Сквозь стены
Шрифт:
– Что теперь? – спросил женский голос. Он был незнаком Северусу, – это, должно быть, его новая студентка, девчонка Найт.
– Ты принесла свои учебники по зельям? – сердце Северуса остановилось – паршивец Поттер!
– Конечно, ты же мне сказал, – ответила девушка и Северус усмехнулся. Она явно пыталась флиртовать со школьной знаменитостью!
– Окей. Я принес свой учебник за прошлый год и заметки, которые делал в классе. Давай посмотрим…
Ничего интересного: шорох бумаги, легкий шум, будто кто-то сел в кресле
– Арес сказал, что ты лучший в Зельях, – проворковала девушка. Северус закатил глаза.
– Я. Был, – медленно ответил Поттер и зашуршал другой книгой. – Я больше не посещаю этот класс.
– Почему же ты не попросишь профессора, – она не договорила, Поттер перебил ее:
– Это не твое дело. Мы пришли проверить твою программу по зельям, а не обсуждать последние изменения в моей жизни, – очевидно, он не был осведомлен о ее намерениях.
– Так это правда?
– Что? – рыкнул Поттер.
О, злимся?
– Что пишут в газетах.
– Что именно ты имеешь в виду? – притворно-вежливо переспросил он. – Они пишут множество вещей.
Северус почти засмеялся. Поттер не понял, что его вовлекают в разговор, которого он пытается избежать любой ценой.
– Те вещи о тебе и профессоре Снейпе.
Охо-хо. Поттер не реагировал, и девушка продолжала.
– Что он отказался от тебя.
– Что? – недоверчиво воскликнул тот. – Чепуха! Он не отказывался от меня, я не его собственность, – возразил Поттер.
Браво, мисс Найт! Прекрасная ловушка!
– Он отказался быть моим опекуном, вот и все, – должно быть, Поттер выразительно поглядел на девушку, потому что на несколько долгих минут наступила тишина.
Потом он начал объяснять девчонке прошлогоднюю программу – видимо, те разделы, которые она не изучала. Северусу пришлось признаться себе, что мальчишка действительно был очень хорош в Зельях. Но это вовсе не означало, что он позволит ему посещать свои занятия.
Через некоторое время профессор заскучал и собрался уходить, но тут девушка задала еще вопрос, понизив голос:
– А… это правда, что Снейп…
– Для тебя – профессор Снейп, – громко перебил Поттер. Он, видимо, не хотел секретничать.
– …что профессор Снейп, – продолжала она тихо, – Пожиратель Смерти?
Наступила тишина и Северус подумал, что девчонка могла бы быть прекрасным репортером, даже лучше проклятой Риты Скитер.
– Как ты смеешь? – вдруг процедил Поттер. – Как ты смеешь?
– Ч-что? – начала запинаться она.
– Как ты смеешь обвинять его в этом? – голос Поттера был близок к свистящему шепоту. – Как ты смеешь распространять эту газетную ложь? Ты знаешь ответы. Ты можешь прочесть их где угодно.
– Но ты жил с ним целый год. Ты знаешь его лучше.
– Убирайся с моих глаз, – вдруг спокойно сказал Поттер.
– Но…
– Я сказал – убирайся! Занятие окончено. Ищи другого парня, чтоб с ним флиртовать.
Охо-хо, снова. А Поттер не такой дурак, каким кажется.
– Ты пожалеешь об этом, Гарри, – голос девушки звучал обиженно.
– Не думаю, что пожалею, если ты немедленно уберешься. Но если нет, то я сделаю что-нибудь, о чем точно пожалею!
После ухода девчонки Поттер долго не шевелился.
Когда Северус выскользнул из своего укрытия, он увидел худую фигуру мальчика, склонившуюся над столом. Лицо было спрятано в ладони, и только вздрагивающие плечи выдавали, что он плачет. Северус замер и впервые за последние дни легкое смущение начало смягчать огромную ненависть, которую он чувствовал.
Глава 10. Воспоминания.
Гарри прибыл как обычно: упал лицом вниз, пытаясь выбраться из камина. Кто-то схватил его за руку и помог подняться.
– Альбус предупредил меня, что ты придешь, – глубокий спокойный голос как-то успокоил довольно раздерганное настроение мальчика. Подняв голову, он посмотрел прямо в обеспокоенное лицо главной Целительницы:
– Я должен поговорить с вами, – выпалил он через пересохшее горло. – Я должен знать… я…что…
– Я знаю, молодой человек, – женщина указала ему на кресло и прислонилась к камину, как обычно. – Альбус рассказал мне о палочке. И если я правильно помню, вы знаете достаточно о заклятьях забвения и опасности их использования.
– Да, – пробормотал Гарри. Сердце бешено забилось в груди. – Но… я должен быть уверен. Я… – он не мог продолжать. Его голос затих, будто потерялся где-то на полпути. – Он всегда будет меня ненавидеть? – вдруг воскликнул Гарри.
Женщина вздохнула и закрыла глаза:
– Ты помнишь, что мы говорили о состоянии Северуса перед твоим первым визитом к нему? – тихо спросила она.
– Да, – ответил Гарри.
– Ты можешь сказать, что запомнил из того разговора?
Гарри попытался сконцентрироваться и вспомнить слова разговора двухмесячной давности:
– Вы сказали, что его эмоции серьезно пострадали, потому что он удалил все воспоминания о своем брате и что он почти совершенно забыл причины своих прошлых поступков. И запутался, – добавил он. – Но это было два месяца назад!
– Молодой человек, ситуация не так проста, как вы представляете. Двух месяцев недостаточно для исцеления и, особенно, для эмоционального исцеления.
Гарри замер при этих словах. Если кто и знал, как трудно преодолеть эмоциональный шок, так это он. У него ушел почти год на преодоление последствий их заключения и он все еще не исцелился полностью: у него все еще были кошмары по ночам и обострения, как приступ паники несколько дней назад, у него все еще были пищевые расстройства и эмоциональные всплески: обилие плача за последние дни было устрашающим.