СЛОМ
Шрифт:
– Виктор…
Глава 11. Рефлексы
Киборг взял с письменного стола именное пресс-папье и покрутил в хитиновых серых пальцах.
– Дельце сделано, док,- заявил он, разглядывая стеклянный брусок с надписью «Вильямин Александрович Перовский, доктор физиологических наук».- Я хочу знать, когда ты вытащишь меня из этого девайса, чтобы я мог получить свои денежки.
Перовский поплотнее закрыл жалюзи на окнах кабинета,
– Я свою часть договора выполнил. Покупатель на подходе. Но есть один забавный нюанс. Я не припас тела для такого случая. Вы меня, видите ли, не известили заранее о своих гениальных планах. Объясните же, любезный, как могло прийти вам в голову поменяться телами с киборгом? Мы как договаривались? Вы должны были доставить его сюда. О том, чтобы влезть в его тело, речи не было! И за каким, простите, дьяволом вы раскрыли наш главный козырь? Зачем выпустили вирус?
– Как будто у меня были варианты,- парировал Фаер.- В Москве операцию провернуть не удалось: СЛОМ дело знает. Особенно этот сержант, черт бы его взял. Да и в поезде просто повезло. У меня не было ни времени, ни возможности тащить киборга на себе. Не забыл, что весит он сто два кило?
– А вирус? Вы же знали, для чего мы этот козырь готовили!
– Козырь с вирусом уже ничего не стоил. Его раскрыли. И большинство заложенных «детонаторов» обезвредили. В результате, атаку подавили в течение дня. А я, между прочим, предупреждал, что начинать рассылку слишком рано. Сам виноват. По крайней мере, хоть какая-то польза от вируса была: в суматохе легче было скрыться и добраться сюда. И СЛОМу было не до нас. Так что кончай промывать мне мозги, док, и займись делом. Пересели меня в другую оболочку. Подходящее тело я добуду хоть завтра.
Перовский, слегка побледнев, ослабил галстук, словно эта деталь одежды стала его душить, и наставительно заметил:
– Вы полагаете, что человеческие тела возможно менять, как перчатки? Обчитались Азимова и Шекли, молодой человек? Так это фантастика. А я вам вот что скажу. Этого никто сделать пока не в силах. Никто. Даже я. И вам следовало подумать об этом, прежде чем идти на подобный шаг. Нейронная структура этого киборга специально создана для временной интродукции сознания человеческих особей. А в сторонние нейронные структуры полноценно интродуцировать чужое сознание невозможно.
– Ты бы, док, выражался как-то попроще,- посоветовал Фаер.- Я, в общем, не дурак, но тебя иногда не постигаю.
Перовский постучал пальцем по виску:
– Никогда не поздно поглупеть, если поумнеть не получается. Нейронные связи каждого мозга – уникальны. Все эксперименты по обмену сознанием до сих пор заканчивались для подопытных животных тотальной деменцией. Вы в курсе, что это, любезный мой?
– Сумасшествие, что ли?
– Именно,- кивнул физиолог.- Полная утрата личности и приобретенных навыков. Чистый лист. Разум не справляется с полным изменением нейронных связей. А встроенного вычислителя для перенаправления этих связей, в отличие от киборга, ни у одного
– Но Звягинцев же умудрялся впихивать свое сознание в звериные мозги?
Перовский раздраженно забарабанил пальцами по столу:
– Я намеревался прояснить этот вопрос. Но кое-кто благополучно провалил и это дело. Как можно на вас положиться, если вы элементарных вещей сделать не можете? Толкуете о деньгах? Но деньги с неба не падают. Послезавтра здесь будут покупатели. Что мы им предъявим? Это великолепное тело с головой, набитой вашими глупостями? Где уникальная начинка этого корпуса? Где Ганимед?
Киборг сжал пальцы, и осколки стеклянного пресс-папье брызнули в разные стороны. Перовский аккуратно отряс дорогой пиджак от острых крошек.
– Это пресс-папье стоило мне семьдесят четыре евро. И я намерен вычесть их из вашего гонорара. Однако вернемся к нашим баранам. Я так понимаю, Ганимеда больше нет?
Фаер промолчал.
– Ну, так вот, любезный компаньон. С вами или без, это тело послезавтра должно быть продано, иначе мы вылетим в финансовую трубу.
– Как ты это себе представляешь, док?
– Весьма живо. Вас отправят дипломатическим багажом. Якобы в латентном состоянии, под наркозом. И при первой возможности вы сбежите по дороге,- Перовский ухмыльнулся, показав совсем не старческие, а ровные и белые зубы голливудской кинозвезды.- Не думаю, что покупатели подадут официальную жалобу. А потом продадим вас еще. Столько раз, сколько получится. Будьте уверены, желающие найдутся.
Фаер снова сжал кулаки. Осколки стекла в его хитиновых пальцах захрустели, перемалываясь в пыль:
– Да меня раскроют сразу. Я не смогу освоить функций киборга. Чтобы пользоваться вычислителем, нужно программировать его мысленно! Это выше человеческих возможностей.
Перовский поправил галстук и снова ухмыльнулся:
– Ну, возможности-то у вас теперь совсем не человеческие. Кроме того, при соответствующем желании… Говоря нешуточно, у вас есть один день, чтобы решить эту проблему, компаньон. Если хотите, чтобы я решил вашу. Или вы намерены пребывать в этом виде до конца своих дней?
Пискнул динамик селектора.
– Вильямин Александрович, тут к вам посетитель,- доложила секретарь.
– Верочка Ивановна, я занят,- предупредил Перовский.- Пусть приходит в приемный день.
– Боюсь, он не станет ждать до завтра,- предупредила Верочка.- Я ему говорила, только он ничего не слушает. Просто бешеный какой-то!
– Черт знает что!- буркнул доктор в сторону, нажал красную клавишу и позвал.- Охрана, доктор Перовский беспокоит. Здесь попытка вторжения. Пожалуйста, поднимитесь на шестой этаж. Прием! Алло! Пост охраны! Почему молчите? Прием!