След кроманьонца
Шрифт:
— Та-а-ак! — протянул Николай. — Проступают знакомые сюжеты: жизнерадостные сверхлюди начинают потихоньку объединяться и осуществлять свои сверхцели. Ну, например, не дают разразиться третьей мировой войне, выращивают «золотой миллиард», разваливают «империю зла». Слушайте, а нашего нынешнего президента не они нам подсунули? Как-то он странно так возник из небытия и за несколько месяцев стал всенародным любимцем. А может, они и цены на нефть держат высокими специально, чтобы…
— Николай Васильевич, — мягко перебил
— Круто замешано, — Турин озадаченно почесал затылок. — Признаться, Шардена я читал давно и к тому же в советском издании — без центральной главы. Что-то там говорилось о восхождении человека к Богу… А вы не пробовали докопаться до конкретных персон?
— Провести расследование? Нет, конечно. Думаю, меня и выбрали как раз потому, что, не являясь творчески производительной личностью, я на это просто не способен.
— Что, пределом ваших мечтаний является покупка однокомнатной квартиры, в которую можно будет отселить тещу?
— Черт побери! — изумился гость. — Как вы догадались?!
— Александр Иванович! Может быть, напоследок вы нам выдадите что-нибудь из области техники безопасности? — проявил наконец инициативу Женька. — Ведь должен же быть накоплен хоть какой-то опыт… хождения в другие миры?
— Какой-то опыт, конечно, есть, но он, по большей части, негативный.
— Что-то вы явно недоговариваете, а? — заметил Варов.
— Видите ли, я же не специалист, мне, как вы понимаете, не дано свыше. Существует мнение, что чужой опыт может скорее навредить, чем принести пользу.
— Нет, погодите! — возмутился Николай. — Вы же сказали, что дырки между мирами известны чуть ли не всю историю человечества! Должна же быть хоть какая-то информация? Просто не могли не образоваться какие-нибудь правила типа: «не зная брода, не плюй в колодец — потом не поймаешь!» Или они вам не известны?
— Господа, не подумайте, ничего плохого! Просто… Как бы это объяснить? Вам знаком «Пикник на обочине» Стругацких? Представьте: сталкер описывает коллеге некий маршрут по Зоне. Этот коллега идет и, не совершив ни единой ошибки, все равно погибает. Погибает именно потому, что руководствовался чужой инструкцией, а не собственным опытом, чутьем, инстинктами, наконец. Понимаете?
— Да что тут понимать-то! Конечно, так спокойнее, если ты загнулся,
— Ваше право! Вот, например, в данном случае можно предположить, что между членами вашей группы существует некая связь, зависимость. Может быть, даже двойники…
— Ну, извините, это видно без очков!
— Совсем необязательно, чтобы это было столь же очевидно, как в случае Николая Васильевича и… гм… Владимира Николаевича. Вероятно, значение имеет наличие хоть какой-то связи, зависимости, переплетения судеб, что ли. Вы меня понимаете? Вот такие взаимозависимые люди не должны вместе, одновременно подвергаться опасности. Это снижает шансы каждого в отдельности и группы в целом.
— Ага! Почти по Стивену Кингу — «Война миров»! Или это не Кинг? А что еще у вас есть?
— А еще…
Глава 4. Не обижай сильного
Ее мужчина наконец изволил остановиться. Он свалил свою ношу на камни и мрачно посмотрел на Эллану:
— Разгружайся: нам далеко идти!
— И не подумаю! Это вам, мужикам, на все наплевать! А еда? А одежда? Белье всякое? У меня там, между прочим, прокладки! Мяконькие такие…
— О, боги Священной горы! На которую, кстати мы сейчас и лезем. Ты что… м-м-м… глупая, да?
— Ни фига подобного! У папы куча знакомых профессоров, и все они говорят, что я избалованная, стервозная, чувственная, агрессивная, сексуальная, но умная. Правда, они всегда добавляют слово «относительно». Ты не знаешь, почему?
— Догадываюсь. Я уже два часа рассказываю тебе про параллельные миры, про иные реальности!
— Ну, и что? Я не могу идти и думать одновременно!
— Тьфу, блин горелый! Ты умудрилась сделать так, что я просто не мог не взять тебя с собой. Ладно, проехали! Но объясни мне, зачем мы тащим столько жратвы и эти железки?
— Еда нужна, чтобы кормить тебя!
— Привет! Ничего себе: я, значит, все это волоку, чтобы…
— А что такого? Мааниту говорит, что, когда мужчина удовлетворен желудочно и сексуально, он становится почти человеком, и с ним можно иметь дело!
— Мд-а-а…
— А это — не железки! Это лучшие мечи из папиной коллекции! Такими может гордиться…
— Стоп! Тормози! Пускай ими гордится кто-нибудь другой, ладно? Тебя же учили драться без оружия!
— Конечно, учили: аристократ должен уметь все, что умеют простолюдины, только лучше! Ты же сам говорил, что в этих ваших реальностях путешествовать смертельно опасно.
— О, боги! Вот у меня в мире Николая тоже был знакомый профессор — специалист по холодному оружию. Я ему чем-то понравился, и он некоторое время со мной занимался. Но однажды он напился и выгнал меня — сказал, что я и сам по себе слишком страшное оружие.