Слеза ангела
Шрифт:
О том, какие меры могут быть приняты к «математику», Света предпочитала не задумываться. Скорее всего, для начала Борман просто побеседует с ним по-хорошему, разъяснит политику казино. Если клиент окажется сообразительным и благоразумным, дело закончится миром. Если же начнет упрямиться, парням из службы охраны придется использовать более действенные меры вразумления. Вот и весь расклад. У них казино, а не благотворительный фонд, и то, что клиент не жульничал, а всего лишь использовал «беспроигрышную систему», никого волновать не станет. Так даже еще хуже: «беспроигрышная система» – это же кошмар для владельцев
– Он уже пришел? – спросила Света, вглядываясь в лица посетителей на экране наблюдения.
– Рано еще, – Лешка до хруста в суставах потянулся. – Если и заявится, то часикам к двенадцати, не раньше. Свет, а ты в самом деле веришь, что у этого чудика есть система?
– Не знаю, – она пожала плечами.
– А может, с рулеткой что не так? Ну там крен какой?
– Нет никакого крена, ее на днях проверяли.
– А ты ему не подыгрываешь? – Лешка хитро сощурился.
– Я?! – Света задохнулась от возмущения. – Да ты что?!
– Ладно, не обижайся. Это я просто так спросил, не подумавши. Борман материал по нему уже несколько раз просмотрел – вроде все чисто.
– Ну, спасибо, успокоил, – фыркнула Света. – А что, Борман в самом деле считает, что я могу быть причастна?
От этих мыслей в желудке неприятно заныло. Начальника службы безопасности, недаром прозванного Борманом, боялись все сотрудники казино. Было в этом невысоком, лысом мужике, по слухам, отставном полковнике ФСБ, что-то такое, отчего хотелось сразу же раскаяться во всех грехах и начать сотрудничать со следствием. И то, что он обратил на Свету свой пристальный взгляд, было не очень хорошим предзнаменованием.
– Да что ты сразу скисла? – Лешка ободряюще улыбнулся. – У него же работа такая.
– Всех подозревать?
– Нет, следить за порядком. Иди-ка ты лучше, а то засечет тебя здесь – точно проблем не оберемся.
Просить дважды Свету не пришлось. Кому нужны лишние неприятности? Кивнув на прощание Лешке, она выскользнула в коридор. До начала смены оставалось пятнадцать минут, как раз на то, чтобы переодеться.
В игровом зале было непривычно малолюдно. Может, хоть на сей раз повезет и ночь выдастся спокойной.
– Корнеева, – послышался за спиной знакомый голос.
Света обернулась.
– Добрый вечер, Ангелина Леонидовна.
– Добрый, – начальница окинула ее придирчивым взглядом. – Ты сегодня работаешь за пятым столом.
Обычно Света работала за седьмым, но спрашивать, чем вызвано неожиданное перемещение, не стала. Скорее всего, это проверка на вшивость, способ выяснить, есть ли между ней и «математиком» связь. Тут возможны два варианта. Первый – для «математика» важна привязка к конкретному месту, и тогда придется еще раз осмотреть рулетку. И второй – «математик» завязан не на столе, а на крупье. Вот этот второй вариант для Светы самый неприятный. Конечно, она ни в чем не виновата, но попробуй доказать это Борману. Эх, лучше бы «математик» вообще не пришел…
Светины мольбы не были услышаны. «Математик» нарисовался в игровом зале в половине первого, постоял секунду-другую в раздумьях, окинул присутствующих ленивым взглядом и направился в ее сторону. Света мысленно застонала. Все, свидания с Борманом и допроса с пристрастием не миновать. Это в самом лучшем случае, а в худшем и до увольнения недалеко.
– Доброй
– Доброй, – Света растянула губы в ответной улыбке. Наверное, получилось не слишком убедительно, потому что «математик» удивленно вскинул брови.
– Вы сегодня не в духе? Что-то случилось?
Сказать бы этому уроду, что случилось! А может, и в самом деле сказать? Света скосила взгляд в сторону камеры наблюдения. Как раз и момент подходящий: Ангелина Леонидовна отлучилась из зала, а за игровым столом кроме них двоих никого нет. Конечно, это не по правилам, а шпынять ее из-за какого-то проходимца и подозревать в измене – это по правилам?!
– Играем? – Света улыбнулась, на сей раз совершенно искренне.
– Ну, разумеется, – «математик» выложил на стол фишки.
Действовать нужно было прямо сейчас, потом может быть уже поздно.
– По какой системе играете? – вежливо поинтересовалась она…
Сабурин
Девчонка-крупье улыбалась и таращилась на него своими светло-серыми, почти прозрачными глазами. Сабурин впервые в жизни видел у женщины такие глаза – холодные, бесстрастные, точно у наемного убийцы. Или это из-за прозрачности? Может, какая-нибудь генетическая аномалия? Скорее всего, так и есть. Глаза эти рыбьи, кожа бледная, волосы белые-белые, точно седые. Рановато ей еще седые волосы. Сколько ей – лет двадцать? Значит, и в самом деле аномалия. Альбинизм. Точно, похоже, что девчонка – альбинос. А то, что брови и ресницы темные, так это ерунда, их и покрасить можно.
Сабурин видел девчонку уже не первый раз, а все никак не мог привыкнуть к ее необычной внешности. Даже и не скажешь, хорошенькая она или уродина. Если смотрит куда-нибудь в сторону, так вроде и ничего, а если таращится прямо на тебя, вот как сейчас, то даже его нервы, крепкие и закаленные, не выдерживают.
Углубившись в эти умозаключения, Сабурин не сразу сообразил, что говорит ему девчонка-крупье. Раньше она с ним вообще не разговаривала, только улыбалась профессионально-отстраненной улыбкой.
– Прошу прощения? – Он нахмурился, пытаясь вникнуть в смысл сказанного.
– Я спрашиваю о вашей системе, – глаза-ледышки смотрели на него, не мигая. – У вас есть какая-то система, и она весьма действенная.
Сабурин мысленно чертыхнулся. Все-таки попался, вычислила какая-то малолетка, да еще так быстро…
А ведь Арсений предупреждал, что действовать нужно осторожно, что в казино не дураки работают, и если поймут, что он пытается кинуть заведение, будут проблемы. Сабурин тогда Арсению не то чтобы не поверил, просто не отнесся к предупреждению с должным вниманием. Конечно, Арсений – математический бог и знает о числах все, но ведь только в теории. А теория с практикой расходятся очень часто. Именно поэтому разработанную другом систему Сабурин всерьез не воспринимал, предпочитал относиться к ней как к забаве и на «полевые испытания» согласился легко. Ладно, одни разок можно попробовать, исключительно ради того, чтобы убедить упрямца Арсения в несостоятельности придуманной им системы. Можно даже баксов сто потратить на эту бесполезную идею, лишь бы друг успокоился и направил свою неуемную энергию в более перспективное русло.