Слепой в зоне
Шрифт:
– Не слишком ли сложно?
– Я хочу немного перестраховаться. Участвовать в похищении, бегать с деньгами должны другие – местные, ваше дело контролировать, как идет операция, в случае провала я предпочитаю оказаться как можно дальше от центра событий, это и в ваших интересах. Но рискуем мы немногим. Русские думают, что если кто-то и решится похитить ядерное оружие, то непременно для того, чтобы вывезти его из страны, в крайнем случае, для того, чтобы переправить в Чечню, мы же используем ядерный фугас в соответствии с его назначением, так, как замышляли его создатели –
– Мрачноватый тип!..
– Это уголовный авторитет по кличке Лимончик.
– А если он не согласится обеспечивать похищение фугаса?
– Этого не может произойти, – сухо рассмеялся владелец атгаше-кейса. – Русский мафиози Кореец, которого арестовало ФБР, дал против него показания. По этой цепочке – Лимончик – Кореец – из России уходили черные деньги и вкладывались в нашу экономику людьми из большой политики. И если намекнуть Лимончику, что в случае его отказа информация от ФБР поступит в Россию, он будет на коленях ползать, лишь бы только его высоким покровителям не стали известны показания Корейца.
– Естественно, его уберут после того, как прогремит взрыв на одной из ядерных станций?
– Я думаю, к этому времени его уберут свои же, у меня есть канал, чтобы намекнуть. Но человеку трудно поверить в свою смертность, и он будет пытаться спасти шкуру до самого последнего мгновения.
– Боюсь, как бы его не убрали раньше, чем мы завершим операцию. Каналы для намеков существуют не только у нас с вами.
– Для этого имеется запасной вариант, хотя в качестве посредника-исполнителя Лимончик мне более симпатичен. Вот, держите фотографию возможного дублера. Его фамилия – Шанкуров Аркадий Геннадьевич. Он банкир, владелец фармацевтического производства, на котором попутно изготавливаются и наркотики. Я думаю, он и без шантажа согласится поучаствовать в акции, лишь только почует запах больших денег. Хотя, повторяю, он – запасной вариант – на случай выхода из игры Лимончика.
Молодой мужчина в задумчивости потирал гладко выбритую щеку.
– Думаю, все должно получиться. К тому же риск минимален. Ни полковник Сазонов, имеющий доступ к фугасам, ни посредник, будь им Лимончик или банкир Шанкуров, не будут знать о настоящей цели похищения. Они будут уверены, что фугас понадобился Саддаму Хусейну. И даже в случае провала русским спецслужбам на нас не выйти.
– Как видите, я побеспокоился и о вашей безопасности, ведь от нее зависит моя собственная.
– Какая станция должна взорваться?
– Мне все равно. Любая из станций, построенных по российскому проекту. Я не кровожадный. Можете выбрать по своему усмотрению, хоть в самом удаленном от крупных городов месте. Несколько сот человек персонала – это пыль по сравнению с миллиардами долларов и рабочими местами для наших граждан.
– Полагаю, с этим нужно спешить?
– Несомненно. Операцию следует завершить до президентских выборов в России, пока там полная неразбериха.
– Но
– Я не сомневался, что так вы и решите, но не хотел вас подталкивать. Как вы собираетесь его осуществить?
– Это немного странно, но мне уже приходилось думать о нем, просто так, из любопытства. В своих проектах я предполагал использование обыкновенной авиационной бомбы. Представьте себе: ночь, бомба подвезена на расстояние где-то около тридцати километров, вертолет цепляет ее на трос и, пролетая над станцией, сбрасывает груз на крышу энергоблока. Мужчина с аккуратной седеющей бородкой сложил фотографии в кейс. Туда же запаковал и карты со схемами. Затем достал компакт-диск, на коробке которого значилось, что на диске записан англо-испанский словарь, подготовленный компанией «Мюгозой».
– На этом диске все, что вам понадобится: фотографии, адреса, телефоны, карты, схемы, координаты компаний, счета в банках, с которых вы сможете получать деньги. Код прежний. Завтра же вечером отправляйтесь в Москву и занимайтесь Сазоновым и Лимончиком. Но с утра зайдите в наш центр и получите подробные рекомендации от инструкторов.
– Неплохо было бы и подготовить общественность к возможной катастрофе: то, чего ждешь, всегда кажется намного страшнее.
– Я уже занимаюсь этим, финансирую несколько экологических кинофестивалей.
Нам обещали снять фильм к десятилетию чернобыльской катастрофы, что-то про монстров, которые живут в зоне, про генетические мутации… Кажется, фамилия режиссера – Хворостецкий. Я побеспокоюсь, чтобы у крупнейших телекомпаний нашлись деньги на покупку и показ фильма в лучшее эфирное время.
Сумерки уже окончательно сгустились в аллеях парка, заработала система полива газонов. Парк наполнился журчанием воды, а небольшой спокойный пруд лежал, словно забытое кем-то в траве зеркало, и отражал освещенное большим городом, и потому беззвездное, небо.
К авторитету криминального мира Москвы Лимончику выказывали свой интерес не только первые люди атомного лобби Соединенных Штатов Америки. Интересовалась им и ФСБ России, правда, интерес этот был вызван несколько другой причиной, никак не связанной с ядерной энергетикой…
Секретный сотрудник ФСБ, работавший со спецслужбой не постоянно, а лишь выполнявший отдельные, но зато очень ответственные задания, такие, которые поручить другим было нельзя, Глеб Сиверов ждал встречи с полковником Крапивиным в условленном месте.
«Вечно у них спешка, пожар, что-то срочное! – злился Глеб. – Связавшись с ними, никогда не построишь планы не то что на неделю вперед, но даже на час».
Подъехала машина. Сиверов сразу же понял, что в ней придется не только вести разговор с Крапивиным, но и ехать на рекогносцировку. В противном случае Крапивин никогда бы не позволил себе приехать за рулем «жигулей» старой модели.
Обычно он пользовался черной служебной «волгой» с водителем. Сиверову было забавно смотреть на полковника, одетого в джинсы и свитер. Наверняка тот не хотел, чтобы кто-нибудь мог заподозрить в нем фээсбэпшика.