Следом за подругой... 1
Шрифт:
Вереш ущипнул меня за соски, от чего я вскрикнула. Это послужило спусковым крючком для начала нашего сумасшествия. Рат рыкнув навалился на меня, тут же завладев моими губами. Его руки гладили бедра, проходя в опасной близости от сосредоточия моего желания, которое уже разлилось по телу, рассылая тепло в каждую его клеточку.
С губ, Рат переместился на ключицы, облизывая, покусывая, целуя каждый миллиметр. Сдерживать стоны удовольствия, которое с каждой секундой усиливалось, было почти невозможно. Если раньше я испытывала болезненное желание, то теперь это было на грани удовольствия.
Вереш уступил грудь жадному рту Рата, а сам тем временем стал выводить языком узоры на моей спине. От избытка ощущений кружилась голова, дыхания не хватало, и казалось, что еще немного, и провалюсь куда-то в радужную вселенную, в которой будут только я, мои мужья и удовольствие.
Мое тело гладили, целовали, облизывали, посасывали, покусывали. Я таяла, взрывалась и возрождалась с новым, более мощным желанием. В ответ на ласку мужей, я старалась так же огладить, поцеловать или облизать все, до чего могла дотянуться. Мы представляли собой один комок из сплетенных тел на кровати, сбитого глубокого дыхания, и хриплых стонов.
Желание затапливало все мое тело. Разум и мысли давно капитулировали, выбросив белый флаг. Единственное, что было сейчас, это желание слиться со своими мужчинами в одно целое. Утолить это первобытное желание. Заткнуть инстинкт.
Мужья не торопились. Они продолжали меня ласкать, неутомимо. Подходя к этому с особым отношением. Сейчас я была для них открыта. Они изучали мое тело, его реакции на ту или иную ласку.
Вереш уделял повышенное внимание тем точкам, которые вызывали во мне больше всего наслаждения и удовольствия. А Рат с животной страстью подливал горючего в уже вовсю полыхавший костер, который горел между моих ног.
— Рат…пожалуйста… — не выдержала, когда его язык прошелся вблизи клитора.
— Чего ты хочешь маленькая? Скажи,…попроси, — сказал Вереш хриплым шепотом.
— Тебя…Вас… внутри меня, — прошептала, и облизала пересохшие губы, выгибаясь в их руках, не в силах больше терпеть болезненное возбуждение. — Пожалуйста!
Меня резко переворачивает Вереш, и одним движением погружается внутрь. От болезненного блаженства глаза закатываются, а из груди вырывается громкий стон наслаждения. Это настолько непередаваемо. Настолько головокружительно, что я почти теряю сознание от приятного чувства наполненности.
Вереш делает несколько сильных толчков, и я улетаю за грань, кажется, даже теряю сознание на несколько секунд. Я полностью оглушена оргазмом, тело расслабляется, сейчас оно похоже на пластилин. Мягкое, податливое. Сейчас меня и мое сознание окутало негой удовольствия. Делайте со мной что хотите. Только продолжайте! Только не останавливайтесь!
И они не останавливаются. Вереш бережно фиксирует меня, не давая сделать даже малейшего движения. В этот момент Рат целуя мою спину, нежно льет что-то теплое на меня сзади. А после этого вставляет один палец туда, где не бывал еще никто. Я моментально напрягаюсь, не зная как реагировать на новые ощущения.
Вереш просовывает руку между нашими телами, и начинает массировать клитор, делая неспешные глубокие
Рат меня растягивает, постепенно добавляя еще пальцы. А Вереш в этот момент отвлекает, и будет во мне что-то новое, незнакомое мне. Я такой себя еще не знаю, но думать об этом не хочется. Хочется раствориться в моменте!
Когда место пальцев занимает весьма внушительное хозяйство Рата, я кричу. Кричу не от боли, хотя она тоже присутствует. Но боль добавляет перчинки, заставляет терять себя в этих ощущениях. Я кричу от наслаждения. А когда мужчины начинают двигаться во мне, я забываю себя. Сейчас меня нет. Я одно сплошное удовольствие. Мои оргазмы не сосчитать. Кажется, они не заканчиваются совсем. И только выныриваю из одного, как меня накрывает следующий, еще более мощный.
Мое тело один сплошной комок оголенных чувств и нервов. Любое трение, прикосновение, поцелуй отправляют меня за грань. Господи! Можно ли выжить в этом сумасшествии? Смогу ли я вернуться в себя после очередного оргазма? Такого просто не бывает!
Меня крутили и ласкали несколько часов. И когда я потеряла сознание более чем на минуту, мужчины сжалились надо мной. Быстрыми, четкими, глубокими толчками они достигли пика в несколько секунд. И когда изливались внутри, меня эти ощущения опять отправили за грань, из которой не хотелось возвращаться.
В себя пришла, когда находилась в прохладной воде, которая успокаивала и охлаждала разгоряченное, все еще подрагивающее от удовольствия тело. В голове было пусто и гулко. А внутри было столько эндорфинов, что глупая блаженная улыбка не сходила с лица даже тогда, когда ощутила жжение и неприятные ощущения между ног. Укатали самцы так, что я даже рукой пошевелить не могу! Как Лия справляется с одиннадцатью мужьями? Это же кошмар какой-то!
— Милая, ты как? — Спросил Рат, заглядывая в глаза.
Я в ответ смогла только шире улыбнуться, и кивнуть. Язык прилип к небу, сил не было отлеплять.
— Сейчас она в эйфории, — с нежной улыбкой сказал Вереш, омывая мое тело. — Завтра надо попросить Дана навестить нас.
— Зачем Дана? — Тут же вся нега спала с моего организма.
— Милая, после многочасового занятия любовью, будут весьма неприятные последствия. Дан их снимет. Не переживай, — объяснил мне Вереш, и поцеловал в висок.
— Не нужно, я потерплю, — пробубнила, моментально краснея.
— Почему? Мы не хотим, что бы ты мучилась, — сдвинул брови Рат.
— Это приятные мучения, — ответила краснея. — Я буду вспоминать вас, и эту волшебную ночь каждый раз, как будут возникать неприятные ощущения.
— Настаивать сейчас не буду, — вздохнул Вереш. — Завтра спрошу тебя еще раз!
Я кивнула соглашаясь. Но твердо была уверена, что Дана звать не буду. Вот еще! Стыдоба какая! Не получится у меня. Не смогу смотреть ему в глаза! Я сама только приняла факт наличия двух мужчин в моей новой жизни. Не смогу ощущать себя нормально и уверенно при других.