Слепой
Шрифт:
Глава четырнадцатая
Время лечит. Так все говорят. И я надеялась, что оно поможет и Владу.
Но все случилось наоборот. Время уничтожало его, а не лечило.
Видеть лучшего друга в депрессивном состоянии было невероятно сложно.
Он мало разговаривал, что особо причиняло мне боль, потому что мы всегда много говорили. Наши прогулки по парку сократились, а вскоре прекратились вообще. Влад объяснил мне это так:
– Я больше не
Я хотела вытащить его из депрессии, но не знала, как это сделать. Я надеялась, что, возможно, мое общество поможет ему справиться с горем, но ошибалась. Влад словно отделился от этого мира, и мне захотелось сделать то же самое. Я стала по-настоящему зависима от него, во всех смыслах.
В общем, стресс - это убийственная штука.
Ситуация ухудшалась с каждым днем, и однажды Влад просто перестал ходить в школу. Я, конечно, понимала, что он очень скорбел, но смерть пса не повод замыкаться в себе и исчезать. У него была я. Он мог обратиться за помощью ко мне, но вместо этого предпочел пережить все в одиночку.
А я не собиралась мириться с этим.
Я набралась наглости и смелости и решила прийти к нему.
На часах было половина четвертого, когда я постучалась в дверь его квартиры. Я знала, что сейчас Наталья Андреевна работала, поэтому могла спокойно поговорить с Владом.
Я долго не могла дождаться ответа, но через две минуты и сорок три секунды я услышала хриплый голос Влада:
– Кто?
На секунду я забыла, зачем пришла.
– Это я, - сказала я громко.
– Кто я?
– он не узнал меня?
– Алина, - немного обиделась я.
Последовало долгое молчание. Я слышала, как громко колотится в груди мое сердце.
– Я не одет, - наконец, ответил Влад.
Чушь. Нелепая отговорка.
– Так оденься, - сказала я.
– И выходи. Хватит сидеть дома, Влад.
Дверь открылась, и я увидела его. Он выглядел просто ужасно. Я не видела его три дня, и вид у него был такой помятый, будто все это время Влад пролежал в кровати, не вставая. На волосы я не обратила внимания, они всегда были растрепаны. А вот лицо… оно стало еще бледнее. Губы - серо-синие, как у покойника. Тьфу. Тьфу. Тьфу.
– Ты соврал, - пробормотала я.
– Ты одет.
На нем была черная футболка и свободные спортивные штаны.
Влад вздохнул.
– Чего ты хочешь, Алина?
– Вытащить тебя на улицу, - сказала я.
– Заставить жить дальше. Что происходит с тобой, Влад?
– Ничего.
– Вот именно! С тобой ничего не происходит. Это надо исправлять.
– Ничего не надо менять. Все нормально. Меня вполне устраивает то, что есть сейчас.
– А вот и не правда.
– Правда.
Какой же он упрямый! Если бы я не знала Влада, то подумала, что передо мной стоит совершенно незнакомый человек. Но это был
– На правах твоего единственного друга, я требую, чтобы ты немедленно оделся и пошел со мной гулять, - сказала я, скрестив руки на груди.
– Ты не единственный мой друг, - пробормотал Влад.
– Серьезно? Тогда почему я больше никого не видела рядом с тобой?
– Потому что их нет здесь, в этом городе. Но они есть.
За все время нашей дружбы я прекрасно поняла, что являюсь единственным его другом. Конечно, у него были знакомые, но друзья… насчет них я не была уверена.
– Ладно. Не в этом суть. Пожалуйста, - я громко выдохнула и опустила плечи, - выходи гулять. Я… мне больно смотреть на тебя.
– Извини. Ничем не могу тебе помочь.
Я нахмурилась.
– В таком случае, я не уйду отсюда, пока ты не согласишься. Я буду торчать под твоей дверью хоть всю ночь. Уж не сомневайся в этом, - пригрозила я.
Влад наклонил голову к стене и запрокинул ее, «глядя» в потолок.
– Мне нужно время, - сказал он.
– Мне нужно привыкнуть к тому, что Эйнштейна больше… нет.
Лед в моем сердце тронулся, но мягкостью возникшую проблему не решишь. Это я уже поняла.
– Ты привыкаешь, сидя в четырех стенах?
– не удержалась я от сарказма.
– У каждого свои методы борьбы со стрессом, - Влад пожал плечами.
– Ты не борешься. Ты самоуничтожаешься.
Он не ответил.
– Давай просто погуляем, - попросила я.
– Всего одна прогулка! Пожалуйста. Я… я скучаю, - сказать это было нелегко, но я надеялась, что смогу пробудить что-то во Владе.
Это подействовало.
Влад содрогнулся и опустил голову, повернув ее в мою сторону.
– Ты потерял Эйнштейна, но я жива, - я поборола в себе желание заплакать.
– И я твой друг. Ты помог мне, теперь я хочу сделать то же самое для тебя. Позволь мне помочь. Это все, чего я прошу. Ты не должен все переживать один. Друзья должны делить горе пополам.
Влад не отворачивал головы целую минуту, может, больше. Он даже не дышал, не шевелился, превратившись в живую статую. Я подумала, что каким-то необыкновенным образом остановилось время, потому что я еще никогда не видела, чтобы человек так долго находился в неподвижном состоянии.
Но вскоре Влад пошевелился, и я вздохнула с облегчением.
– Хорошо, - произнес он.
– Я выйду. Зайди.
Я не смогла сдержать радостной улыбки.
Влад вышел из своей комнаты одетым через несколько минут.
– Куда пойдем?
– безучастно спросил он.
– Куда ты хочешь?
Мы оказались на лестничной площадке.
– Обратно домой, - ответил Влад, держась за перила.
– Даже не думай.
Мы вышли на улицу. Была только середина ноября, но снега выпало столько, как будто уже январь.