Сломленные

Валюшев Дмитрий

Никса охватило смятение. Чтобы Мясник? Да просит выслушать?

— Обман…

— Ловушка…

— Смерть…

Голоса в голове следопыта завыли громче прежнего. Он затряс ей, надеясь заглушить зов.

Эрик тем временем кое-как поднялся, он был уже в шаге от смерти. Одним неведомым чудом душа по-прежнему оставалась в теле. Мясник увидел, как противник теряет остатки самообладания.

— Дай мне все объяснить. — Пока он говорил, огонь заполыхал почти во всех тоннелях. — Неас, не слушай

тварь у себя в голове.

— Ложь! Червяк спасает свою шкуру!

Никс направил острие ножа в лицо Эрика.

— Не-е-ет, — зловеще прошипел он. — Я вырежу твое сердце за то, что ты сделал.

Ответом стал хриплый смех Мясника. Эрик неожиданно для Никса влетел в него, впечатав в стену, и несколько раз ударил по лицу. Следопыт без сил рухнул у ног противника.

— Ты сам виноват.

— Убью… — Никс схватил Эрика за ногу. — Убью…

Эрик взял следопыта за шиворот и бросил в огонь.

****

— Вставай! Никс, ты слышишь?! Мы горим мать твою!

– Что…Что происходит? — Следопыт болезненно приподнялся. — Черт! — резко выкрикнул он, смахивая пламя с плаща. — Где эта мразь?

— Да какая разница?! Пора сматываться!

Никс недовольно зарычал, но сейчас не время для препирательств — огонь пожрал почти все убежище.

— Тогда веди.

Следуя подсказкам Эгона, следопыт отыскал и плечом выбил люк на поверхность, где без сил рухнул на землю. Прохладный утренний ветерок обдувал измазанное сажей лицо; на востоке забрезжил рассвет; красноватые лучи восходящего солнца сквозь перистые облака яркой полосой побежали по водной глади Жемчужного моря. «Прикрыть бы глаза. Хотя бы на минуту». Однако несмолкающие крики битвы до сих пор доносились из города, будто сражение вот-вот началось. «Слишком опасно…»

Никс натужно поднялся и, хромая и выкашливая из себя черную слизь, доковылял до песчаного пляжа, где его ожидали Орн и Кейла, у ног которой мирно спал Кридл. Никс заметил, что мальчишку тщательно перевязали и обработали все раны. Теперь он мог рассмотреть лицо: гладкое, красивое, почти без шрамов, не бледное, как у всех остальных ферксийцев, а более смуглое. «Да и волосы не черные».

Воительница без лишних слов собирала вещи в несколько мешков, которые, по всей видимости, парочка прихватила при побеге, а Орн приветливо обнял следопыта, будто старого приятеля, отчего Никсу стало неловко, ведь он знал дворфа всего несколько часов.

— Живехонек! Я же говорил, что он выберется, — обратился он к Кейле.

— Ага, — не отрываясь от дел, ответила девушка, — только не помню, когда ты это сказал. То ли после слов «Сваливаем отсюда побыстрее» или «Он уже труп».

Дворф недовольно отмахнулся.

— Не слушай эту девку. Дурная она на язык.

— Но у меня хотя бы яйца есть.

— Ах ты…

— Хватит уже, — устало бросил Никс. — Что с пацаном?

— Жить будет, — с хмурым видом произнесла девушка. — Его будто медведь растерзал.

Никс плюхнулся на песок, глядя на уходящие за горизонт корабли. Он почему-то был рад, что Кридл остался жив. Вместе с тем сотни тревожных мыслей продолжали пробегать в его голове:

что хотел сказать Эрик? Почему он не хотел драки? И кто за ним стоит? Тьма новых вопросов. А кто на них ответит? Посредник наверняка ушел, да и условия сделки Никс не выполнил.

— Мальчишка славно потрудился, — после недолгого молчания произнес Эгон. — Сокровище у нас.

«Что?…». — Никс не понимал, о чем толкует бог.

— Кольцо, Никс, кольцо в шкатулке. Она у него. Я чувствую.

Следопыт облегчено выдохнул, поглядел на Жемчужину и улыбнулся. Кусок камня в груди ожил. Неужели он все же сможет отыскать Лисандру?

В небо взметнулись стрелы ликейского воинства, из города доносились крики, снаряды дробили камень, чародеи без устали швыряли во врагов потоки искрящиеся энергии.

«Кто бы с кем не воевал, величественные стены всегда выстоят», — подумал Никс, провожая взглядом огромный синеватый шар из молний, который вырвался из главной башни Академии.

— Эй, Никс, — позвал Орн. — Я тут обыскал арсенал и наткнулся на изумительную вещицу. Хочу показать.

Следопыт обернулся.

— Что еще?

Орн достал из кармана небольшой камешек.

— Руна активатор! — торжество объявил он.

Никсу стало не по себе. Он осторожно спросил:

— Активатор чего?

— Взрывчатки, разумеется! — Дворф захохотал. — Я что, не рассказывал, за что меня посадили?

В глазах Кейлы впервые появились эмоции. Девушка испуганно посмотрела на Орна.

— Орн, — промолвила она, — ты же знаешь, что под городом газовые залежи?

— А? — переспросил тот, прошептав несколько слов на родном языке. Руна засветилась красным.

Раздался глухой подземный толчок, потом еще один — более сильный. Череда взрывов оглушительной волной устремилась прямо к Жемчужине. Троица ошеломленно наблюдала, как трескается земля, как деревья падают в расселину, как в небо устремляются высокие столбы огня. С поразительной скоростью чудовищный огненный поток налетел на город, сметая все на своем пути. Через минуту на воздух взлетели дома, шпиль Академии разлетелся на куски, дворец наместника камнепадом обрушился на тех, кто еще сражался. Когда скопление убийственной мощи достигло черты, произошел взрыв; древний город превратился в колоссальную воронку, тысячи людей оказались погребены под завалами. Эхо докатилось до Никса и его товарищей за считанные секунды. Они едва успели броситься на песок, Кейла закрыла собой Кридла. Резко стало тихо: сражение кончилось, орудия больше не стреляли, люди не кричали, даже шум ветра на секунду смолк.

Никс поднялся, стряхивая с себя хлопья пепла. Он впервые увидел такие чудовищные разрушения.

— Все из-за пожара в пещерах, — сказала Кейла и села на песок.

Дворф и сам не ожидал подобного. Он таращился на горящее кладбище, и вдруг его лицо засияло.

— Я уничтожил город, — полушепотом произнес Орн. — Сиськи богини камня, — он упал на колени и воздел руки над головой, — я уничтожил город!

Никс опустошенно взглянул на своих новых спутников.

— Ах-ха-ха, — глумился Эгон. — Друзья, которых ты заслужил.