Слеза дождя
Шрифт:
— Не сожгли бы. Ты же видела судью! Я и так бы всё решил. — не уступал Ник.
— Да? Вот именно, судью! А что на лбу судьи было написано, что это мой знакомый колдун? Твой амулет вроде как сломан… был.
— Он и сломан. Я забрал два амулета из комнаты «отправившихся отдыхать к морю».
— А мне ты об этом сказать как—то забыл!
— И что, у вас всегда так? — вскинула брови девочка. — Ой!
— Не обращай внимание. Он труден в понимании. — раздраженно махнула рукой Виль, медленно повернувшись на возглас Зузалики, чтобы тут
Вместо огромного червя—переростка на земле лежал человек! И не просто человек — это был тот противный дядька, который преследовал Валю на кладбище, желая украсть кольцо матери! Колдун тоже не мог не посмотреть в ту сторону, после чего он стал чернее тучи.
— Кто это? — тихо проговорила Виль, словно ее кто—то мог подслушать. — Я его уже встречала.
— Это — Полуночник, лучший охотник—оборотень Хамамелиса. — мрачно проговорил Ник. — Судя по всему, на нас началась охота. Вот только какого рода?
— Явно не ознакомительного! — Полуночник вдруг изогнулся и вновь приобрел вид шловела. — Фу, гадость! Может, уже побежим отсюда?
— Я так думаю, что пустив сюда шловела, его хозяин хотел бы видеть то, что останется от колдуна, его встретившего. — задумчиво произнесла ведьмочка.
— Я пришёл к этому же мнению. — кивнул Никклаф. — Поэтому нужно, чтобы он, — колдун кивнул на червя, — придя в себя, обнаружил тело.
— Ты предлагаешь оставить тебя здесь? — вздернула брови Виль.
— Нет, у меня есть другая идея.
Колдун скинул с плеча сумку, и достал… браслет перевёртыша! Изучил, а потом согнул кожу, соединяя две бусины между собой. Проделав эти странные манипуляции, бросил браслет обратно в сумку и замер, что—то ожидая. Виль с Зузаликой переглянулись и дружно пожали плечами.
Ждать пришлось не долго. Через пару минут из—за деревьев выступил какой—то солдат и, полностью игнорируя женский пол, ожидающе уставился на Никклафа.
— Я знаю, что ты должен выполнить мой приказ. — сказал тот. — Но я не хочу, чтобы ты делал это по принуждению. Мне нужно, чтобы ты принял мою личину и остался лежать здесь, изображая полутруп, до тех пор, пока шловел не очнется и, удостоверившись, что он меня превратил в оболочку, не уйдет. В обмен на это я создам для тебя амулет, позволяющий удерживать личину до суток. Итак?
— Так это наш перевёртыш?! — ахнула Вилентина. — Он жив!
— Колдун спас меня. — бросив короткий взгляд, ответил «воин». — Да, я согласен. — обратился он уже к Никклафу. — Всё лучше, чем быть постоянно битым. — он на глазах превратился в колдуна, посерел лицом, его веки отяжелели, а глаза провалились, словно не спали несколько дней, щеки ввалились, а нос обострился. — Так нормально? — спросил он.
— Если когда—нибудь превратишься в это, то ко мне не подходи. — тихо пролепетала Виль. — Я зомби как—то не перевариваю.
Вместо ответа, колдун протянул к ней небольшой кусок дерева.
— Подержи в руках и представь солнце.
—
— Я свои заклинания на амулет поставил, теперь нужно, чтобы он был долговечен — это можешь только ты.
Виль пожала плечами и проделала всё, что говорил колдун, затем передав, по его же настоянию (после ее рук, амулета не должен был касаться колдун) перевертышу. Тот молча кивнул и сел под дерево, начиная ожидать когда придет в себя шловел.
— А что шловел? — спросила Вилентина. — Он так и будет там лежать? В конце концов он же не виноват, что ему матушка—природа уготовила столь странные пристрастия в пище?
Никклаф завел глаза к небу и отправился в лес, Виль и Зузалика последовали за ним.
— Да нет! — махнула ладошкой девочка. — Через несколько минут оклемается, посмотрит на свою жертву и вновь под землю уйдет.
— Да? И что нам, опять колдуна у него отбивать?
— Зачем? Он наверняка уже применил свое заклинание. Шловел поползет другую жертву искать или вернется к хозяину. — впереди показалась прогалина, на которой были привязаны кони. — А кто такой этот Карлсон? — неожиданно спросила девочка. — У нас в деревне вроде никого с таким именем нет.
Колдун замедлил шаг, явно прислушиваясь к разговору.
— Умный, красивый, в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил. — с удовольствием сообщила Виль. — Он живет на крыше и любит варенье. Торты тоже.
— Торты? — удивилась Зузалика и тут же просветлела лицом. — Это такая выдумка, да?
— Говорить неправду не в моих правилах.
— Но это же… Ты говорила…
— Всегда есть исключения из правил! — перебила ее ведьма и резко остановилась. — Возвращаясь к вопросу о еде. Я голодна!
— Я тоже есть хочу. — призналась девочка.
— Коша? — посмотрела на мантикору Виль, призывая того тоже заявить о голоде — ему, как спасителю точно должны уступить.
— Он сыт. — ответил за него Никклаф. — Найдем поляну и поедим. — щедро пообещал он.
— Прямо сейчас и найдем. — улыбнулась ведьма и взмыла вверх. — Мне сверху видно все, ты так и знай! Немного правее и мы на месте. — опустилась она на землю.
Вскоре на маленькой полянке весело трещал костерок, а две ведьмы усердно работали челюстями, получая от этого занятия массу положительных эмоций.
— Нужно подумать, куда двигаться дальше. — не прерывая их занятия, проговорил Ник. — Ту ниточку, что обещал нам знакомый из пещеры, мы не нашли.
— А что вы ищете? — в паузе между бутербродами спросила девочка.
— Сложно сказать. — вздохнула Виль, оглядывая горы еды — хотелось съесть всё, а желудок уже был перенасыщен. — Наверное, проще сказать, что мы можем найти вообще из того, что ищем. — она немного помолчала, обдумывая сказанное. — Во, загнула! Короче, мы ищем некий нож, в который, по местным сказкам, была спрятана сила одной из трех исчезнувших ведьм.