Шрифт:
Глава 1. Аллестер
Что ломает людей? Какие события в их жизни добивают их до такой степени, что их прежняя жизнь обрывается? Есть ли виновные? Кому их судить?
…
Аллестер медленно брела по улице. Было уже довольно темно, но её это не волновало. Девушку уже давным-давно отчислили из университета, работы у неё не имелось, поэтому и спешить особо никуда не надо
Лично Аллестер приходила сюда за карточной игрой. Сейчас на ней висел долг пятьдесят тысяч, которых у неё не было, но которые она отчаянно желала выиграть, приходя сюда снова и снова.
С четырнадцати лет девочка жила со старшей сестрой, так как родители их умерли. Мадлен как могла обеспечивала младшую сестрёнку, работала с утра до ночи, помогала с учёбой. Аллестер не нашла в себе сил рассказать сестре, что её отчислили из университета, поэтому Мадлен так и жила с мыслью, что её сестрёнка прилежно учится.
Аллестер нервно дёргала ногой под столом. Карты были отвратительные, но жульничество, которому девушка в совершенстве обучилась, спасло её. Теперь в кармане лежали деньги, которыми она могла оплатить малую часть своих долгов.
…
Естественно, у Аллестер была своя компания. Обычно они зависали где-то в открытых подвалах (на этой улице таковых было полно).
– Как дела?– спросил один из друзей,– Чего выиграла?
– Пха! Спрашиваешь! Жульничество – лучшее средство,– ответила Аллестер, присаживаясь на сломанный стул.
– Ты аккуратней с этим,– предупредил другой парень,– Если откроется, то неплохо так по ушам могут надавать. Могут вообще убить.
– Об этом, кроме меня и вас, никто не знает,– махнула рукой девушка,– Кэлли, подай выпить!
Кэлли – лучшая подруга Аллестер с незапамятных времён. Возможно, она знала о ней даже лучше самой Аллестер…
– Не увлекайся,– предупредила Кэлли,– Это тебе не шутки.
– Что именно?
– Игры. Недоброе у меня предчувствие, недоброе.
– Что ты придумываешь?!
– Я не придумываю. Просто ты играешь с людьми…
– Которые имеют большие деньги,– закончила Алллестер и отпила вино, поданное ей Кэлли.
– Да, а когда речь идёт о больших деньгах, то затрагивается и огромный риск! Знаешь, сколько людей продадут твою шкуру тем, с кем ты играешь, если вызнают, что ты тузы в карманах прячешь?
– Кэлли, я только здесь об этом говорю…
– Неважно. Спьяну кто-то ляпнул, и ты уже труп!
– Хорошо, а какая кому-то выгода меня сдавать?
– Деньги, Аллестер.
– Ты слишком много паники разводишь,– вновь отмахнулась девушка.
Аллестер отошла, оставив
–«Не доведёт до добра»,– сказала себе Кэлли,-«Но разве её убедишь?».
…
Аллестер пришла домой поздней ночью. В маленьком доме, оставшемся после родителей, уже не было света.
– Спит,– подумала девушка про сестру.
Она ловко забралась на дерево, росшее возле дома, а потом, открыв окно, забралась в свою спальню. Здесь было немного вещей, но даже из этого небольшого количества создался огромный беспорядок.
Аллестер сняла толстовку, швырнула её на стул и завалилась спать прямо так. У неё были кое-какие деньги, а это – повод для радости.
…
– Доброе утро, дорогая,– сестра готовила завтрак, стоя у плиты,– Где ты была вчера?
– Загулялись с подружками после учёбы,– ответила Аллестер.
– Я так и поняла. Когда ты уже меня со своими друзьями познакомишь?
– Учёбы… много,– Аллестер вновь начала дёргать ногой.
– Ясно,– Мадлен поставила на небольшой стол две тарелки,– Ты сегодня никуда не собираешься?
– Нет. А что случилось?
– Я хотела прогуляться с тобой, поболтать. Мы так давно не выбирались на прогулку,– Мадлен улыбнулась.
Аллестер, посмотрев на радостное лицо сестры, тоже приободрилась. Карточный стол может и подождать, а вот погулять сходить не помешало бы. Итак, сегодня – выходной.
Аллестер быстро доела свой завтрак и побежала наверх, чтобы переодеться. Вновь на ней была её любимая толстовка, без которой она никуда не выходила.
– Ты снова в ней?– скривилась Мадлен.
– Моя любимая,– гордо произнесла Аллестер,– Пойдём уже!
Сёстры медленно пошли в сторону дороги, которая вела в город. Их дом был в этой местности единственным, и поэтому выглядел немного жутковато. Мадлен всегда говорила, что ей бывает страшно оставаться здесь, а вот Аллестер, наоборот, была в восторге от того, что их дом стоит в полном одиночестве…
– Всё-таки, здесь жутко,– вновь сказала Мадлен.
– А мне нравится,– ответила Аллестер,– Здесь нет людей, никто не увидит того, что никому бы не следовало видеть.
– Ты говоришь как маньяк какой-то,– заметила Мадлен.
Пока девочки шли, они болтали обо всём на свете. В городе они покормили голубей, съели по стаканчику клубничного мороженного, покатались на каруселях. Аллестер была счастлива. Она уже давненько не ощущала этого тёплого чувства в груди. Она даже забыла о деньгах, картах, долгах… Всё сейчас казалось ей таким, каким было в детстве. Она вспомнила, как они с Мадлен приходили с прогулки, а их уже ждал тёплый семейный ужин…
…
Домой они вернулись только к девяти часам вечера. Мадлен сразу ушла к себе в комнату, а Аллестер ещё до ночи смотрела телевизор.