Следак
Шрифт:
Сказав это, он отправился к дороге и, сев в патрульную машину, уехал, а опергруппа продолжала работать.
Вздохнув, Сергей подошёл к трупам и внимательно осмотрел их, перед тем, как закроют мешки, после чего разрешил их увозить, но они не успели этого сделать. На улице стало светать, уже хорошо стали проявляться окружающая местность до самой дороги и с каждым мгновением становилось всё светлее и светлее. На мерседесе прилетала хозяйка универмага. Она была в одном халате и комнатных тапках, волосы были растрёпаны, это говорило о том, что она летела сюда прямо с постели. За рулём был мужчина,
Подбежав к своему мальчику, не обращая внимания на девчонку, она упала на колени рядом с ним и закричала истошным криком. Когда её успокоили, если можно было так сказать, рассвело окончательно.
Посмотрев на Сергея, она спросила глухим голосом. – А ты кто?
– Я, мадам, следователь прокуратуры и попрошу вас обращаться ко мне на вы! – сказал он с какой-то внутренней неприязнью, посмотрев на неё.
– Найди мне тех, кто это сделал и я тебя озолочу! – не обратив внимания на его слова, так же глухо произнесла она и, проследив, как уносили тело её мальчика, застонала.
На девушку она так и не обратила никакого внимания, что явно говорило об её безразличии к другим людям.
– Женщина, вы потрудитесь, пожалуйста, обозначить свою фамилию, имя и отчество, а так же вашего сына! Ещё, вы не знаете девушку, с которой он был?
– Молодой человек, не говорите мне глупости! – взорвалась она и, бросив на него гневный взгляд, добавила. – Какая разница, кто эта пигалица, ты мне убийцу моего сына найди, а этих шлюх у него всегда хватало, сами, стервозы лезли, так что всех не упомнишь!
– Хорошо, видно с вами сейчас разговаривать бесполезно, поэтому вы должны к десяти часам дня прибыть в прокуратуру для составления протокола, да и опознание необходимо провести! Я вам соболезную, но всё-таки постарайтесь напрячься и узнать девушку, вы нам очень поможете в расследовании! Дело в том, что она сама могла быть виновницей вашего сына, может, кого-то из блатных кинула и уехала с ним, вот и поплатились оба! В общем, подумайте и к десяти, чтобы были у меня! – сказал он довольно резко и, отвернувшись от неё, зашагал к Виктору, который стоял у машины потерпевших.
– Сука! – зло бросил Сергей, подойдя к оперу. – Ей, твари, безразлично, кто эта девушка, ай, да и за сына она не очень-то задницу рвёт, поиграла на публику и уехала со своим хахалем!
– А ты её не допросил? – удивлённо спросил Виктор, зевая до невозможности.
– Некого там допрашивать, вызвал к десяти, тогда и допрошу! Ещё, Виктор, кончай издеваться, будто я маленький ребёнок! Я ещё и недели не отработал, а уже насмотрелся всякого дерьма в достатке! – сердито отозвался Сергей, а потом, улыбнувшись ему, добавил. – Ты перекусывать будешь? У меня есть пару бутербродов с колбасой!
– Ну, вот, хоть одно событие радует! – произнёс он и, улыбнувшись, добавил. – Со вчерашнего обеда, кроме кофе ничего не ел!
Потом он кивнул в сторону БМВ пятой модели, сказал. – Парень не хило упакован, видно, что девки к нему липли!
– Ну и какие твои выводы? – спросил Сергей, почесав затылок и, заглянув в салон, добавил. – Да, духи до сих пор не выветрились!
– Серёга, я что хочу сказать, скорее всего, он кому-то помешал,
– Идём! Ты знаешь, я того же мнения! Понимаешь, если бы их просто убили, ну изнасиловали девчонку, то это было бы совсем другое дело, а здесь явно кто-то её наказал! Так издеваться не было нужды, к тому же ограблением здесь не пахнет! – отозвался Сергей и, подойдя к своей машине, облокотился о дверку и, посмотрев на Виктора, сказал. – Витя, пробей, где они тусовались эту ночь, в какой компании, в общем, сам знаешь! Пробьёшь, приезжай ко мне в прокуратуру, вместе и подумаем!
Перекусив бутербродами, а вернее батоном с колбасой, запив простой водой, Ляхов ушёл, а Сергей, окинув взглядом место преступления, отправился домой. Время ещё было ранним, едва перевалило за шесть утра, поэтому он и решил сначала заехать домой, а уж потом ехать в морг к патологоанатому, чтобы забрать у него заключения по убийству.
Когда он вошёл в квартиру к матери, чтобы не будить Машку, она уже не спала и, увидев сына, радостно воскликнула. – Ой, сыночек, я так рада! Давай, позавтракай, а то снова побежишь кофе попивши! Машка-то ещё спит, или уже поднялась?
– Мам, я только что вернулся, вызвали в два часа ночи, убили молодую пару в посадке, вот и мотался, а к Машке я не заглядывал, пусть спит! Позавтракать это хорошо, а то что-то неуютно в животе! – ответил он и, поцеловав мать, сел за стол.
– Господи, какой кошмар! – всплеснув руками, воскликнула мать и, смахнув набежавшую слезу, сказала. – Кинул бы ты это безобразие, сынок, зачем тебе надо заниматься подобными вещами? Я своему Павлику, отцу твоему, уши прожужжала, а он ни в какую, смерть только и заработал! Ты хоть о Машке своей подумай, да о семье! Бросай, да иди к своим друзьям, не бедствуют и не знают всего этого!
– Хорошо, мам, я подумаю! – улыбнувшись ей, отозвался сын и спросил. – Мам, а кто эту работу будет делать, если мы все разбежимся?
– Ай, не морочь мне голову, дураков на наш век хватит, вот и пусть бегают по ночам за преступниками, да трупы пересчитывают! – в сердцах бросила мать и, поставив перед сыном тарелку с омлетом и чашку горячего чая с блинчиками, сказала. – Серёжа, я понимаю, что вы с отцом всегда были одержимые справедливостью и честностью, только кому это всё сейчас нужно? В последнее время отец стал жаловаться на то, что ему начальство стало мешать работать, а не помогать! Вероятно, кому-то дорогу перешёл, вот и убили его, а списали на несчастный случай, на каких-то залётных! Ой, не верю я всему этому, ты, сыночек, только не лезь поперёк начальству, говорят и делай, а если запрещают, то и не делай!
– Мам, а как же насчёт совести, справедливости? Нас чему учат в институтах, хорошо знать свою работу и честно её выполнять! Вот представь, я накрою какого начальника, а мне скажут закрыть дело, я закрою и что дальше? А дальше этого начальничка зацепят, к примеру, в Краснодаре, или в Москве, начнут капать и поднимут дело, которое я закрыл, хоть оно и шито белыми нитками! Кого потянут? Меня, прокурор первый скажет, что лично я и закрыл его, да ещё и самого прокурора обманул! И что тогда? Застрелиться?