Слеза дождя
Шрифт:
— Так. — наконец заговорил он. — Чтобы особо не светиться, нам нужно найти деревню и там поселиться, пока ты осваиваешься с обстановкой и со своей Силой. В деревне мало кто обратит внимание на твои слова. А кто обратит, просто спишет это на то, что ты издалека. Жаль конечно ты покрасилась в рыжий цвет — довольно яркий образ привлекает к себе внимание…
— Я что—то не то сказала? — забеспокоилась Валя, не замечая последних слов.
— Примерно пять—шесть слов, которых здесь просто не знают. Но это ерунда. — он внимательно осмотрел ее с ног до головы. — Хорошо, что ты здесь оказалась в юбке. — выдал он заключение. — Не так в глаза будешь бросаться. Идем.
Полностью деморализованная его словами
Тихон неожиданно остановился, прислушался, потянул воздух носом.
— Там впереди деревня.
— Ура! Наконец—то! — обрадовалась Валя, что увидит людей. — А—то я уже думала, мы вечно будем бродить по этому лесу.
— Не так скоро. Ты пока тут побудь, а я разведаю, что, да как. Нельзя соваться просто так. — велел Тихон и быстро скрылся среди деревьев.
Валя вздохнула и присела на поваленное дерево. «Ты пока тут побудь» — мысленно передразнила она тишника. А если тут медведи водятся? Где гарантия, что она и с ним найдет общий язык? Надеюсь, тут змеи не водятся. И вообще… уже есть хочется. Очень. А вон те симпатичные ягодки вполне могут быт ядовитыми.
Тихон возник так же внезапно, как и пропал. Деловито прошелся взад—вперед перед Валей, потом взгромоздился рядом с ней на дерево.
— Деревушка нам подходит. — сообщил он вердикт своих похождений. — Небольшая и, как я понял, вдали от других населенных пунктов. На окраине есть заброшенная изба. Если нам повезет, то можно там поселиться. С домовым избы я уже переговорил, он не против новой хозяйки.
— С домовым? Здесь и домовые есть? Круто! А я думала — это сказка. Так они…
В тишине леса резко раздался детский крик и сразу за ним шум борьбы. Валя не долго думая, мгновенно ринулась на этот шум и, выбежав на лесную проплешину, встала, как вкопанная. Такое она только в фильмах видела. Двое огромных волков нападали на деревенского мужика, который, закрывал грудью любой возможный проход к мальчишке, прятавшегося у него за спиной.
— Это наш выигрышный билет! — вывел ее из столбняка ликующий голос Тихона.
— Что?!! Как ЭТО может нам помочь? — она наклонилась и подняла большую палку. — Если только послужу волчьим десертом.
— Стой! — кинулся буквально под ноги девушки Тихон. — Брось сейчас же палку!
— Ты хочешь, чтобы я бросила палку в волков? Нет? Тогда…
— Нет, я хочу, чтобы ты привыкала к тому, что ты ведьма. Выйди вперед и подними правую руку. — скомандовал он.
Валентина повинуясь выронила палку и медленно вышла вперед, как завороженная вытягивая правую руку. В это мгновение мужик на мгновение отвлекся и один из волков, пользуясь таким удобным случаем, рывком прыгнул в сторону мальчика, тут же сбив того с ног. Благодаря реакции охотника, хищник в эту же секунду получил хорошего пинка, отправляясь в короткий полет, но мальчик уже на ноги не поднялся. Позвав его несколько раз по имени, мужик обернулся и лес огласился просто нечеловеческим воплем горя — из грудины мальчика торчал длинный острый сук, вокруг которого по рубашке ребенка растекалось красное пятно. Волки атаковали с новой силой и, убитый горем мужик, уже довольно вяло отбивался от их нападок, невольно сводя поединок с хищниками к своему поражению.
— Валентина! — дернул ее за штанину Тихон, похоже призывая ее не в первый раз. — Ты слышишь?
— Да. — наконец откликнулась свежеиспеченная ведьма, понимая, что до сих пор стоит в нелепой позе и ее рука уже почти онемела.
— Скажи громко: «Ферра—колза—дирн!».
— Что?
