Сквозь стены
Шрифт:
И он был готов умереть.
И, может быть, последнее, что он сделает, убив монстра, позволит ему найти прощение за то, что он сделал с Гермионой.
Гермиона… Гарри крепко закрыл глаза, борясь с подступившими слезами. Гермиона…
Внезапно он снова схватил отцовскую палочку и указал ею на свою старую:
– Локодефай «Грейнджер»! – прошептал он.
Палочка исчезла, но Гарри не стал призывать ее обратно. Она появится лишь один раз и этого будет достаточно.
Он вздохнул и пошел на тренировку. Они снова разбили команду Слизерина
После тренировки у него была назначена встреча с Флетчером, который согласился с Северусом допустить Гарри назад на свои занятия, но сначала он хотел испытать силу мальчика, прежде чем принимать окончательное решение.
И на завтра была назначена еще встреча с профессором Флитвиком. Гарри улыбнулся. Профессор выглядел очень таинственно, когда просил Гарри присоединиться к нему, но мальчик был уверен, что это как-то связано с первым апреля и не возражал против хорошей шутки перед… Перед этим. Гарри встряхнулся и сосредоточился на тренировке.
– Я все еще не знаю, кто может быть предателем, – сказал ему Северус позже, когда они уже лежали в постелях. – Я говорил с Минервой и мы пробежались по именам учителей, но у нас нет абсолютно никаких зацепок. Но она сказала, что предупредила своих людей в Министерстве. И она не думает, что Министр на стороне Волдеморта. Даже Мерк… мистер Макгонагал на ее стороне.
Гарри был благодарен за полутьму в комнате. При упоминании имени директрисы холодная дрожь пробежала по его телу. Просто прекрасно. Главная приятельница Северуса – самая подозрительная персона. Но он не хотел больше спорить. Они уже довольно много спорили о ее роли в общем состоянии дел и Северус всегда настаивал на ее невиновности:
– Не суди никого по его обстоятельствам. Только то, что ее муж несет ответственность за твой арест и допросы, не значит, что Минерва согласна с ним или является его союзником в этой ситуации. Я знаю ее почти двадцать пять лет. Она всегда решительно выступала против агрессии, всегда олицетворяла гриффиндорскую храбрость, преданность и заботу. И она всегда была лучшим другом Альбуса. Если бы она захотела, то могла бы предать его гораздо раньше.
У Гарри не было аргументов, которые можно было бы этому противопоставить, но это не уменьшало его подозрения. Поэтому он просто старался держаться от Макгонагал как можно дальше, не привлекая к этому внимания Северуса.
– О, и я говорил с Мундунгусом после вашей встречи, – вдруг продолжил Северус. – Он сказал, что ты в гораздо лучшей форме, чем раньше, но он все еще считает, что сейчас для тебя рано возвращаться к Трансфигурации, потому что это перегрузит твое все еще хрупкое здоровье.
Гарри вздохнул:
– Значит, его ответ «нет».
– Да, – Северус посмотрел на него поверх книги. – И я с ним согласен. Ты немного набрал вес, но все еще остаешься недокормленным и квиддичные тренировки
Гарри издал недовольный стон, но не стал спорить. Это было бессмысленно: у него были более серьезные дела, о которых надо было побеспокоиться, например, Волдеморт или его собственная смерть. Зачем занимать себя Трансфигурацией?
Северус казался удивленным гарриной сговорчивостью, но не стал этого озвучивать.
Скоро оба отошли ко сну.
***
Следующее утро оба встретили измученными. У Гарри было ужасное видение ночью и в отличие от остальных, это было совершенно безумным, полным злобного хохота, пыток и крови, целого моря крови… Северус долго не мог добудиться его, так глубоко Гарри погрузился в это видение, которое длилось несколько часов.
– Я хочу, чтобы это закончилось, – сказал мальчик утром и мужчина беспокойно глянул на него.
Все остальные в школе были совершенно в противоположном настроении, весь день был наполнен шутками, забавами и надувательствами, но время шло и у Гарри крепло предчувствие чего-то нехорошего. Что-то должно было случиться.
Но до… до этого он хотел сделать одну вещь. Он хотел поговорить с Гермионой. Может быть, последний раз в жизни. Он хотел извиниться. Не потому, что искал прощения или принятия. Он не заслужил ни того, ни другого. Гарри просто не хотел умирать, не сказав ей, что сожалеет. И заботится о ней.
Но Гермиона ускользала от каждой его попытки и он внезапно понял, что почти наступило время ужина и уже надо торопиться на встречу с Флитвиком.
Значит, может быть, после.
Юноша подошел к кабинету профессора, но, к его удивлению, тот был пуст, когда он заглянул туда: дверь была полуоткрыта.
Гарри, не зная, что делать, подошел ближе к камину, где весело играло пламя. Тут открылась другая дверь, в дальнем конце кабинета и крошечный профессор заторопился через весь кабинет.
– А, мистер Снейп! – он сердечно улыбнулся. – Вы здесь!
Гарри кивнул. Это было очевидно.
Дверь кабинета закрылась, когда профессор быстро зачаровал ее.
– Итак, я пригласил вас сюда, потому что у меня есть небольшой сюрприз для преподавателей. И я хотел, чтобы вы помогли мне, – он подмигнул и широко улыбнулся.
Гарри улыбнулся в ответ:
– Чем я могу помочь, профессор?
Маленький человечек указал на кресла:
– Присаживайтесь. Чай? Кофе?
Гарри быстро подумал.
– Чай, пожалуйста.
Когда сервиз с чаем появился на столике перед камином, оба взяли ближайшую к каждому чашку и отхлебнули.
Мир вокруг Гарри подернулся туманом. И он внезапно понял, что Северус был прав.
Предателем была не Макгонагал. Им был профессор Флитвик.
***
Что было, то будет;
что было сделано, будет сделано снова;
ничего не меняется под солнцем.
Экклезиаст 1.9.
Гарри снова был там. Ему не надо было сильно напрягаться, чтобы немедленно узнать ТУ камеру.