Слепая атака
Шрифт:
— Хорошо бы, — вздохнул Крохан.
Вдруг возница на облучке зашевелился, поднялся на ноги, подошёл к Ровату, поклонился ему, не поднимая головы, что-то стал негромко лопотать.
— О чём он? — спросил Крохан, впрочем, без большого интереса.
— Говорит, что на повозке есть вода его прежнего господина, — пояснил Роват. — Где-то в дальнем конце, внизу, под настилом.
— Ого, — обрадовался Крохан. Он соскочил с коня и пошёл смотреть, где находится эта вода. — Спроси-ка у него, что ещё тут есть?
Но Роват уже и сам задавал на южном, почти не
— Где-то тут есть и запас деликатесов для Ублы. А также его казна… Да, кажется, те деньги, которые он обещал наёмникам, и… — Он о чём-то переспросил возницу. — Да, и книга.
— Она выживет, — сказал вдруг Ибраил. — Внутренних повреждений нет, но она потеряла много крови. Я дам ей… кроветворного корня, но для этого нужно привести её в чувство. Крохан, дай-ка свою флягу.
Вместо Крохана просьбу Ибраила бросился выполнять Батар. Он был как всегда молчалив, иногда хмуро посматривал на брата, должно быть оценивая, как тот перенёс первый после прежнего ранения бой, но в целом оставался спокойным.
— Ну, что там? — спросил Роват Крохана, который застрял в хвосте повозки.
— Трол, — негромко, каким-то разом просевшим голосом позвал Крохан, — тебе лучше взглянуть на это.
Трол быстро подошёл к Крохану. Тот стоял с растерянным видом перед большими подвесными коробами, устроенными под днищем повозки, у которых были откинуты крышки. Коробов было три. В одном стояли корзины и мешки с пищей, причём не только для людей, но с овсом и ещё какими-то злаками. В другом аккуратно разместились невысокие, видимо специально под эту повозку изготовленные бочонки, прохладные и обещавшие воду. А вот в третьем коробе… Трол даже нахмурился, потому что видел перед собой по меньшей мере шесть больших узких сундучков. Один из этих сундучков был сдвинут, и Крохан сумел откинуть его крышку. В нём были имперские тетрадирхемы, только не серебряные, а из старого, потемневшего золота. Были тут также северные звоны, западные дукаты, магрибские статеры и ещё какие-то прочие монеты, вероятно, с востока.
— Если тут шесть сундучков и каждый набит дюжинными золотыми, то здесь… — Крохан был растерян. — Нет, не могу подсчитать, это что-то невероятное.
Роват подполз к краю повозки и, удерживаясь руками, свесил голову. Посмотрел, присвистнул.
— Непонятно, почему наёмники не напали на нас, когда Убла погиб? — удивился он.
— У нас есть Ибраил, — пояснил Трол. — Вряд ли они настолько глупы, чтобы сдохнуть из-за золота.
— Ты не очень хорошо знаешь людей, Трол, — сказал Крохан. — Думаю, они… э-э… достаточно жадные, чтобы быть и глупыми.
— Ну ладно, — решил Трол. — Давайте работать. — Он ещё раз осмотрел разбитый караван. — Похороним людей, перенесём, если потребуется, воду и провизию каравана на эту повозку, она, кажется, самая целая и крепкая, а к вечеру двинем дальше.
— А с Ублой что сделаем? — спросил Крохан.
Тело имперского мага, как и единственного из прихваченных латных охранников, всё ещё
— Похороним с прочими, — отозвался Роват. — Хотя сомневаюсь, что он заслужил даже это.
К вечеру они в самом деле управились. Хотя и едва-едва. Но лишь солнце коснулось своим краем горизонта, они тронулись на восток, в сторону земли Киванирг.
Оба возницы против ожидания работали наравне со всеми — рыли могилы, сносили трупы, перетаскивали воду и провизию, выискивали оставшееся оружие, вырезали свежее мясо из убитых лошадей, чтобы вечером приготовить жаркое, разбирали повозки каравана Зары на дрова и даже помогли Ровату раздеть убитого чёрного мечника, промыли от крови и просушили его доспехи.
— Что это с ними? — чуть слышно спросил Крохан Ибраила. — Они как будто и не замечают, что их… э-э… Убла погиб, а мы уже совсем другие люди.
— Они послушны и дисциплинированны, — ответил за него Роват. — Кроме того, в них, кажется, напихали массу магических команд. Они просто не способны сопротивляться, а уж о неподчинении и речи быть не может.
Трол насторожился.
— Роват, ты чувствуешь в них магию?
— Нет. — Роват даже удивился. — Конечно, я не могу её почувствовать, я же не маг. Я просто знаю, как слуги такого класса получаются.
Вечером им удалось проехать три лиги, прежде чем они наконец разбили лагерь. Обиходив своего коня, которому за день тоже изрядно досталось, Трол уселся рядом с Ибраилом, пока оба возницы послушно готовили ужин на всех.
— Ибраил, когда я убил Ублу, ты ничего… не определил в его сознании?
Ибраил, полумёртвый от усталости, выглядящий едва ли не хуже, чем раненый Роват, искоса посмотрел на Трола.
— А я всё гадал, почувствуешь ты это или… — Он вздохнул, палочкой помешал горящие доски под таганом с жарящимся мясом. — Конечно, я прочитал, и немало.
Трол обвёл взглядом тёмные от дыма и пота, но сразу ставшие настороженными лица своих спутников. Крохан смотрел исподлобья, и казалось, что он даже слушать не хочет, ожидая чего-то в высшей степени неприятного.
— Значит, так, — продолжил Ибраил. — На нас стягивается совершенно невероятное количество людей.
— Ну да, мы слышали, — вмешался Крохан. — Шамрел-маг, Зентаг… Зентаг, если не ошибаюсь, стратег севера. Клын Мучитель, кажется, маг Архенахской области, южной Дорании и всех земель по берегам Великого озера. А вот Шамрел… э-э… кто такой?
— Шамрел Неодолимый, — ровным тоном проговорил Ибраил, — в мои годы считался лучшим специалистом по дистанционному наблюдению, также силён в создании ударных группировок, действующих на территории противника… Ну, противников Империи.
— Что ещё о нём известно? — спросил Трол, повернувшись к Ровату даКуррсу.
— Сволочь он редкая, — отозвался бывший имперский рыцарь, не отрывая взгляда от огня. — А известен тем, что половина его пояса — чёрная. За что ему такие привилегии — не знаю.