Слеза ангела
Шрифт:
– Зачем? – Вертикальная морщинка на лбу Сабурина стала еще глубже. – Я же тебе ясно сказал: твоего друга там нет.
– Его квартира – это единственное место, которое связывает меня и капитана Золотарева. Он должен прийти туда.
– Золотарева там тоже нет, а бензин, между прочим, не казенный. – Вот же жмот! Она ему тысячу долларов пообещала, а ему бензина, видите ли, жалко. – Или ты предлагаешь устроить засаду у квартиры твоего дружка?
– Не нужно никакой засады. Надо просто оставить в двери записку.
– Ага, а в записке указать
А ведь он прав. Верх глупости так подставляться, да еще и подставлять другого. Надо было сразу об этом подумать. Но что же тогда делать?
– Значит, так, Белоснежка, план действий у нас такой, – изволил заговорить Сабурин. – Я отвожу тебя к себе домой, а сам отлучаюсь по делам.
– По каким делам?
– Неважно. Важно, чтобы ты сидела тихо как мышь под веником, никому больше не звонила, никому дверь не открывала. Вечером я приду, и мы все обсудим. Идет?
Можно подумать, у нее есть выбор? Но то, что Сабурин собирается что-то с ней обсуждать, уже обнадеживает.
– Идет, – она кивнула, поправила сползшие на нос солнцезащитные очки, а потом заискивающим тоном, от которого самой стало тошно, спросила: – А может, нам в милицию заявить о пропаже Ивана?
– Вы уже однажды заявили. Забыла, чем дело кончилось?
Забудешь тут, дело кончилось ночным нападением вампиров и исчезновением сначала Золотарева, а потом и Ивана. Но ведь нельзя же сидеть без дела!
– Тема закрыта! – объявил Сабурин. – А если тебе что-то не нравится, можешь валить на все четыре стороны. Поверь: никто печалиться не станет.
– Мне все нравится, – пришлось наступить на горло собственной гордости, потому что сидящий рядом беспринципный тип – единственный человек, согласившийся ей помочь, пусть и не бесплатно…
Сабурин ушел почти сразу после того, как отвез Свету к себе. Сделал пару звонков, выпил чашку кофе, еще раз напомнил ей о необходимости вести себя тише воды ниже травы и ушел. Даже ее робкий вопрос о том, когда он планирует вернуться, проигнорировал. Хам и невоспитанный мужлан…
Предоставленная самой себе, Света обошла квартиру. В первый визит было как-то не до экскурсий, а сейчас ведь все равно делать нечего.
Квартира оказалась под стать хозяину – такая же лощеная, продуманно небрежная. Даже валяющиеся на полу в гостиной журналы для автолюбителей выглядели как математически выверенная деталь интерьера, а не как последствия обычной мужской безалаберности. Даже брошенная в мойке чашка с недопитым кофе не нарушала гармонии этого маленького мира. Мир был всем хорош, за исключением одного – его хозяином являлся Сабурин.
Не о том она думает. Ей нужно разобраться со свом собственным миром, понять, что с ним случилось, по чьей жестокой прихоти он разрушен в одночасье, кто такой князь, и какую слезу какого ангела
Света плюхнулась на диван в гостиной, закрыла глаза. Да, надо думать! Последние дни у нее на это совсем не было времени. Она боялась, убегала, теряла друзей – какие уж тут размышления? Сейчас благодаря Сабурину появилась возможность остановиться, разложить все по полочкам, систематизировать факты. Она же умная, у нее должно получиться.
Первое, что придется признать, – она не случайная жертва. За ней охотятся, неспешно и планомерно загоняют в угол. Ее преследователи постоянно говорят о Слезе ангела. Что может называться так романтично и выспренно одновременно? Первое, что приходит на ум, – произведение искусства. Что конкретно? Картина, средневековый фолиант, ювелирное изделие? Если так, то те кровопийцы точно обратились не по адресу. У нее нет ни картин, ни старинных книг, ни уж тем более драгоценностей. Золотая цепочка с подвеской в виде подковы, подарок деда на совершеннолетие, не в счет.
Получается тупиковая ситуация: она, Света, должна пойти туда, не знаю куда, и принести то, не знаю что. А самое обидное, что эти люди – или не люди – совершенно уверены, что «то, не знаю что» у нее точно есть, просто она настолько тупа и упряма, что не хочет этим сокровищем поделиться. Господи, да она бы с радостью! Она бы все что угодно отдала, если бы это могло вернуть Ритку и Ивана.
А если происходящее как-то связано с казино? Глупая мысль, совсем безосновательная. Кто она такая? Мелкая сошка, девочка на побегушках. Единственным ее прегрешением был контакт с «математиком» Сабуриным, но за такие вещи не наказывают так жестоко и, главное, столь изощренно. При самом худшем раскладе ее бы просто оштрафовали и вышвырнули с работы. Значит, казино тут ни при чем.
Диван оказался мягким и удивительно удобным, думать на нем никак не получалось, зато спать захотелось неимоверно. Ничего удивительного, принимая во внимание тот ритм жизни, какой был у нее в последнее время.
Аделаида Карловна – вот человек, способный на изощренные и жестокие поступки. Например, натравить на врага милицию или исписать стену похабными надписями. Мысль эта была глупой и неконструктивной, наверное, потому, что оказалась последней мыслью, которая родилась в Светиной голове перед тем, как девушка провалилась в сон.
…Звук был негромкий, но настойчивый. Он бензопилой вгрызался в мозг, кромсая сон на мелкие кусочки. Еще не до конца проснувшись, Света села, затрясла головой. Источник раздражения не исчез, наоборот, он, кажется, стал еще настойчивее.
Мобильник. Это звонит ее мобильник. Мелодия знакомая, такая мелодия стоит в телефоне на звонки друзей. Не так-то и много у нее друзей – Ритка да Иван…
Господи праведный! Света сорвалась с места, нашарила в полумраке прихожей свой рюкзак, достала мобильник, перед тем, как глянуть на определитель номера, сделала глубокий вдох.