Сломленные

Коул Мартина

Многие собаки могут напасть на хозяина. Это общеизвестный факт. Дурная репутация в данном отношении у кавказских овчарок. Но он-то знал, что если собаку любить и никогда ее не обижать, она станет твоим другом на всю жизнь. Колин любил своих животных и никогда их не обижал. А они, в свою очередь, обожали его и обеспечивали ему безбедное существование.

Многие крутые авторитеты покупали у Колина обученных собак. Они знали, что получают первоклассный товар, даже специалисты Минобороны не смогли бы подготовить пса лучше. Колин

обучал собак, разговаривая с ними, как с людьми. В ответ животные были готовы умереть за него или за новых хозяев.

Брали у Колина псов и для различных сомнительных дел. Колин считался гениальным воспитателем собак и этой репутацией очень дорожил. Его не волновали грязные шуточки, когда он появлялся в людных местах со своей девочкой Розали.

Из белого фургона вышли трое мужчин, и Колин залюбовался тем, как угрожающе вздыбилась шерсть на загривках у собак. Когда он заметил автоматы в руках у незнакомцев, глаза его расширились, а когда незваные гости открыли стрельбу по собакам, он бросился во двор, ни секунды не думая о себе. Ворота висели на одной петле, а его драгоценные собаки все валялись на земле, мертвые или умирающие.

— Вы, ублюдки!

Слезы душили Колина. Он был слишком поражен жутким видом побоища, слишком убит горем, чтобы испытывать страх.

Автоматная стрельба оглушила его, теперь же, в наступившей тишине, он слышал гул автомобильного движения на шоссе. Он увидел женщину, катившую детскую коляску. Женщина старалась не смотреть в его сторону и заторопилась прочь.

Затем Колин увидел, что мужчины входят в контейнер, не удостоив его даже взглядом.

Подбежав к своей машине, Колин открыл багажник. Внутри лежал автомат АК-47, который Колин держал у себя по просьбе друга. Он едва успел поднять оружие к плечу, как прозвучал одиночный выстрел, и пуля, угодившая в живот, подбросила его и швырнула на проволочную ограду. Колин тяжело рухнул на проволоку, зацепился за нее джемпером и повис, дергаясь в агонии.

Двор представлял собой ужасное зрелище, настоящую бойню.

Джеки Ганнер в изумлении качал головой, когда они шли к белому фургону.

— Черт, Джоуи! Ситуация выходит из-под контроля.

Партридж не ответил, размышляя о том, почему их спасители даже не попытались снять с них наручники. У него возникло смутное подозрение, что, избежав горячей сковороды, они неуклонно приближались к открытому пламени.

Глава 6

Сьюзи Харрингтон, высокая блондинка, красотой не отличалась, но жизнерадостное лицо привлекало к ней людей.

Сьюзи неплохо зарабатывала, торгуя недвижимостью, — это был общеизвестный факт. Но она также проворачивала и кое-какие другие делишки, о которых мало кто знал, всегда могла достать травку, несколько доз экстази или порцию высококлассного кокаина. Все эти разнообразные занятия обеспечивали ей безбедное существование, и она хорошо

одевалась, имела красивую машину, разъезжала по заграницам. Ее богато отделанная квартира блистала чистотой. Своим жилищем она по-настоящему гордилась, ведь квартира представляла собой наглядное свидетельство ее нынешнего статуса.

Сегодня она была одета просто сногсшибательно. Она не имела иллюзий по поводу своей внешности, зато одевалась со вкусом. В синем костюме, тончайших чулках и черных замшевых туфлях, с замшевой же сумочкой в руках она выглядела шикарно и в то же время утонченно. Длинные светлые волосы она скромно собрала в пучок на затылке, макияж наложила продуманно и тщательно.

Она открыла дверцу своего «БМВ» и дружески помахала рукой соседке:

— Как дела, Шейла?

— Все нормально, Сьюзи. Классно выглядишь. Собралась в крутое место?

Сьюзи кивнула и впорхнула в машину.

Дэвид Рейли, нахмурившись, следил за ней со своего наблюдательного пункта на углу дома напротив. Когда Сьюзи отъехала, он закурил и продолжал еще какое-то время стоять, не отрывая взгляда от ее подъезда и отмечая в памяти всех, кто входил и выходил.

Роберт Бейтман наблюдал за детьми, игравшими на полу. Кэти Коллинз явно нервничала, и он ободряюще ей улыбнулся.

— А где Ребекка? — спросил он.

— Играет где-то на улице.

— Я могу ее увидеть? Ты же знаешь, чтобы написать отчет, я должен своими глазами увидеть всех детей.

Ее глаза наполнились слезами:

— Она у моей подруги.

— Какой подруги? — вежливо осведомился Роберт.

Кэти вскочила со стула.

— Черт побери, Роберт, с какой стати ты мне допрос устраиваешь? Что еще за испанская инквизиция? В чем проблема? — Она дрожала от волнения, вновь и вновь нервным движением проводя рукой по губам.

— Что на этот раз? Морфий, кокаин, что?

— Героин, как обычно, если тебе так уж интересно. У меня сегодня депрессия, вот почему я позволила ей остаться у моей подруги.

— Так кто эта подруга?

Кэти облизнула пересохшие губы и окинула комнату затравленным взглядом.

— В последний раз спрашиваю, Кэти, где ребенок?

Кэти встала и пошла на кухню.

— Она в гостях у моей подруги. Сколько можно повторять?

Роберт терпеливо прикрыл глаза:

— Так что же это за подруга?

Кэти стояла на пороге кухни, нервно потирая нос.

— Ты ее не знаешь, она живет рядом с моей мамой. — Начав придумывать историю, она оживилась. — Мы были подругами в школе. Она предложила взять нашу Бекки на несколько дней, чтобы я могла немного отдохнуть, вот и все.

Роберт улыбался:

— Так как же ее зовут?

— Лиза Бак.

Жестом упрямого ребенка Кэти откинула со лба волосы, вернулась на кухню, наполнила чайник и с грохотом поставила его на плиту. Роберт переспросил:

— Лиза Бак?