Сквозь стены
Шрифт:
Взмахом палочки Макгонагал наколдовала носилки и левитировала на них бесчувственное тело Гарри.
– Мисс Грейнджер, вы идете со мной. Вы, мальчики, обратно в спальню. Мистер Снейп будет в полном порядке завтра, – она быстро распустила толпу у комнаты Гарри. С легким шепотом студенты разошлись, исчезнув с глаз Рона.
Он не пошел с ними.
Как только он заметил дубльдум Гарри, он понял, что не пойдет спать. Он должен взглянуть туда. Да, он знал, что это не слишком благородно, но он хотел понять, принять, снова получить место в жизни друга любой ценой. Быстро,
Он никогда не дотрагивался до дубльдумов раньше. Гарри впервые рассказал ему о них, когда посмотрел в дубльдум Дамблдора, на четвертом курсе.
Ему не нужно ничего делать, только посмотреть в серебристый туман внутри.
Он глубоко вдохнул и склонился над чашей.
Сначала туман не показывал никаких признаков жизни или движения и Рон нагнулся ближе. Что-то подхватило его, мягко крутануло и через секунду, он обнаружил себя далеко от безопасности Хогвартса – в другом времени, в другом месте, телом и душой.
***
Рон находился в темной, едва освещенной комнате и глядел на три фигуры, сидящие напротив камина. Когда он подошел ближе, вид просто ошеломил его.
Это были Гарри Поттер, Северус Снейп и Дамблдор, но Гарри … все еще выглядел как Гарри, а не как … Квайетус, которого Рон узнал в прошлом году. И Снейп был таким странным – на его бледном лице не было обычной холодной маски, глаза были красными и на щеках были ясно видны следы слез.
Рон услышал, как говорит Дамблдор:
– Именно. Фадж находится под влиянием Люциуса Малфоя, который очень хочет стать директором Хогвартса.
– Но … это будет катастрофой! – в ужасе воскликнул Гарри-воспоминание.
Вдруг Дамблдор посмотрел прямо на Рона. Тот почти подпрыгнул в шоке.
– Да, это так, – кивнул Дамблдор-воспоминание. – И с другой стороны, если я позволю им узнать, что ты жив, они захотят допросить тебя в Министерстве, а после того, как Северус …
– Я уже рассказал ему о методах министерских расследований. И о моих показаниях вам тоже. Поэтому можете продолжать, – Снейп был таким странным. Таким человечным …
– Ну … скажем так: я не хочу передавать им тебя, чтобы они могли расследовать это дело. Но если они как-то обнаружат, что ты жив … – и Рон очень хорошо знал, какие способы дознаний используются в Министерстве. Теперь он понял, что события, которые он видит, происходили перед началом учебного года, потому что Гарри все еще был Гарри, но уже после их заключения, потому что они со Снейпом … сидели так дружно, рядышком друг с другом, под одним одеялом. И у обоих были свежие кровоподтеки на лицах, руках и шеях. Змеящиеся шрамы на шее у Гарри были ярко-красными. Рон содрогнулся.
– Это значит … значит, что я не смогу больше быть собой … – вдруг пробормотал Гарри. – Волдеморт хочет убить меня, Министерство хочет пытать меня … – Рон снова вздрогнул, поняв, что знает, что произойдет несколькими месяцами позже. – Я должен спрятаться или замаскироваться … Почему я вообще выжил? Я только хотел нормальной жизни, без страха и угроз, я не хочу скрываться или делать что-то вроде этого…
Рон подошел ближе,
– Гарри, Гарри, успокойся. Я уверен, директор уже что-то придумал. Ты выслушаешь его и мы вместе решим, что делать, хорошо? Итак, Альбус?
Рон повернулся к директору, но он уже точно знал, что тот скажет.
– Я уже сделал некоторые приготовления, Северус. Если ты примешь Гарри в свою семью, заклинание усыновления Джеймса будет разрушено и он станет выглядеть так, как выглядел бы без усыновления.
– То есть, я буду выглядеть как мой отец? – Гарри-воспоминание был совершенно напуган этой идеей. Рону внезапно стало стыдно. Вся эта сцена была такой … странной. Когда он думал об этом решении Гарри, то никогда не представлял, в какой ситуации тот находился. Он никогда не думал, что изменения были шокирующими для его друга. Тем временем Дамблдор продолжал:
– … Только мы будем знать правду. Только мы втроем. Больше никто. И я не хочу, чтобы еще кто-то узнал об этом.
– Но … но … как насчет Рона и Гермионы?.. – Гарри выглядел совершенно подавленным. – Они мои друзья. Они должны знать!
Челюсть Рона упала. Гарри хотел, чтобы они знали! Он вдруг почувствовал себя дураком. Он был таким эгоистом! Гарри пытали и чуть не убили, а он, Рон, вел себя как пятилетний малыш! Теперь все было таким очевидным. Это был секрет, очень опасный секрет – и он вовсе не показал себя достойным знать такие секреты.
– Гарри, я знаю, что это прозвучит жестоко, но ты не можешь сказать им. Это будет слишком опасно для всех, – да, на этот раз Рон был согласен с Дамблдором. И с каждым словом, что тот сказал еще:
– Это знание будет очень опасно для них… Простой факт, что вы друзья, уже будет очень подозрителен. Ты знаешь, Гарри, не так уж невероятно, что их будут допрашивать о тебе и о твоей смерти Министерство или Волдеморт, только потому, что они твои друзья…
– О мой бог… Я не подумал об этом… – прошептал Гарри. – Но это значит, что мне придется все начинать сначала.
– Ты снова можешь подружиться с ними, – сказал Снейп.
– Да, Рон, безусловно, будет счастлив подружиться с ТВОИМ сыном, – огрызнулся Гарри, – У него слишком много предубеждений против тебя. Я потеряю его…
Гарри знал… Рона тошнило от собственной глупости. И Гарри серьезно недооценил ситуацию. Он не просто потерял его, Рон стал его врагом.
В следующих сценах это стало очевидным. Их первая встреча в «Завитках и Клякцах»… Первое занятие по Трансфигурации, когда Гарри старался быть дружелюбным… Ответные насмешки Рона – там было много подобного, падение Рона с метлы – с гарриной метлы! Затем вся история в Хогсмиде – его жестокость, беспомощное состояние Гарри… Теперь Рон видел растущую панику Гарри, безнадежность в его глазах, страх, слезы унижения. Он хотел закричать на себя-воспоминание, остановить, сделать что-то, но не мог сделать ничего, совсем ничего и вдруг он обнаружил себя в маленькой пыточной камере, лицом к лицу с Волдемортом.