Слепой царь
Шрифт:
— Ладно. Передам. — Сказала Альбина, отходя.
— Так. — Заговорил я, вновь включая микрофон. — На кухне и в столовой, понадобятся помощники. Пол подмести, столы протереть, посуду собрать, помыть и так далее. Есть добровольцы?
Добровольцев не оказалось. Тогда я провёл быстрое голосование на предмет дежурства. После чего был объявлен перерыв для переписи нашего населения и последующего обеда. Главными переписчиками были назначены Альбина, Лина и Дженни. Им были выданы все необходимые письменные принадлежности, а заодно и указания. Девочки уселись за стол и принялись за работу.
— Чёрт. — Выругался я на себя.
Пришлось вернуться на сцену, пройти по стенке до лестнички, намацать ногами ступеньки, и спуститься в зал. Дальше, следуя тем же принципом, дошёл до выхода из зала и оказался в фойе. Здесь мне в полной мере пришлось испить чашу тяжкой доли слепых. Поднимаясь сюда с Линой, я неудосужился запоминать дорогу, повороты и прочие ориентиры. Теперь, стоя в пустом, гулком помещении, судорожно вспоминал, в какой стороне лестница? Из зала кто-то вышел, и защёлкал каблучками прямо. Я уже вознамерился, было, следом, как стук вдруг прекратился.
— Ой! — Раздалось впереди. — Вам помочь?
— Если можно. — Облегчённо вздохнул я.
— идёмте.
— Ммммм. Простите, но я не вижу. Мне нужна Ваша рука.
— Зачем?
— За тем, чтоб идти.
— Но Вы же идёте ногами, а не на руках?
"Во, бляха муха, и такие идиотки встречаются", — с грустью подумал я, вслух же сказал:
— Девонька, если Вы хотите мне помочь, то возьмите меня за руку, и подведите хотя бы к лестнице. Затем положите мою руку на перилла, и можете идти дальше сами. Я как-нибудь без Вашей помощи спущусь.
Девушка опасливо подошла, протянула руку и двумя пальчиками, брезгливо, едва-едва касаясь моей кисти, взяла за руку.
— идёмте. — Сказала она, и потянула меня за собой.
Тут я вспомнил и Лину, и Альбину, и Дженни. Девчонки вели себя совершенно иначе.
"Зря всех нагрузил работой. — Подумал я, горестно вздыхая. — Надо было кого-нибудь оставить подле себя в качестве проводника. Хотя!.. Дженни с Альбиной наверняка переругались бы".
Мы спустились вниз, и вышли во двор.
— Теперь куда? — Поинтересовалась моя провожатая.
— Перед нами должен быть жилой комплекс. — Сказал я.
— Перед нами алея в парке. Она куда-то идёт. А комплексов я никаких не вижу.
"Во, блин, тупица попалась!", мелькнула мысль и тут же стыдливо умолкла.
— Тогда давайте пройдём по этой алее, посмотрим, куда подевался наш жилой комплекс?
— А! Это дом, где мы живём?
— Да. — Немного раздражённо подтвердил я.
Мы пошли по дорожке, явно выложенной плитками.
— Скажите, — заговорил я. — Здесь вдоль аллейки скамейки есть?
— есть. — Как-то странно ответила девушка.
И тут до меня дошло. Она просто меня боится.
— Слушайте, как Вас зовут?
— Меня?.. Меня Полина.
— Так вот, Полина, меня бояться не надо. Я не собираюсь делать Вам больно, или чего Вы там себе напридумывали. Мне просто надо добраться до моей квартиры.
— А
— Бред… Вы хоть посчитали сколько вас? А я, между прочим, один.
— О! Дом!
— Какой дом?
— Большой!
— Тьфу ты чёрт!.. Это наш дом или нет?
— Нет.
То есть как?! — От неожиданности я даже остановился. — Как это не наш? Тогда чей?
— В нашем доме было три этажа, а здесь семь.
— Тьфу ты!.. Это наш дом. Только теперь в нём не три, а семь этажей. Пошли, горе моё луковое.
— Вы знакомы с моей мамой? — Удивилась Полина.
— С чего это Вы взяли? — Не меньше девушки удивился и я.
— Моя мама так всегда мне говорит.
— Сколько тебе лет, дитя моё? — Осторожно поинтересовался я.
— Семнадцать.
— Врёшь. Тебе и пятнадцати нет.
— Не правда! — Возмутилась Полина. — Вчера шестнадцать исполнилось.
— Ну, вот это ближе к истине, хотя, судя по твоим вопросам, сомнительно это. Пошли, там разберёмся. Кстати, если ты жила на третьем этаже, то ищи свою квартиру там. Только вот дверь искать придётся методом тыка.
— Это как?
— Это так, что придётся дёргать ручки всех дверей. Та, что откроется, твоя.
— Хорошо. Спасибо. — Сказала девушка, и побежала к лестнице, оставив меня посреди вестибюля.
— Твою мать! — Опять я как дурак торчу посреди помещения, и представления не имею, куда идти, и как искать свою комнату, ведь для меня все двери открыты, и тем способом, которым я посоветовал отыскивать свою комнату девушке, мне не светит.
"Опять лоханулся. — Думал я, соображая, с какой стороны от входа находится моя дверь. — И как эти слепые ходят? Ну, ни черта же не понятно!.. Вот позади выход. А что впереди? Как они знают, что там? А! Палка! Трость, кажется, называется. Угу, и что? Она ведь короткая. Сколько там?.. Метр? Полтора? Не больше. И что? Ну, землю под ногами можно осмотреть. А вот что там? Что дальше? Как они знают, где находятся, и куда идти? Как они свои квартиры находят? Да, чёрт побери, дома!.. Ладно в селе… Там не так уж и много домов, по заборам можно ориентироваться. А в городе? Тут в несчастном вестибюле заблудился, сколько тут метров? Мелочь по сравнению с мировой революцией. Так. Надо взять себя в руки. Спокойно. Лина говорила, что напротив моей двери располагался выход на улицу. Не во двор, а за пределы нашего заточения. Но как в слепую найти эти двери, а главное, как потом пройти прямо? Причём, не факт, что дверь находится точнёхонько прямо. Полметра сюда, полметра туда… Для видящего ничего не значат, а вот для слепого?".
Сзади раздался звук открываемой двери. Я посторонился, освобождая дорогу.
— Ой, извините! — Раздался очередной девичий голосок. — Я Вас не заметила.
— Бывает. — Отмахнулся я. — Скажите, Вы очень торопитесь?
— Нет. А что?
— Тогда, будьте любезны, расскажите, как здесь всё выглядит? Мне надо сориентироваться… Не могу найти своей комнаты.
Девушка немного помолчала, подумала, потом, решительно протянув руку, взяла меня не двумя пальчиками, как предыдущая, а вполне себе серьёзно и основательно.