не видно решительно ни одного протрузийца. Сунув котов в карманы жилетки, Шон прокрался к шатру и осторожно влез вовнутрь – для этого ему пришлось распластаться по грунту, что не так-то просто для дракона его лет, но все обошлось без особых происшествий, лишь взвизгнул во сне начальник бабуинов.
– Толстопуз! – позвал Жирохвост, выбираясь из кармана. – Живо мне двух мышей, причем не душить, а принести к слонам живыми и здоровыми, понял! Мышей тут у них море, я за километр чую…
Юный ученик кивнул и стремглав бросился исполнять поручение. Жирохвост тем временем привел Шона к вольеру со слонами. Завидев дракона, слон герцогини отшатнулся в сторону и немедленно разбудил своих стражей. Те вскочили на ноги и повернулись к
– Щазз, ребята, – пообещал им Жирохвост. – Минутку… и весь ваш гнев, я полагаю, сойдет на нет!
– Точно он, – прищурился Шон, разглядывая ожерелье на шее слона. – Эй, хлопчик, это ты у нас из герцогининой слонюшни будешь?
– Я, – пролепетал слон, отшатываясь в сторону. – А ты кто?
– Потом узнаешь, – хмыкнул Шон и, напрягшись, выломал замок на дверце вольера.
Слоны-охранники ринулись было наружу, но неожиданно перед дверцей возник тяжело дышащий Толстопузик с парой трепыхающихся мышей в зубах.
– Туда! – рявкнул Жирохвост, и мыши полетели в вольер.
В вольере начался переполох. Визжа, протрузийские слоны прижались задницами к противоположной его стенке; вольер зашатался, однако Шон, не обращая ни малейшего внимания на происходящее, ухватил похищенного слона за хобот и выволок его наружу.
– Поехали! – крикнул Жирохвост, взлетая слону на шею.
Весь дрожа, герцогский слон двинулся по проходу. Вот рядом с ним зарычал проснувшийся тигр – но немало раззадоренный происходящим Шон мастерски дыхнул на него перегаром, и зловещий хищник, жалобно мявкнув, свалился на пол своей клетки в глубокой алкогольной коме. Подведя слона к стенке шатра, дракон взмахнул рукой, с треском разодрав брезент до самого купола, вследствие чего похищенный протрузийскими циркачами слон оказался на свободе.
– Живее! – вскричал Жирохвост, вполне освоившийся уже в роли слоновожатого. – Туда, к фонтану!
За их спинами все еще плескался приглушенный шатром жалобный крик.
Едва завидев слона с ожерельем на шее, маркграф Шизелло бросился к нему навстречу, спеша осмотреть заветное украшение.
– Так и есть! – завопил он, потерев пальцами крупный синий камень с золотой точкой посередине. – Это он, амулет! Я знал, я так и знал! Вот оно! Вот что значит университетское образование! Мы победили, друзья!
– Еще нет, – нервно озираясь по сторонам, возразил Шон. – Вяжите слона за хобот к Пупырю, и валим отсюда. Кажись, циркачи уже проснулись и вот-вот будут здесь, а мне совершенно не светит объясняться со столичными полицейскими!
После короткого размышления Шизелло был вынужден признать его правоту. Все еще испуганного слона привязали к хвосту Пупыря, и наши детективы споро двинулись в сторону дворца. Преследовать их никто не решился.
Обыватели, едущие по проспекту Умозрения, решили, что идет плановая репетиция завтрашнего юбилейного парада – защелкали многочисленные камеры, один особо одаренный фотограф попытался даже сунуть объектив слону под хвост, однако был остановлен гневным выкриком Шона, кружившего над процессией, после чего обстановка нормализовалась.