Сломанная стрела
Шрифт:
Огонь. Если мы останемся здесь, то рано или поздно кто-то из нас пострадает.
Я спотыкаюсь, слепой в темноте. Рин хватает меня за ремень сзади. Мы несёмся по ливневой канализации, пока не доходим до развилки. Раздаётся выстрел, и вспыхивает вспышка света. На мгновение я вижу белую воду, два потока, бурлящие друг против друга. Они сливаются и устремляются дальше.
«Иди направо», — говорю я Рин. «Я догоню».
Рин плещется к месту слияния течений. Я оборачиваюсь и вижу Нико. Он перекинул свой дайсё. Теперь он несёт мечи в ножнах за спиной, одновременно управляя пистолетом-пулемётом. Я указываю
Не знаю, сможем ли мы отвлечь якудза. Они могут разделиться и последовать за нами обоими. Невозможно сказать наверняка, но если уловка сработает, одна из наших групп освободится от преследователей. Якудза продолжают стрелять. Чтобы сэкономить боеприпасы, Нико отвечает редко.
Я возвращаюсь к развилке и следую за Рином. Теперь я плыву против течения. Пытаюсь вспомнить, что я знал об общей конструкции японских замков. Может быть, книга Стейна пригодится.
В отличие от европейских замков, японские замки построены из дерева. Япония — горная страна, покрытая густыми лесами.
В древесине для строительства кораблей и замков недостатка нет. Большинство замков построено в горах, но некоторые — на равнинах и близ озёр. Многие замки, такие как Араши, построены на вершинах вулканических холмов, высеченных упорными усилиями человека.
Японцы использовали камень для фундаментов и стен своих замков. Прочные каменные основания настолько прочны, что могут выдержать ядерный взрыв. Деревянные конструкции, возведённые на них, не выдерживают. Стены сделаны из дерева и бумаги.
Однако стены, расположенные близко к земле и призванные противостоять атакам, часто сооружаются из высоких земляных насыпей, укрепленных прочными каменными стенами.
Араши — классический замок XVI века, но он был отреставрирован для современного использования. Можно с уверенностью сказать, что ливневые стоки, по которым мы идём, не старше ста лет, а многие постройки были добавлены совсем недавно.
Полы и потолки деревянные. Укреплены массивными сосновыми балками, уложенными крест-накрест. Никаких балок. С одного уровня на другой ведут деревянные лестницы. Крепость Араши шестиэтажная. Высокая для небольшого замка. Опорные башни четырёхэтажные. Башни построены по углам внешних стен. Между башнями расположены длинные трёхэтажные дома, также деревянные.
Мы не знаем деталей планировки Араши, но она не должна сильно отличаться от других японских замков. Значит, нам нужны решётки для ливневой канализации. В комнате наверху будет каменный пол, куда будет скапливаться вода. Холодная, сырая и тёмная, она будет иметь деревянные стены и потолок. Она будет похожа на бомбокамеру, но в полтора раза выше. Бомбокамера выглядит так, будто её построили специально. Потолок нижней камеры убрали, чтобы установить леса, и установили балкон.
Стрельба стихла. Без раздражающих вспышек выстрелов мои глаза привыкают к темноте. Ливневая канализация не совсем чёрная. Эта чернота — иллюзия, когда впервые попадаешь туда из ярко освещённого помещения. На самом деле, в канализации тусклый, сине-чёрный свет. Ровно столько, чтобы видеть глазом, привыкшим к темноте.
Свет должен откуда-то исходить. Мы с Рин крадёмся по канализации, опираясь на стену, чтобы не упасть. Там, метрах в пятнадцати… На потолке –
Если предположить, что бомбохранилище находится под центром двора замка, то ливневая канализация, должно быть, вынесла нас к периферии. Мы побежали по направлению течения воды к донжону. Но потом свернули.
Как раз когда мы расстаёмся с Нико. Это значит, что мы с Рин направляемся к юго-восточной башне. Нико направляется в крепость.
Бурный поток воды в ливневой канализации ослабевает. Течение больше не грозит сбить меня с ног. Я не слышу, что происходит снаружи замка, но, вероятно, шторм уже утих.
Размытые края света вдали заострялись, образуя квадрат. Края казались размытыми, потому что металлические прутья решетки рассеивали свет. Мы стояли под проёмом. «Надо опрокинуть решётку», — говорю я Рин. «Я сделаю скамейку. Забирайся. Прежде чем вытаскивать её, убедись, что с другой стороны никого нет».
Я встаю на четвереньки. Вытягиваю шею, чтобы нос и рот не выходили за пределы воды. Вода всё ещё довольно глубокая, но течение уже не такое бурное. Рин наступает мне на лопатки и тянется к решётке. Я стискиваю зубы под её тяжестью и оглядываюсь назад, туда, откуда мы пришли.
Молитесь, чтобы за вами не последовала якудза.
Раздаётся металлический скрежет, когда Рин сдвигает решётку. Именно скрежет, а не скрип. Решётка не на петлях, как предыдущая. Рин скользит металлической рамой по каменному полу. «Кажется, я нашла», — говорит она.
Рин подтягивается, освобождая мою спину от своего веса.
Я встаю. Она вползла в комнату и смотрит на меня. «Здесь никого нет», — говорит она.
Я тянусь к краю отверстия, подтягиваюсь и просовываю ногу. Рин хватает меня за руку и помогает перелезть через край. Я опираюсь на локоть и осматриваю комнату.
Она находится на одном уровне с бомбокамерой, но вдвое ниже. Я был прав — бомбокамера была модифицирована. Эта камера освещена голыми лампочками малой мощности. Пол из плоских камней, деревянные стены. Абсолютно голая. Потолок — именно то, что я ожидал увидеть в книге Штейна. Гладкая, струганная сосна.
Поддерживается прочными балками. Лестница, пристроенная к дальней стене, ведёт на верхний этаж.
Вместе мы устанавливаем металлическую решётку на место. Я чувствую себя в большей безопасности.
Я указываю Рину на отверстие. «Следи за решёткой».
Если якудза атакуют снизу, мы можем перехватить их, когда они попытаются пробраться внутрь.
Пока Рин наблюдает за ливневым стоком, я наблюдаю за лестницей. Достаю телефон и проверяю, работает ли он.
Погружение в холодную воду не пошло бы ей на пользу. Я нажимаю на быстрый набор номера Штейн. Она тут же отвечает.
«Брид, где ты?»
Мы в замке. За западным цветком есть проход. Снаружи он соединён с трассой E10 замаскированной дорогой. Внутри он поддерживает узкоколейную железную дорогу. Путь ведёт в подземную камеру в центре замка. Бомба «Толстяк» находится там. Полагаю, она активирована, и детонатор установлен. Она установлена на прочной колёсной железнодорожной люльке. Эта люлька предназначена для того, чтобы катить боевую бомбу по проходу. Всю конструкцию можно погрузить на грузовик, ожидающий у входа. Небольшая поездка к трассе E10, и сеть автомагистралей доставит их куда угодно.