Скупщик
Шрифт:
Только сейчас Кирилл заметил, что нет за столом ни Стасика, ни Олеси, и только Жанна, задремав, все еще сидит рядом на скамье, привалившись к стене. Но уже через мгновение она проснулась, глянула на Кирилла мутным взглядом, цапнула лежащую рядом сумку.
– Я домой! До завтра! – чмокнула Жанна Кирилла в щеку и, словно не замечая сидящего за столом незнакомца, встав, направилась к выходу.
Кирилл проводил ее недоуменным взглядом. Отлично! Как он упустил, что посиделки закончились?
– Пиваса хочешь? – спросил парень в капюшоне. – Угощаю!
Кирилл
– Чумовой все-таки альбом у Aerosmith, девяносто третьего года. «Get a Grip», слушал? – поинтересовался незнакомец, поставив на паузу трек в своем плеере. Один из проводков его наушников был грубо перемотан изолентой.
– Я тебя знаю? – осторожно спросил Кирилл, поймав себя на том, что не может оторвать взгляда от узоров, украшающих кисти рук неожиданного собеседника. Этот, ниоткуда появившийся тип показался Кириллу донельзя подозрительным. Этакая странная помесь спортсмена с хипстером. То ли он двинет тебе в челюсть, то ли сфотографирует для своего блога.
– Неа, – весело сказал парень, блеснув из-под капюшона голубым глазом. – А вот я тебя – да! Я ж на спектакли постоянно хожу. Вон, в субботу был!
– На Беккете, что ли? – удивился Кирилл.
– Ага. Крутая вещь! Ты, кстати, молоток, зал только на тебя и смотрит! А в «Макбете» ты как жару даешь, а? А в «Грозе» ты просто звезда!
Кирилл, не веря своим ушам, расплылся в смущенной улыбке.
– Серьезно? Ты на спектакли ходишь? – потрясенно хохотнул он, еще раз оглядывая собеседника. Широкие черные штаны-шаровары, высокие шнурованные ботинки на тяжелом протекторе, вытертый рюкзак из мягкой кожи, брошенный на пол. Татуированный Никита совершенно не походил на театрала.
Все еще находясь в приятном замешательстве, Кирилл сделал глоток пива и обомлел. Это был изумительный холодный портер, такой, каким он и должен быть – тягучим, чуть вяжущим, со сладковатым карамельным привкусом. Такое вкусное пиво Кирилл, кажется, пил только в Чехии, в прошлом году, на гастролях. Семен что, в припадке безумия проникся любовью к клиентам и открыл секретную кегу?
Парень в капюшоне с едва заметной ухмылкой наблюдал, как Кирилл смакует пиво.
– Скажу тебе честно, чувак – я твой поклонник, – с неожиданной теплотой в голосе сказал Никита. – Фанат! Если смотреть правде в глаза, в вашей богадельне ты реально самый талантливый. У тебя энергетика! Фактура! Я после Островского ночь не спал. Прикинь? У меня нюх на талантливых людей!
Кирилл оторвался от пива. Беседа удивляла его все больше и больше.
– Вот так и приходит слава… – сказал он после паузы с легкой иронией. – Мне и ролей-то, по сути, хороших не дают.
– Вот… Во-от!.. – продолжал Никита. –
Брови Кирилла поползли вверх. Черт! Есть же нормальные, понимающие люди, которые видят, что Кирилл гробит собственный талант на второстепенных ролях!
– А мог бы нормально в кино сниматься! – кивнул Кирилл, ошеломленный тем, что собеседник словно читает его мысли. – Меня на Первый канал недавно в сериал звали, а я отказался, дурак! Прикинь? Знаешь, сколько на Первом за съемочный день платят?
Никита понимающе кивнул. Кирилл вдруг понял, что это даже к лучшему, что его коллеги ушли, и он остался один на один с этим прикольным парнем. «Воображаю, как Стасик закатил бы глаза, если бы случайный собеседник заявил в нашей компании, что я – самый талантливый в труппе!» – злорадно подумал Кирилл.
А ведь он и правда хорош! Он хорош! Он способен на многое, а не только на те копеечные роли, которые ему достаются в последние годы. Просто уже очень давно никто не хвалил Кирилла. Не говорил ему, как он талантлив! Не оценивал глубину его дара по достоинству!
Кругом – сплошь завистники и фарисеи!
Кирилл сейчас не смог бы с точностью сказать, кто такие фарисеи, но это словечко показалось ему удивительно точным для обозначения тех псевдо-дружелюбных людей, которые окружают его в театре.
– А ты… только в театр к нам ходишь? – уточнил Кирилл.
– Не, я тебя и в кино видел! – мгновенно сообразив, к чему он клонит, сообщил Никита. – Только ты давно не снимаешься. Сериал такой прикольный шел, года три назад… Про врачей.
– «Второе дыханье»! – обрадовался Кирюша.
– Во-во! – кивнул Никита. – Точно! Мне понравился! И ты там круто играл.
Кирилл проникся неожиданным уважением к собеседнику. Ха, а ведь он не врет, и реально помнит сериал с его участием. Может быть, вот так, неожиданно, в жизни каждого настоящего актера появляются настоящие поклонники? Есть же у этого, прости, Господи, Зеленского, свой фан-клуб!
Никита глянул на Кирилла, а затем наклонился к нему и спросил уже другим, абсолютно серьезным тоном.
– За сколько ты бы продал свой талант?
– Что? – поперхнулся пивом Кирилл.
Кажется, звуки в баре странным образом поменялись – гул голосов отошел на второй план, а на Кирилла навалилась какая-то странная, звенящая, тревожная тишина. И в этой тишине был отчетливо слышен голос парня в капюшоне.
– Если бы у тебя была возможность продать свой талант, какую сумму ты бы хотел получить?
Кирилл замер в недоумении. Что значит, продать талант? Он внимательней вгляделся в лицо собеседника, пытаясь понять, что именно тот имеет в виду. Может быть, Никита – кастинг-директор или представитель актерского агентства, и, прежде чем представиться, таким вот замысловатым способом пытается выведать, сколько Кирилл возьмет за участие в каком-то проекте? Может, это новая фишка такая, новое сленговое выражение – «купить талант»? В смысле, нанять актера на роль в кино?