След чужака
Шрифт:
Ну ладно.
— Рин, что там Тео вчера нес про тему костюмов? Поможешь с идеями?
Тарина восторженно округлила глаза и энергично закивала. Краем глаза Ильнар увидел, что мама недовольно прищурилась — ну еще бы. Если смешать его фантазию с фантазией Тарины, ни у какой портнихи нервы не выдержат. Но мама промолчала, тем самым лишь укрепив подозрения сына.
«Не дамся».
Отец неожиданно рассмеялся. Жена и дочери посмотрели на главу семьи недоуменно, сын — мрачно. Джерал, все еще улыбаясь, поднялся из-за стола, и, проходя мимо Ильнара, шутливо потрепал
— Будь проще, ладно? Это всего лишь бал, а не линия фронта.
Легко ему говорить.
Ильнар вздохнул и принялся доедать безнадежно остывший обед.
После обеда он, отбившись от попыток сестер вытащить его в сад, вернулся к себе, завалился на кровать и, собрав силу воли воедино, попытался обдумать гипотетическую возможность одержимости духом. Сказки сказками, но если бы одержимость была возможна, Эл бы об этом знал. С другой стороны…
Да кто их знает, этих древних колдунов. Воспроизвести принцип работы накопителей тоже до сих пор никому не удалось. Может быть такое, что двести с лишним лет назад некий маг действительно провел некий эксперимент, и в результате стал духом?
Змей его знает.
Ильнар облизал внезапно пересохшие губы и решительно сел. У него был только один способ проверить реальность своего ночного кошмара — попытаться снова вступить в контакт.
Заставить себя снова начать медитацию оказалось неожиданно сложно. Как, оказывается, много вокруг всего, что может отвлечь — звуки и запахи из-за открытого окна, сквозняк, из коврика нитка торчит, поза неудобная, коленка чешется… Через полчаса бесплодных попыток сосредоточиться Ильнар раздраженно выдохнул, прислонился спиной к шкафу и, повинуясь некоему наитию, позвал:
— Эй! Ты еще здесь?
Несколько секунд было тихо. Затем где-то над правым ухом послышался короткий вздох:
«А ты всерьез надеялся, что нет?»
Надеялся, да. Вот ведь, Змеевы потроха… Так, стоп, панику не разводить. Нужна информация.
«Если хочешь что-то спросить, спрашивай. Долго слушать меня тебе будет тяжело, но я постараюсь ответить коротко».
Чужой голос действительно отдавался в голове каким-то металлическим эхом, в висках тут же заныло. Ильнар поморщился, но не отступил:
— Как я могу проверить, что ты говоришь правду?
«Мне казалось, я уже представил убедительное доказательство. Повторить?»
Интуит зажмурился и до боли в пальцах стиснул кулаки. Заставлять себя разговаривать с невидимкой вслух, было тяжело — сама мысль об этом вызывала внутреннее сопротивление, в голове тут же всплывали анекдоты про психов в дурдоме.
«Ты не сошел с ума, если тебя это беспокоит. Хотя бы потому, что у конкретного бреда есть одна отличительная черта — люди в него верят. А ты мне не веришь до сих пор, несмотря на вчерашнее видение и то, что у тебя уже болит голова от моего голоса. Кстати, держишься ты лучше, чем Ален. Он оказался совершенно неспособен к конструктивному диалогу».
— Безумно радует… — пробормотал Ильнар.
— Как мне от тебя избавиться?
«Никак».
— И все?!
«А что ты от меня хочешь? Меня самого не слишком радует такой способ существования, и если бы была возможность умереть по-человечески, а не скакать от одного обреченного к другому, я бы этой возможностью воспользовался. Но — увы, я такого способа не знаю».
— Тогда, — с усилием произнес Ильнар, прижимаясь ноющим виском к холодному зеркалу на дверце шкафа, — расскажи все с самого начала.
«Это будет долго».
— Значит, начинай быстрее.
Это действительно было в некотором смысле похоже на сказку. В незапамятные времена жили-были три мага, три родных брата. Старший был целителем, талантливым, знаменитым. А ещё — любителем экспериментов. Однажды он изобрел заклинание и подписал на полях рабочей тетради: «Бессмертие». А потом исчез — то ли погиб, то ли уехал. И был официально признан умершим.
Братья, разбирая его вещи, нашли зашифрованные рабочие записи. Средний брат, серьезный человек, профессор университета, к находке отнесся с равнодушием — изобретательство его не слишком интересовало. Младший, талантливый артефактник, проявил любопытство и долго-долго бился над расшифровкой…
«И расшифровал же, гений-самоучка!..»
Результатом расшифровки, помимо прочего, стало Заклинание Бессмертия. Его нужно было лишь произнести вслух, но результат четко описан не был. Когда младший брат похвастался среднему результатами своих изысканий, профессор отнесся к идее весьма скептически. Посоветовал быть поосторожнее с экспериментами.
«Но когда это он слушал мои советы…»
А потом случилась Катастрофа. Кое-кто выкрутил на максимум мощность Алемских накопителей, произошел взрыв, и строчки Заклинания Бессмертия словно сами прыгнули в голову…
— Стоп, что произошло?! Взрыв? На накопителе?!
Причин Катастрофы официальной наукой предлагалось несколько, но четкого и однозначного ответа на вопрос, что конкретно породило волну дикой магии, никто еще не давал.
«Не отвлекайся. Я еще не закончил, а ты уже еле живой».
— Я слушаю, — прорычал Ильнар, ложась на пол. Голова казалась набитой свинцовыми шариками, они перекатывались внутри, ударялись друг о друга со стуком, болезненно отдававшимся в висках и затылке. На языке появился мерзкий металлический привкус.
«Я произнес заклинание. Меня должно было убить взрывом, а вместо этого вышвырнуло из собственного тела. Очнулся я уже в чужой голове. Перепугался, как-то перехватил управление телом, прибежал в город, к брату. А он заявил, что так все и планировалось, он хотел уничтожить магию и магов, и предложил мне присоединиться. Идиот…»