Слепцы
Шрифт:
Отрубленная лапа упала в снег, сгибаясь и разгибаясь сразу в двух суставах. Черный издал вибрирующий вопль, попытался прыгнуть, но Кривой размахнулся и ткнул копьем в голову, под нижнюю челюсть. Черное тело выгнулось, вытянулось вверх, поднявшись на самых кончиках лап, будто пыталось сорваться с копья. Но Кривой рванул древко в сторону, провернул его в горле и прыгнул вперед, уходя от удара когтей и выставив левую руку с кинжалом.
Одно за другим два копья вонзились в бок чудовищу, два меча ударили
– Хватит! – крикнул кто-то над ухом.
Хорек продолжал бить, его схватили за плечо и отбросили в сторону.
– Хватит! – крикнул Рык.
Хорек зачерпнул пригоршню снега, прижал к лицу. Сердце колотилось, словно бешеное.
– Спокойно, – сказал Смотритель, вытирая лезвие меча о снег. – Еще ничего не закончилось…
Это казалось странным, но люди все еще держались. Отражая удары когтей щитами, воины наносили ответные копьями и добивали упавших мечами. Черные тела падали одно на другое, мертвые лапы судорожно шевелились, но чудовища продолжали лезть вперед.
Хорек сообразил, что черные не помогают друг другу: они выискивают себе жертву и бросаются к ней, не обращая внимания ни на что другое. И погибают – от удара в бок или по шее, или в брюхо.
Мужик в черном рваном тулупе пополз по снегу, волоча за собой что-то красно-синее, дымящееся на морозе. За ним бросился черный, настиг, замахнулся на человека когтем, но воин сбоку одним ударом перерубил шею – чудовище упало. И тут из толчеи вырвалось второе черное пятно, несколькими ударами располосовало раненого и стало пожирать его, отрывая громадные куски.
Черного добили.
– Возле меня стоять! – крикнул Смотритель. – Не лезть в кашу!
Хорек встал. Еще раз взглянул на два мертвых тела в бело-красных тулупах, что лежали возле длинного, почти в десять шагов, черного тела.
– Они… не нападают все сразу, – сказал Смотритель. – Если успеть вырубить всю волну, то можно будет даже перевести дух.
– А почему другие не прыгают? – спросил Враль. – Тот вон как бросился! Шагов на двадцать… Если бы они прыгали, то все бы закончилось быстро.
– Если бы…
Снова прыгнул черный – трое в белых тулупах бросились к нему, не мешкая, ударили копьями одновременно, не дав чудовищу прислушаться и выбрать новую цель.
– Ничего твои, учатся, – бросил Рык.
– Кто успевает – учится, – ответил Смотритель. – Остальные…
– Враль, – Рык оглянулся. – Сбегай к воротам, приведи лошадей.
– Сколько? – уже на бегу спросил Враль.
– Пока двух.
Еще один черный преодолел линию, и снова воины Смотрителя убили его быстро и ловко.
– Зачем тебе
– Ничего, я их успокою, – Рык потер щеку. – Мне тут одна штука примерещилась.
Теперь двое черных прорвались слева, но не прыжком, а проломив строй – убили двоих и покалечили третьего. К ним навстречу бросились воины Смотрителя, за ними побежал и Хорек, но Кривой рывком вернул его на место.
– Это еще ерунда, – пробормотал Смотритель.
Люди снова закричали, но это были не бессмысленные вопли, отвлекающие слепого противника, а крики радости. Выстояли. Успели вырубить черную мразь до того, как пошла новая волна.
От линии подошел Соболь. Плаща теперь на нем не было, стеганая куртка была заляпана чем-то черным и липким на вид, из рассеченной щеки текла кровь, бежала по бороде на грудь.
– У меня погибло четверо, – сказал Соболь, облизнув губы. – А твои…
Соболь посмотрел на мертвые тела в белых полушубках и покачал головой.
– Если бы мы за каждого черного отдавали двух своих… Все бы уже закончилось.
Смотритель не стал ни спорить, ни оправдываться. Посмотрел вверх, на небо.
– Катится солнышко, – Соболь потрогал пальцами рану на лице, зашипел: – Никогда красавцем и не был, а тут совсем изуродовали твари. Ты слышал, в старых рудниках вроде ядовитые появились? Трое темных умерли от легких ран.
– Нет, ерунда. Все осмотрели, проверили – обычная черная кровь…
– Ну и ладненько, я как услышал, думал все – теперь совсем уж хреново будет… Успеет Рыжий, как полагаешь?
– Я надеюсь. Если это вообще возможно, Рыжий сделает. Но… – Серый Всадник пожал плечами. – Сам понимаешь…
– Понимаю, – протянул Соболь, оглянулся назад, выругался сквозь зубы и побежал к строю.
– Толковый, видно, мужик, – оценил Кривой.
– Он Серый Всадник, – сказал Смотритель.
– Ага, – кивнул Кривой, – а Серые Всадники все умные и толковые.
Смотритель не ответил.
– Так, может, умный и толковый Серый Всадник объяснит разбойничкам-душегубам, что и как? Или снова сказку расскажешь про первого царя да Старое царство?
– Это не сказка… Не совсем сказка.
– Ну да, не сказка. Как и легенда, что Серый Всадник откупается детьми. Да и певец, выходит, не врал, что Серый Всадник детьми щели затыкает, чтобы не пропустить… – Кривой пнул ногой отрубленную лапу черного, лапа согнулась со скрипом. – Вот этих чтобы не пропустить. Зачем слепые? Сам иди в подземелья! Сам. Возьми войско, собери людей… Детей зачем калечить? Всех ведь изведете деток, бабы с перепугу рожать перестанут. Вон, как в Базаре было. Нам рассказали…