Сладостное пробуждение
Шрифт:
— Наверное, этот красивый мистер Мор находился всегда около вас?
— Да, Эндрю очень добр ко мне.
— А лорд Уиттон? — как бы случайно спросила Марта.
— Джайлз…. по прежнему мой старинный друг.
Лицо хозяйки Марты, когда она говорила об Эндрю, прояснилось, но при упоминании имени лорда Уиттона на него набежала легкая тень. Служанка, ни минуты не сомневающаяся в том, что ее миледи нужен хороший мужчина, который бы любил и заботился о ней, была довольна. Эндрю Мор — весьма привлекательный молодой человек, в этом не могло быть никаких сомнений, но он не тот мужчина, который нужен ее леди Рейнсборо. В чем Марта глубоко уверена… Ее госпожа
— Пойдемте, миледи, позвольте мне уложить вас в кровать.
Клер была настолько измучена, что сразу погрузилась в глубокий сон.
«Она спит, как мертвая», — прошептала Клер, рассматривая женщину, лежащую перед ней на постели. Она похожа на нее… Да нет! Этой женщиной была сама Клер. А рядом с ней лежал муж этой женщины. Руки его прижаты к груди, а сквозь пальцы сочилась кровь, будто кто-то рассыпал по его рукам лепестки пурпурной розы. Его глаза закрыты, из раны на левом виске струится кровь. «Как она может спать с ним в одной постели?!» — ужаснулась Клер. И вдруг чей-то голос (она узнала его — это голос коронера) произнес: «Она сама постелила… Такой молодой и прекрасной женщине стыдно спать одной. Отныне ее муж всегда будет вместе с ней». Казалось, это подобающее наказание для одной Клер… А другая Клер будет теперь спать рядом со своим убитым мужем. И ее сон навсегда станет «подобен смерти».
Проснувшись, Клер во всех деталях припомнила свой сон. Не успев открыть глаза, она уже знала, что сейчас рядом с ней — тело ее мужа… Клер почти совсем очнулась от сна. Приснившееся было так реально, что она стала недоумевать, каким образом люди различают сон и действительность. И неважно признание суда коронера ее невиновности… Она женщина, убившая своего мужа, и он будет вечно охранять ее постель.
Следующие две недели Клер провела весьма осторожно, выбирая, куда направиться, будь то раут, музыкальный вечер или обед. Ее появление вызывало с каждым днем все меньше и меньше любопытства, а в конце второй недели все внимание толпы переключилось на леди Хантли и на ее весьма интересное положение… Так что всем стало не до Клер. Конечно, не было никакого мужа-рогоносца и никто не помышлял об убийстве, но досужие языки болтали о муже леди, который в течение года служил на благо Отечества где-то вдалеке, а его жена оказалась беременной:.. Что же касается того, кто отец ребенка, то тут мнения диаметрально расходились.
Эндрю Мор теперь больше чем когда-либо появлялся в свете и, как правило, находился поблизости от Клер. Джайлз Уиттон, как всегда, окружал ее вниманием и заботой, и кое-кто уже начал заключать пари на то, что леди Рейнсборо найдет себе мужа. Кто же будет этот счастливец?
— Ну, счастливец — это совсем неподходящее слово, — сказал один из сплетников с кривой усмешкой. — Леди слишком любит играть с пистолетами.
Если бы Джайлза сейчас спросили, на кого бы он поставил, то не получили бы вразумительного ответа. Он сам находился в затруднении. Правда, Клер стала вести себя немного свободнее в его обществе, но между ними, тем не менее, существовала невидимая преграда… А вот между Клер и Эндрю барьера не существовало…
Однажды за завтраком Джайлз не выдержал и начал разговор, коснувшись больного для него вопроса.
— Как ты думаешь, — спросил он у Сабрины, —
Последние двадцать минут он пытался понять содержание газетной статьи, но поняв, что это ему не под силу, оставил это занятие. Сестра, прекрасно понимая его настроение и разделяя беспокойство, поставила на стол чашку и сказала:
— В самом деле не знаю… Я просто предполагаю, что Клер в какой-то мере полагается на него, ведь это так естественно: он спас ей жизнь… Они, кажется, подружились, но в их отношениях я не заметила ничего романтического.
— А что может быть естественнее, когда женщина влюбляется в мужчину, спасшего ее от ужасной смерти?!
Сабрина пожала плечами.
— Может быть… А тебе не кажется, что ты давно уже не обращал внимания на Люси Киркман? Не значит ли это… Ты… ты не собираешься жениться на ней?
— Да я просто не могу поверить, что когда-то думал об этом. Тогда мне казалось… Я считал свои чувства к Клер похороненными навсегда: ведь прошло два года, как она вышла замуж. Мне хотелось верить в простую дружбу с леди Рейнсборо, и поэтому хотел стать для Люси хорошим мужем… Но как только я узнал о свободе Клер…
Джайлз взглянул на сестру. Сабрина увидела в его глазах такую смесь ликования и безнадежности, что постаралась побыстрее отвести взгляд.
— Мне даже немного обидно за Люси, — сказала она. — Особенно, если учесть, насколько я знаю, ее привязанность к тебе всегда отличалась глубиной и искренностью. Так что же ты собираешься предпринять?
— Я могу подождать, — ответил брат. — Даже должен подождать, пока Клер придет в себя. Увидим, являются ли ее отношения к Эндрю большим, чем просто дружба… И все же я не знаю, смогу ли ждать, Брина, — воскликнул он. — К концу этой недели я намерен просить Клер выйти за меня замуж.
— Думаешь, это разумно? — с нежным беспокойством спросила Сабрина.
— Разумно ли?! В свое время я думал, что разумно дать ей насладиться первым выездом в свет… Ты знаешь: она остановила свой выбор на Джастине Рейнсборо.
— Но его же нельзя сравнивать с Эндрю Мором, Джайлз, — возразила сестра.
— Знаю, — ответил Джайлз. — Но как раз сейчас Клер очень уязвима… Какую жизнь она будет вести одна? Клер не сможет вернуться в Девон… И жизнь с родителями — лишь половинчатое решение проблемы. Ей нужна любовь и защита… Надежная защита. Если я сейчас не предложу ей этого, боюсь, она решит этот вопрос как-нибудь иначе.
— Возможно, ты прав, Джайлз. Но мне не хотелось, чтобы ты торопил события.
— Торопил?! Я полжизни люблю Клер! Уверен, что смогу преодолеть неловкость и добиться своего…
— Надеюсь на это, Джайлз, — сказала Сабрина успокаивая и себя и брата.
Пока она не поняла той романтической атмосферы, которая возникла у Эндрю после процесса над Клер, но Сабрина знала, что ее подруге всегда нужно крепкое плечо, на которое та могла бы опереться, и в данном случае друг Джайлза — наиболее подходящий для этого человек.
ГЛАВА 22
— К вам лорд Уиттон, миледи.
Клер оторвала взгляд от вышивки и с удивлением подняла голову. Хотя раньше Джайлз часто выезжал в свет, где они, как светские люди, видели друг друга, к ней домой он давно уже не заходил.
— Проводите его наверх, Питерс, — немного помедлив, произнесла Клер. Она все еще не чувствовала себя достаточно спокойной в его присутствии, но не хотела причинить ему боль отказом.
— Добрый день, Клер, — произнес Джайлз, нерешительно останавливаясь у двери.