Слезы Зоны

Росс Михаил Леонидович

— Как сходи… — начал было он, когда неподалёку раздался утробный вой.

— Псевдособаки! — рявкнул Кот, срывая с плеча Калашников.

— Бежать! Надо из зарослей уйти! — скомандовал Эру, щёлкая предохранителем винчестера.

Привычно разбившись на пары, они неслись по кустам, шарахаясь от густых древесных теней, посматривая каждый в свою сторону. Донёсшийся сзади лай заставил прибавить скорости.

— Твою мать, да там ещё и слепые псы! — ругнулся Перун.

— Те что Игрока с группой гнали… — на ходу пояснил Эру, — видно наткнулись на пару-тройку псевдособак,

ну и рванули… при их поддержке за жратвой.

— Блин, я не хочу на жратву к ним! — тщедушный сталкер в выцветшем камуфляже, с калашниковым в руках, бежал то и дело оглядываясь назад, спотыкаясь и получая тычки и пинки от Фашиста.

— Калькулятор, гад, ты ещё остановись и посчитай их! — на ходу выдавил он, подталкивая в спину.

Лес закончился резко. Вылетел из тени мощных деревьев, сталкеры понеслись по относительно ровной местности.

— По одному и за мной! — скомандовал Эру. — Аккуратно, тут аномалии на каждом шагу, не Жарка, так Трамплин. Сбавить ход, тут от псов отобьёмся, а от аномалий — хрен.

От деревьев их отделяло метров сто, когда оттуда вылетели враги.

Первым нёсся псевдопёс — здоровая бурая тварь, размером с очень крупную овчарку, плоской мордой, неприятно напоминающей человеческое лицо и толстыми, крепкими лапами.

Сделать он успел не больше десятка прыжков, когда коротко тявкнув, рухнул, схлопотав короткую очередь из Абакана Москита.

Следом выбежало с полдесятка слепых псов — более мелких существ, коричневых, чёрных и пятнистых, с гладкими мордами, отдалённо похожими на крысиные. Но в отличие от последних, на них не было даже намёка на глаза. Затем ещё пара псевдособак и снова около дюжины слепых.

— Слепых! Слепых бейте, мать-перемать! — проорал Эру, перекрикивая стрельбу. — Прицел собьют и хана!

В-В-ВТУНННН!

Неприятно ударил по ушам выстрел из подствольника Кота, и в самой гуще псов поднялся фонтан земли, присыпавшей тела одного псевдопса и полудесятка слепых.

Но оставшиеся успели ударить все разом. Их оскаленные пасти, как и весь мир, раздвоились в глазах сталкеров, остервенело замотавших головами, стараясь не прекращать огня.

Они рассыпались цепью, старательно оббегая едва заметные пыльные вихри и искажение воздуха и поливали мутантов свинцом.

Перун уже бросил разряженное ружьё и садил по приблизившимся псам из старого доброго Стечкина.

Фашист орал и в упор добивал вцепившегося ему в ногу врага.

Вепрь отвернулся и, быстро сменив магазин пистолета-пулемёта, стрелял по тварям, вздумавших оббежать его сбоку. Тупые, массивные пули разрывали плоть и выворачивали внутренности, когда сзади раздался истошный вопль Перуна:

— ВЕЕЕЕПРЬ!!!

Сталкер обернулся и успел увидеть летящую на него в прыжке огромную тварь, из раскрытой пасти которого уже доносилась вонь разложения. Затем почувствовал страшный удар и, отбросив оружие, выставил руки, защищая горло. От удара шестидесятикилограммовой туши он отлетел на несколько метров и упал. Нестерпимая боль обрушилась на каждую клетку кожи.

— Ве-е-епрь в Жа-а-а-а-арке-е! — услышал он чей-то далёкий голос. И

только через мгновение понял ЧТО значат эти слова.

Зажимая глаза уже обгоревшими до кости ладонями, на четвереньках прополз длиннейшие два метра в своей жизни и рухнул, задыхаясь от боли в сожжённых лёгких, не способный даже стонать. Последних выстрелов он уже не слышал…

— Что делать? Эру, что делать будем??? Он же сдохнет сейчас! — приплясывал от ужаса вокруг обожженного тела Перун.

— Что делать, что делать, — прорычал Эрудит. — Ты его на себе до Бара дотащишь? Лично я и пробовать не стану. Это только если все вместе, да ещё и весь хабар, с лишними вещами бросим. Оно тебе надо? Мне нет. Так что помоги Фашисту ногу перебинтовать. Или Вепрю подсоби в последний раз.

— Как???

— У тебя что, патроны кончились? — взвился Москит, все ещё сжимающий Абакан.

— В смысле, вот так???

— Ну а в каком ещё смысле может быть? — спокойно ответил Эру, подбирая с земли оружие Вепря.

— Но… Нельзя ведь так!!!

— А оставить здесь для мутантов — можно? Нам через два часа максимум нужно быть в Баре. Потом — Выброс.

— Так он же только утром! — удивился Перун.

— Это по приборам у учёных. Они могут ошибаться. Часов на восемь в ту или другую сторону. Я предпочитаю перестраховаться и не задерживаться из-за ерунды.

Пройдя мимо ошалевшего сталкера, он направил Гадюку в обгоревший висок Вепря и коротко нажал на курок.

Обыскав тело Вепря и собрав его вещи, сталкеры длинной цепочкой по одному двинули вперёд.

Темнота уже сгущалась, когда они, обмениваясь редкими замечаниями и мыслями, дошли до Бара — небольшого помещения со стойкой из ржавой жести и дюжиной столиков из ящиков, за которыми ели и пили десятка два с половиной мужчин разного возраста и внешности.

— Здорово, Бармен, — приветствовал грузного мужика с двумя подбородками и жирной кожей Эру.

— Поздорову и тебе, Эрудит. Как с заданием?

— Всё как договорились. Три Капли, Фильтр, Удар и полкуста Соломы, — комментировал тот появление артефактов из рюкзаков сталкеров. — Теперь ты выкладывай сколько обещал.

— Я вам за всё это сорок семь обещал? — протирая мокрую шею тряпкой, которой до этого протирал стол, уточнил Бармен.

— Сорок семь.

— Так когда уходили вас десятеро было. Теперь поуменьшилось. Так что и денег вам дам тысяч тридцать пять.

— Бармен, мы шкурами рисковали. Меломана и Вепря Зона взяла, — Эру как-то незаметно повернулся боком, и его рука легла на уже расстёгнутую кобуру.

Остальная группа последовала его примеру.

— А вы тут сильно-то свои правила не устанавливайте, — рявкнул Бармен и полдесятка сидевших за столами развернулись, выдёргивая из-под столов и плащей короткие автоматы.

— Бармен, сорок семь и точка! — прорычал Эрудит.

— Хрен с тобой, сорок.

— Мы что жратву, что патроны последние потратили, пока для тебя выродка эту дрянь искали! Сорок пять!

— Сорок две и я скажу своим убрать стволы.

— Сорок четыре и твои мозги сегодня не украсят стену, что за тобой!