След любви

Исаев Максим

– Да чемодан у меня тяжёлый, хотела попросить помочь, если нам по пути. Тебе куда ехать?

– Пока не знаю. Я чужой в вашем городе. Я ищу следы своей любимой жены и дочери.

– Ты потерял семью? А как это случилось? Они убежали, что ли?

– Долго рассказывать.

– И как давно она убежала?

– Восемь лет уже?

– Восемь лет? Ты ищешь свою жену восемь лет?

– Так получилось.

– Вот это мужчина! Вот это герой! И как ты их собираешься искать в чужом городе?

– По родильным домам. В милицию постучусь.

–

Ну надо же, как повезло женщине! Меня бы хоть какая сволочь так искала!.. Вот что, Коля. Поехали ко мне. Я тебе помогу. В милиции у меня свои люди.

– Да неудобно как-то стеснять вас.

– Никого ты не стесняешь. Я одна живу. Поехали.

Оккупировав квартиру Наташи, Коля на целый день уселся ей на хвост и плёлся за ней по всему городу, как тяжёлый прицеп за легковым авто.

Вечером Наташа накрыла шикарный стол с копчёной колбасой и бутылкой коньяка.

– Слушай, откуда у тебя всё это? Страна развалилась, Союз умер, кругом дефицит, разруха…

– Старые каналы. Я в торговле работала. Давай наливай, выпьем за знакомство.

Коля налил. Выпили, закусили. За разговорами о судьбе, о бурных переменах в стране, забастовках шахтёров, о потерянных работах и пустых прилавках в магазинах вечер плавно перешёл в ночь, и искатель счастья с трудом перенёс свои отёкшие ноги и охмелевшую голову к долгожданной подушке и мгновенно перешёл из бурной и живой жизни в волшебное царство сна.

Спал Коля долго. И крепко. А проснувшись ближе к обеду, не обнаружил в квартире ни Наташу, ни следов её пребывания в этих стенах. Первая мысль: «Может, в магазин поскакала, чтобы на завтрак прикупить» – в скором времени стала переходить в необъяснимое чувство нарастающей тревоги: её нет уже вон сколько! Тревога эта заставила его отрезветь, и он резко бросился за своим вещмешком. Всё на месте. Всё, кроме денег! Денег нет. Никаких. Даже рубля, даже мелочи! До Коли дошло. У него онемели ноги, отупела голова, упали руки на колени и голова на грудь. Он не знал, что думать, что делать, как дальше жить, к кому обратиться. Кто такая, эта Наташа? Где и как её искать, чтобы замочить сразу без вопросов?

Обуреваемый такими страшными мыслями, Коля просидел неподвижно целую вечность. Вечность закончилась, когда в квартире раздался звонок. Коля открыл дверь, без вопросов отошёл и сел на прежнее место. Звонивших было двое. Они прошли в спальню, посмотрели на Колю и стали задавать вопросы. Только теперь Коля вспомнил, что звонил он сам в милицию.

После проверки документов лейтенант составил протокол и прочитал Коле лекцию о международном положении и отсутствии надежды найти иголку в стоге сена:

– Квартира сдаётся на сутки, по звонку клиент встречается с хозяйкой, оплачивает ей наличными, а она даже не имеет права заглянуть в паспорт клиента. Так что… – лейтенант взял паузу и посмотрел на Колю, чтобы уловить его настроение. – Заявление писать будете?.. Значит, не будете. И это правильно. Мало надежды.

Представители

закона с тем и удалились. Коля посидел с часок в поисках идей о дальнейших шагах в жизни и вышел в город, чтобы найти ту самую идею жизни на ближайшие часы, чтобы хоть на кусок хлеба раздобыть денег. А город не ждал такого бродягу с большим желанием заработать хоть какие-то деньги, у него, у города этого, таких бродяг в то время была целая дивизия.

5

Вечером, уставший и голодный, Коля сел на скамью в парке где-то в центре города. Недалеко от него шумно веселилась подвыпившая компания молодых парней школьного возраста. Расположившись прямо на скамье, они распивали горячительные напитки и закусывали, отламывая большие куски дефицитной колбасы.

Запах еды ударил Коле в нос. В животе пробурило острым голодом. Он не выдержал испытания и подошёл к парням:

– Пацаны, может, угостите кусочком хлеба? В беду я попал, денег нет ни капли. Украли.

– Да катись ты отсюда, бомжара! Не мешай! Не видишь, люди приличные отдыхают!

Такого унижения в жизни Коля ещё не испытывал. Он забыл про голод, он забыл про деньги, про еду; его одолело чувство отчаяния и беспомощности. В горле еле сдержал горький стон. Он вернулся на своё место и упал на скамью, не чувствуя ног.

Малолетки, уже изрядно хватившие, распустились вдрызг. Они приставали к прохожим, обзывались дурно и ржали им вслед идиотски. Одна девушка осмелилась ответить на их хамство, после чего сразу же была окружена очумевшими придурками. Один схватил её за руки сзади, другой отобрал сумочку, третий, самый наглый из них, стал расстёгивать её блузку:

– Сейчас мы тебе покажем, что мы совсем даже не придурки, а очень нежные мальчики. Мы правда нежные, кабаны? – обратился он между делом к своим дружкам.

Те поржали так, что рёв машин стало не слышно.

– Помогите! Помогите! – заголосила девушка, уже не на шутку испугавшись.

Коля видел всё это, но желание помочь девушке у него возникло не сразу. Некоторое время он смотрел на неё с презрением и даже с радостью: так вам и надо, стервам, воровайкам и мошенницам. Сейчас он ненавидел девушек и имел на это серьёзную причину. Но он ещё больше ненавидел этих пьяных оболтусов, так унизивших его мужское достоинство.

Он подошёл к малолетним соплякам и, ничего не говоря, стал бить их по очереди, лупить отчаянно, с наслаждением, дико, жестоко, долго.

Когда прибыл наряд милиции, Коля спокойно сидел на скамье и уже доедал последний кусок колбасы.

Один из пострадавших отморозков оказался сынком влиятельной дамы из городской торговой сети и, учитывая её возможности в ситуации тотального дефицита, суд определил для Коли срок тюремного заключения в пять лет. За съеденную колбасу ему приписали разбой, за разбитые в кровь наглые морды приписали тяжкие телесные повреждения, и всё в этом духе.