Слезы изменника
Шрифт:
Комната считалась библиотекой, хотя книг здесь было совсем немного, да и те, как полагала Сьюзан, были куплены только потому, что обложки гармонировали с цветовым решением комнаты.
Престон какое-то время смотрел на кузена холодным, полным ненависти взглядом, который вскоре сменился негодованием.
— Сколько нам это будет стоить?
Уголком глаза Сьюзан заметила мелькнувшую в глазах Корда хитринку.
— Стоить что?
— Сколько нам надо заплатить, чтобы ты покинул эту часть страны?
Лицо Корда исказила недобрая ухмылка, которая должна
— Боюсь, тебе не хватит денег, кузен.
Имогена подняла руку, предупреждая следующую фразу сына. Она обладала большим здравомыслием, чем Престон, и умением вести переговоры с завидным хладнокровием.
— Не будь столь поспешным в выводах, — предостерегла она. — Мы готовы к тому, чтобы предложить тебе определенную сумму в обмен на спокойствие.
— Меня это не интересует, — ответил Корд, улыбаясь.
— Но у мужчины, который ведет такой… образ жизни, как ты, несомненно, есть долги, требующие оплаты. Кроме того, не стоит отрицать тот факт, что у меня много друзей, которые с удовольствием дадут мне в долг необходимую сумму просто из хорошего расположения и смогут не на шутку отравить вам жизнь.
— Думаю, вы преувеличиваете, тетя Имогена. — Корд был совершенно спокоен. Он сидел в расслабленной позе, вытянув длинные ноги. — Вы будете удивлены, но я не нуждаюсь в деньгах. Кроме того, вам не стоит полагаться на своих друзей, чтобы навредить мне. У меня тоже есть влиятельные друзья, которым, уверяю, вполне под силу заставить вас вести себя словно ангел.
Имогена презрительно фыркнула:
— В сложившихся обстоятельствах я в этом не сомневаюсь.
Впервые с начала разговора Сьюзан сочла необходимым вмешаться. Ссоры и перепалки всегда расстраивали ее, она была по натуре очень миролюбивым человеком, но внутренне достаточно сильным, чтобы решиться вмешаться в подобный разговор. Ее мягкий голос сразу привлек всеобщее внимание, хотя обращалась она только к свекрови.
— Имогена, обратите внимание на его внешний вид, на одежду. — Она жестом указала на Корда, сидящего рядом. — Думаю, он не лжет, ему не нужны деньги. Говоря о приятелях, вряд ли он имеет в виду сомнительных личностей.
Корд посмотрел на нее с восхищением:
— Вероятно, ваше поведение объясняется тем, что вы все же не урожденная Блэкстоун. Она права, Имогена, хотя вам и неприятно это слышать. Мне не нужны деньги Блэкстоунов, поскольку у меня есть свои. Я предпочитаю жить в лачуге не потому, что не могу себе позволить нечто лучшее, а потому, что я так хочу. Надеюсь, сейчас, когда я планирую остаться, мы забудем о наших разногласиях. Если вы намерены ворошить грязное белье, пожалуйста, только оставьте меня в покое. В противном случае вам же будет хуже.
Имогена вздохнула:
— С тобой всегда было сложно, Корд, даже когда ты был ребенком. Моя неприязнь вызвана исключительно твоим поведением, а не личными претензиями. Ты вывалял в грязи доброе имя семьи и принес Блэкстоунам столько неприятностей, что хватило бы на несколько жизней. В связи с этим мне трудно простить тебя и поверить, что ты будешь в
— Это было давно, — ответил Корд уклончиво. — Я провел много лет в Европе и Южной Африке, это научило меня ценить родной дом.
— Так ли это? Хотелось бы верить. Извини, если обидела тебя подозрениями, но прошлое дает мне на это право. Что ж, надеюсь, мы заключим перемирие, по крайней мере пока.
— Перемирие. — Корд хитро подмигнул ей, и, к удивлению Сьюзан, Имогена покраснела.
Значит, его чары действуют на всех женщин! Скорее всего, он не настолько простодушен, чтобы поверить в миролюбие Имогены. Со стороны могло показаться, что она вполне искренна, однако это была лишь видимость. Поскольку Имогена не смогла ни купить, ни напугать его, ей пришлось искать другие методы. Однако в данный момент Сьюзан могла думать лишь о том, что связано с Кордом, и ни о чем другом.
Он поднялся, призывая жестом встать и Сьюзан.
— Из-за меня вы так надолго покинули гостей, — вежливо обратился Корд к Имогене. — Я вам торжественно клянусь, что не устрою никакого скандала сегодня вечером. Можете расслабиться.
Подтолкнув Сьюзан к выходу, он подошел к Имогене и поцеловал ее. Лицо Имогены стало жестче, хотя на щеках заиграл легкий румянец. Глаза Корда заблестели еще задорнее.
— Пойдемте, Сьюзан, — скомандовал он.
— Одну минуту, — вмешался Престон, делая шаг вперед. Скорее всего, он не собирался, как мать, идти на мировую. — Мы отказались от конфронтации, однако не заключали дружеский союз. Сьюзан никуда с вами не пойдет.
— Ах так? Думаю, это будет решать леди. Сьюзан? — Повернувшись к ней, он весьма открыто продемонстрировал свои желания, взяв ее за руку.
Сьюзан колебалась. Ей не хотелось расставаться с Кордом, хотелось смеяться и веселиться вместе с ним, любуясь блестящими глазами и наслаждаясь крепкими мужскими объятиями. Однако она не могла ему доверять, а самое главное, что первый раз в жизни она не доверяла себе. Она должна была отвергнуть его предложение, именно потому, что ей так хотелось его принять. Медленно, с сожалением, Сьюзан покачала головой:
— Нет. Будет лучше, если я не пойду с вами.
Корд широко открыл глаза, в которых на этот раз Сьюзан не увидела смешинки, лишь гнев. Он резко выпустил ее руку.
— Может быть, вы и правы, — сказал Корд ледяным тоном и вышел, не говоря больше ни слова.
В библиотеке воцарилась тишина. Никто не выразил никаких эмоций. Наконец Имогена опять вздохнула:
— Какое счастье, что ты не пошла с ним, дорогая. Конечно, он умеет очаровывать, однако за всем этим кроется глубокая ненависть к семье. Он воспользуется любой возможностью нанести нам вред. Ты его не знаешь, а между тем в твоих интересах держаться от Корда подальше. — Раздав необходимые, на ее взгляд, указания, Имогена продолжила: — Думаю, нам придется выносить эти страдания до тех пор, пока Корд не одумается и не найдет себе другую забаву. — Она дернула плечом. — Этот негодяй был прав лишь в одном — мне надо вернуться к гостям.