Сломанные крылья

Багрянцева Светлана

– Не притворяйся, придурочная, на ягодицах крови нет, а значит, всё хорошо прошло. На тебя очередь выстроилась уже. Мужики записываются по времени. С завтрашнего дня будешь принимать троих. Не подряд, разумеется, – захохотал Мрай. – И ведь готовы за один раз по тысяче выкладывать. Отец был прав: ты наша золотая жила, Милала.

Мне помогли дойти до другой комнаты и тупо кинули на матрас, как кулёк с дерьмом. Я скорчилась и заскулила.

– Таблетку дай, гад! Больно же! – заорала я вслед надзирателю, уже пофиг,

что он мне сделает за оскорбление.

К счастью, меня не наказали и принесли обезболку. Я легла на бок и уставилась в стену. Видимо, Нику увели работать.

Подруга долго отсутствовала, пришла в раскоряку.

– Суки, так возбудились на тебя, что мне пришлось троих подряд обслуживать. Ничего, я уже привыкла. Сейчас полегчает. Ты-то как? – Ника легла рядом на свою лежанку.

– Таблетку хоть дали и то ладно. А вообще хреново. Думала, меня этим здоровым членом на две половины порвёт. Засаживал ещё по самый корень, – с отвращением ответила я.

– Привыкнешь. Я год здесь, и уже кажется, что в моё тело член вместе с яйцами способен провалиться. С Никой было как-то полегче, поплакала ей в жилетку и можно жить дальше. Только как это сделать в таких невыносимых условиях и без возможности сбежать?

Глава 8

Саяр

Мой отец был выдающимся человеком, он смог построить большую империю «Камиран-груп». Сначала занимался строительством, потом открыл сеть отелей на побережье одной из стран. Он сам всё спроектировал, а его люди строили.

В этой части Одауна не было никакой пригодной для туристов инфраструктуры, несмотря на великолепный океан. Папа сделал из этого района туристический рай. Вместо деревни вырос огромный город. И всё это за двадцать лет.

Когда нашу страну штормило, он перевёз семью подальше от зарева гражданской войны в Одаун. К сожалению, отец вскоре умер. Наследство досталось нам с братом Алимом.

Я старше, мне полагалась фирма, а брату деньги, но отец составил завещание по-другому. По моей просьбе я получил только деньги и семейный остров, живу на проценты с наследства и зарабатываю написанием книг. Имя фантаста Саяра Камирана знают по всему миру.

Сегодня брат вызвал меня к себе. Случилось что-то из ряда вон. Обычно он редко дeргает меня, заставляя отлучиться с моего уютного тропического островка.

Как только я зашёл в дом, ко мне сразу кинулась жена брата Нарим, она упала в ноги и начала умолять.

– Саяр, пощади. Саяр, не губи, ей только восемнадцать.

– Здравствуй, Нарин. Я разберусь. Иди к себе.

– Здравствуй, Саяр, – женщина вытерла слeзы, встала и ушла.

– Добро пожаловать в мой дом, Саяр, – брат обнял меня и похлопал по спине.

Я повторил его движения.

– Здравствуй, Алим.

Отстранился, снял обувь. Первым делом пошёл в уборную, потом расположился на диване

в гостиной.

Служанка быстро принесла на подносе чай и булочки . Я взял одну чашку и отпил, глянул на брата пристально. Алим сел напротив меня в кресле. Брат выглядел крайне расстроенным и в то же время злым. Что у него могло случиться?

– Нарин умоляла о пощаде. Что случилось, брат? – обеспокоенно спросил я.

Алим покачал головой, обхватив её ладонями.

– Беда, Саяр. Мира беременна. Три месяца уже. Узнали, когда у неё сильный токсикоз начался. Срок маленький, и за нашими широкими одеждами ничего не видно. Как её теперь замуж выдать?

– Как такое могло произойти?! Как, Алим?! Это же позор всей семьи. Быстро дойдёт до родины. Здесь тоже наша диаспора живёт.

– Прости, брат. Прости, – сказал умоляюще Алим.

У нас с братом разница в два года. Мне тридцать шесть, а ему тридцать четыре. Мира моя дочь.

Я женился рано, ещё в восемнадцать лет. Понял, что тяготею к девушкам. Ходить к танцующим куклам почему-то не мог. Пришёл однажды в саману, увидел несчастное лицо рабыни и не стал её покупать. К тому же мне рассказали принцип этого секса и стало вдруг противно. Соитие должно происходить по обоюдному согласию.

Попросил отца сосватать для меня девушку. Свадьбу сыграли быстро. Роза оказалась красивой и доброй, она родила мне дочь через год, но не выдержала и умерла. У нас на родине с медициной для женщин всё плохо.

Девочку назвали Мира, заботу о ней взяла моя мама, а потом и жена брата. Нарин, хоть и была молода, полюбила малышку как родную.

Мы переехали в другую страну, и я тоже воспитывал Миру, пока она не стала совсем взрослой. Последние два года дочь была на попечении Нарин и Алима.

– Позови Нарин и Миру, – сказал я ледяным тоном. – Знаешь, кто её обесчестил?

Брат вызвал служанку и приказал позвать женщин.

– Старый приятель отца, Алваро Бакатун, попросил об одолжении. Его сын Мустам ехал сюда по делам. Курортный сезон, отели забиты, Алваро умолял приютить сына на несколько дней. Мы с тобой хорошо знаем семью Бакатун, приличные люди. Я не смог отказать, – ответил Алим.

– Приличные? Насколько я знаю, они всегда зарабатывали на танцующих куклах. Отец это одобрял, а я нет, ты же знаешь.

– Саяр, бедняки сами отдают дочерей за долги, это не возбраняется. Безработица всех доконала. Такую девицу замуж потом не отдадут, но в остальном закрывают глаза, – возразил брат.

В комнату зашли женщины. Я увидел, что моя дочь заплаканная.

– Здравствуй, Мира, – поздоровался я.

– Здравствуй, пап. Я не виновата, правда. Не виновата, – запричитала она, падая на колени.

– А кто виноват?! Кто подпустил мужчину к своему телу?! А ты куда смотрела, Нарин?! Почему, как положено, не следила за её циклом?! – закричал я.