След чужака
Шрифт:
Кир негромко хмыкнул.
— Я даже могу поддаться. Немного.
— Не вздумай.
Ильнар свирепо воззрился на командира. Злость на всех сразу колотилась внутри, и вот прямо сейчас он действительно чувствовал в себе силы совершить невозможное — одолеть Кира в спарринге. А в Дикие земли сходить — вообще ерунда, плюнуть и растереть.
Майор усмехнулся и завел двигатель.
— И только попробуй привезти меня не домой, — пробормотал интуит, снова закрывая глаза.
Командир не ответил, и Ильнар решил считать это согласием.
Домой.
В доме было тихо — Тарина наверняка спала, а родители и близняшки с бала еще не вернулись. И к лучшему, выслушивать нотации по поводу помолвки и скандала с Тео интуит был не в настроении. Теперь надо быстренько завалиться спать, и тогда все разборки можно будет оставить на утро…
На ходу расстегивая рубашку, Ильнар направился в свою комнату, но не успел сделать и десятка шагов, как его окликнули.
— Дан Ильнар!
— Да? — не оборачиваясь, буркнул он. Пуговица на воротнике все не желала поддаваться, левая рука продолжала жаловаться на жизнь, и пальцы слушались плохо. Настроения это, конечно, не поднимало.
— Вас ждут в малой гостиной.
Ильнар кинул взгляд на ближайшее зеркало, а потом прикрыл глаза и досчитал про себя до десяти — распугивать маминых горничных одним выражением лица в его планы не входило. Впрочем, когда он обернулся, девушка уже скрылась — наверное, тоже успела глянуть в зеркало.
Интересно, того, кто засел в гостиной, можно спровадить так же?
Увы, едва он вошел в комнату, как стало понятно — быстрого разговора не выйдет.
В кресле у окна сидела Кариса.
Знакомый перстень с красным камнем вызывающе поблескивал на ее руке.
«Соберись», — велел Таро.
Ни пугаться приворота, ни чувствовать какую-либо вину за свои поступки Ильнар уже был не в состоянии. Единственная мысль, которая пришла в голову при виде девушки, была о том, что надо как-то вежливо и быстро со всем согласиться и сбежать.
Разве что ментальный блок обновить стоит — вышло это легко, почти автоматически.
— Добрый вечер.
Девушка, не ответив на приветствие, порывисто поднялась. По лицу ее не было похоже, чтобы она действительно рыдала. Впрочем, кто там поймет, под макияжем…
— Зачем ты это сделал?
— Что именно?
Вряд ли она пришла заступаться за обиженного брата. Ильнар машинально взглянул на правую руку с кольцом, и Кариса холодно кивнула.
— Это.
Интуит пожал плечами. Глупый вопрос, на который он не мог ответить при всем желании.
— Ты ведь ее не любишь.
Может быть. Ильнар отогнал всплывший в памяти образ невесты с ее улыбкой и снова пожал плечами.
— Еще больше я не люблю, когда за меня решают, что мне делать.
Он сам не знал, что ожидал услышать в ответ
— Тео разболтал?
Она не раскаивалась. Не собиралась оправдываться. Вообще не придавала значения — мол, подумаешь, приворот, ерунда какая.
«Не психуй. Лучше попытайся выяснить, откуда у нее эта игрушка».
Хороша игрушка, как же.
— Где ты его взяла?
Маг чуть слышно вздохнул, но настроения на обходные пути и наводящие вопросы у Ильнара не было.
— Подарили.
— Кто?
— Друг. — Кариса сощурилась, разговор явно шел не так, как ей бы хотелось. — Какая разница?
— Думаю, кого сдавать полиции в качестве поставщика запрещенных ментальных артефактов.
Девушка изумленно распахнула глаза, потом негромко рассмеялась.
— А ты всерьез обиделся. — Она сняла перстень и покрутила в пальцах. — Не думаю, что полиции будет интересно. Слабый импульс, срабатывает только при прикосновении, да и воздействие, прямо скажем, почти незаметно.
— И зачем тогда?
— Захотела привлечь твое внимание. — Она смотрела в глаза и улыбалась, словно приглашая вместе посмеяться над неудавшейся шуткой.
— И других способов, конечно, не нашлось.
— Как тебе сказать…
Кариса с легким смущением взглянула на него из-под ресниц. Наверное, где-нибудь в Вилее ее поклонники от таких взглядов падали в обморок от восхищения, а вот Ильнар внезапно ощутил нехватку боевой формы.
Она была хороша — и опасна.
Он почти не прислушивался к ее словам, ловя лишь отдельные фразы: «давно мне нравишься», «старалась заинтересовать», «не обращал внимания». История о том, как дочь наместника давно и тайно была в него влюблена, и лишь равнодушие объекта нежных чувств заставило ее воспользоваться приворотом, выглядела слишком уж похожей на романчики в ярких обложках, которыми зачитывались близняшки. С одной стороны, любовь, страсть, романтика, с другой — интриги, предательство и ложь, и все это перемешано в такой коктейль, что у приличного интуита от одной мысли о подобном буйстве эмоций начинает болеть голова.
И эта дурацкая идея Великого Чувства, ради которого можно пойти на все и все простить…
А вот не все.
— …Я даже выпросила у Литии твою бабочку, — девушка вытащила из-за выреза платья тонкую серебряную цепочку и продемонстрировала свой трофей. Серебряная проволока блеснула в пальцах, Ильнар припомнил, что именно такую бабочку, со стеклянными синими кристаллами, дарил сестре. Кариса глядела из-под ресниц, снизу вверх, и снова улыбалась — мол, смотри, какая я глупая, наивная, влюбленная, — и снова говорила: об отпечатке личности мастера, который остается в его работах, о руках, которые касались этой проволоки, и ведь он обещал подарить и ей бабочку, в тот вечер, после ее приезда в город…