Слёзы Лимба
Шрифт:
— На следующий день я решила навестить Джорджа и, поговорив с ним, уснула прямо в палате. Не знаю, почему тогда позволила себе погрузить в сон.
— Я засыпаю даже на остановке, пока дожидаюсь автобуса. Так что тут нет ничего
обычного. Будучи уставшим можно уснуть даже на поле битвы. Мой брат так часто делал, может быть, поэтому он выжил, так как враг, скорее всего, посчитал его мертвым и не стал зря тратить на него патроны.
— Когда я проснулась, то словно оказалась в другом месте.
— В смысле?
— Палата выглядела так, будто там никого не было лет десять.
— Ты
— Я не знаю. Но мне казалось, что все это реальность. И она пугала. Было так темно. И в коридоре я встретила его.
— Ричи?
— Да.
— Как он мог оказаться там? Его же за стрельбу в участке должны были посадить на приличный срок.
— Знаю. Но в тот момент меня это не волновало. Было ощущение, что я знаю этого парня целую вечность. Такое странное чувство. Ведь мы с ним виделись лишь однажды и, фактически, были даже не знакомы. Но в тот момент мы стояли и разговаривали, как сейчас это делаем с тобой.
— И правда, очень странно. И что было дальше?
— Ничего, — спустя минуту молчания произнесла та.
— Ты что-то не договариваешь, — прищурившись, сказала Сьюзен, доставая из шкафчика противень. — Знай, мне ты можешь доверить самые сокровенные тайны. Тебе же известно, что я не из тех болтушек, что сидят у подъезда на скамейке.
— Да, знаю. Но сейчас я говорю правду. Что случилось потом… Я на самом деле не помню.
— Ладно, поверю тебе на слово. Не буду тебя мучить расспросами. Так, — Сьюзен взглянула на часы. — Уже семь утра. Этот алкоголик должен быть на рабочем месте. Позвоню-ка ему, — Сьюзен уже успела создать заготовку пирога и запихнула его в духовку на медленный огонь. — Пока мой кулинарный шедевр запекается, я выясню, что наш информатор выяснил. Он обещал это сделать за ночь.
— Он работает в ночную смену?
— Да. Все равно ему там делать нечего. Он же работает в архивах. Этот мужик часто мне доставал сведения о многих подозрительных личностях за выпивку.
Сьюзен подошла к телефону и набрала заветный номер, прижав трубку к уху. Татьяна, затаив дыхание, стала наблюдать за подругой, но затем заметила, что выражение лица ее темнокожей подруги резко помрачнело.
— Странно. Никто не отвечает. Попробую еще раз, — Сьюзен снова набрала номер, но на другом конце провода ей так никто и не ответил. — Черт. Спит что ли? Он всегда отвечал, а тут решил игнорировать меня.
— Похоже, придется навестить твоего друга.
— Если через час не ответит, придется. Его смена заканчивается в одиннадцать, так что мы должны успеть.
— Ты что-то резко занервничала, — с беспокойством посмотрела на нее Татьяна.
— Не знаю, у меня что-то стало неспокойно на душе. Я всегда доверяю своему предчувствию, оно никогда меня не подводило.
— Боже, что могло случиться с твоим другом?
— Не знаю. Обычно в архивы никто не суется. Но телефон всегда при нем, а он никогда не спит на рабочем месте. Хоть этот человек и пьет, но несет службу с большой ответственностью.
— Ты сама сказала, будучи уставшим можно заснуть даже на поле боя.
— Да, сказала, — с легкой нервозностью ответила та. — Но Итан не из этого
— Так-так-так, кажется, между вами что-то было. Ведь я права? — с горящими от любопытства глазами посмотрела на подругу Татьяна и с хитрой ухмылкой откинулась на спинку стула.
— Это было давно, и между нами уже ничего нет. Он слишком много пил, а я не могла это терпеть. Он был замечательным человеком, но никогда не контролировал градус алкоголя в своем организме, — с болью в голосе произнесла та и с грустью взглянула на духовку, о чем-то задумавшись. — Тяжело отказываться человека, тебе это чувство знакомо, как никому другому. Я отказалась от него, чтобы жить более спокойно. Только после этого он начал пить еще больше. Но, к счастью, мы не оборвали наше общение. Изредка я помогаю ему, а Итан помогает мне.
— Глупые вы, — Татьяна с недовольством покачала головой и посмотрела в сторону спальни, откуда доносилось мирное сопение крепко спящего мужа.
— Смотрю, у вас наладились отношения с Петром. Даже удивительно.
— Да, это и правда удивительно. Он так изменился в последнее время.
— Мужчины любят играться с нашими чувствами, чтобы проверить нас на верность. И чаще всего мы не проходим их проверку.
— Мы с ним вместе уже восемь лет, но такое чувство, что начали жить только сейчас.
— Вы хоть занимаетесь сексом? Или делаете вид, что вам это не нужно?
— Не поверишь. Но за целый месяц секс у нас был только этой ночью.
— Странные вы. Но я тебе даже завидую. Бурная у тебя была ночь: секс, кровь, игра в снежки, сейчас и пирог будет. Загляденье.
— Да, ночь и правда была бурной. До сих пор от нее отойти не могу.
Ларри поставил на лабораторный стол пробирку со странной белой жидкостью и добавил в нее каплю крови из другой емкости, получив после этих хитроумных действий бледно-розоватую смесь с рыжеватым вязким остатком на поверхности, от которой исходил смердящий запах.
— Боже, Ларри, что это за хрень? — поморщил нос Себастьян и отпрянул, чтобы быть как можно дальше от источника зловония. — Ты решил убить меня?
— Я проверяю кровь на свежесть.
— И? Что ты узнал?
— Не торопи меня, — Ларри внимательно следил за реакцией, происходившей в цветной жидкости, слегка приспустив на кончик носа свои очки.
— Уже семь утра. Мы до сих пор не получили каких-либо ответов. Директор дал нам сутки, чтобы мы связали этого дохлого пса с теми убийства, что происходили в той злополучной психушке месяц назад, иначе он не даст добро на возобновление расследования.
— Я думал, тебя хотя бы капельку интересует, что за чертовщина начала твориться в квартире твоей напарницы. Но по твоему лицу видно, что тебе все равно.
— Сегодня выходной день, мне пришлось поднять всех на уши ради всей этой хрени. Ты бы видел лицо босса, как тот был зол. Мне с трудом удалось его уговорить, чтобы он дал добро на проведение вскрытия трупа животного, хотя мы такими делами не занимаемся.
— Кристина вот-вот закончит отчет. Она знает свое дело.
— Я не доверяю патологоанатому все наше расследование.