— Просто повтори! — потребовал Тихон. — Громко и с выражением! — видя замешательство своей протеже, он резко крикнул. — Быстро!
— Ферра—колза—дирн! — словно автомат,
После этого короткого заклинания, произошло что—то непонятное. Из ее ладони словно отделился теплый шарик и полетел в неизвестном направлении. Волки, уже почти ликующие от радости добычи, неожиданно присели на задние лапы, заскулили и, поджав хвосты как дворняги, завидя дворника с метлой, сиганули в лес. Мужчина обессилено опустился на колени и, сквозь челку спутавшихся волос, посмотрел на своего неожиданного спасителя. Точнее спасительницу. С минуту он недоуменно смотрел на девушку, а потом мозг воспроизвел напоминание о постигшем его горе и он кинулся к мальчику.
— Олик! Олик! — начал причитать он, осторожно снимая бездыханное тело с куска острого дерева. — Очнись, мальчик мой! — огромный сильный мужик, сжимая бездыханного мальчика, неожиданно разрыдался.
— Тебе нужно его спасти. — проговорил Тихон, снова выводя Валю из ступора.
— Я это тоже могу? — перевела она затуманенный слезами взор на Тихона. — Я могу воскрешать мертвецов? — она сглотнула.
— Нет. Я только что осмотрел его. Парень жив. Эта палка прошла, минуя жизненно важные органы. Но он потерял много крови, а этот, — он кивнул на мужика, — сейчас вытрясет из него все остатки. Нужно остановить кровотечение и зарубцевать раны.
— Я смогу? — все еще сомневалась ведьмочка.
— Да. Подойди к мальчишке, положи ему на рану ладонь, а потом представь, как вдыхаешь в него жизнь. Вроде как надуваешь воздушный шарик.
Валя на секунду зажмурила глаза, глубоко вздохнула, и решительно направилась к рыдающему мужику. Чтобы не растерять всю свою напускную смелость, она резко села на корточки возле раненного паренька.
— Вы позволите? — проговорила она, буквально выдирая у опешившего мужчины ребенка.
Не давая времени очухаться ни мужику, не себе, она уложила мальчика на траву и, превозмогая тошноту от вида крови, положила ладонь на его рану, старательно зажмурив глаза и представляя нечто туманное, впитывающееся в грудь «пациента». Сколько это продолжалось, Валентина не имела ни малейшего понятия, просто она вдруг почувствовала слабость и буквально рухнула спиной на ствол дерева, стоящего позади. Вздох, выдох, вздох, выдох. Немного восстановив силы, новоявленная ведьма раскрыла глаза. Деревенский мужик припал ухом к груди мальца, внимательно вслушиваясь в ритм его сердца.
— Он жив. — через минуту проговорил он и выпрямился.
— Он был жив. — слабым голосом подтвердила девушка. — Я просто остановила кровотечение, чтобы этот факт оставался фактом как можно дольше.
Мужик некоторое время помолчал, рассматривая спасительницу.
— Ты ведьма? — спросил он. Хотя сложно было сказать, спросил ли он, или утверждал, одно было точно — он относился с опаской к этому слову.
— Да. А что?
— Но ведь ведьмы они… — он не договорил, буквально подавившись окончанием фразы, взглянув на мальчика.
— Злые? — вскинула брови Валя. — А люди добрые? — улыбнулась она. — У всех есть право выбора. Кто—то становится злым, кто—то добрым. Кто—то убивает на дорогах, а кто—то помогает попавшим в беду. Разве не так? — девушка пожала плечами, понимая, что сил у нее сейчас не хватит даже на то, чтобы встать. Надо бы расспросить у Тихона, что с ней такого. Но не сейчас. — Все одинаковы! — продолжила она. У нее появилось какое-то иррациональное желание рассуждать о добре и зле. — Что вообще есть ведьма? Женщина, которая, обладая тем же, что есть у всех, но умеющая управлять этим. — мужик нахмурился, пытаясь вникнуть в смысл сказанного. — Вот хотя бы на этом примере. — она кивнула на мальчика. — Энергия есть у всех, а вот умение ей управлять, чтобы поделиться с умирающим мальчиком и помочь его организму справиться с ранением, могут единицы. Я не права?