Скульптор

Фьюнаро Грегори

Да, теперь его волновало только то, сумеет ли он прицелиться.

— Плохой материал, — небрежно бросил убийца и нажал на курок.

Выстрел был сделан неряшливо, вслепую. Пуля вырвала кусок мягких тканей из правого плеча Кэти, развернула ее, швырнула на пол. Но женщина не останавливалась. Еще один выстрел, удар пули, отразившейся от бетона, однако Хильди уже успела перекатиться под микроавтобус. Скульптор взвыл от досады, увидев, как она выбралась с противоположной стороны и поднялась на ноги. Рука у нее была вся в крови, обнаженное тело покрылось ссадинами и грязью. Кэти охватила дрожь,

она всхлипывала, но не закричала, когда увидела, как Скульптор сдвинул боковую дверь микроавтобуса, ничего не сказала, разглядев, что он перезаряжает двустволку. Хильди лишь пятилась назад до тех пор, пока отступать дальше уже было некуда. Обнаженная спина женщины наткнулась на верстак.

Скульптор тоже ничего не говорил. Стоя посреди мастерской, он поднял ружье, целясь Кэти в голову.

Тут для доктора Хильдебрант время замедлило свой бег, даже остановилось совсем. Черный ангел вывалился из люка в потолке и упал прямо на Скульптора. Ружье выстрелило, но пуля прошла намного левее Кэти. Хлопок, шипение, и тотчас же помещение заполнил сильный запах серы. Затем время возобновило свой ход, вернулось в нормальный ритм. Хильди узнала Маркхэма, отлетевшего назад к микроавтобусу. Лицо окровавлено, рубашка черная, словно перепачканная нефтью.

— Сэм! — воскликнула Кэти, чувствуя, как у нее снова оживают ноги.

Однако понесли они ее не к нему. Нет, увидев, как сотрудник ФБР бессильно сполз на пол, Хильди бросилась к Скульптору.

Оглушенный, потерявший равновесие, тот встретил ее подобно костяшке домино, не оказав никакого сопротивления. Кэти с разбега налетела на него, сбила с ног, опрокинула прямо в медицинский чан из нержавеющей стали.

Скульптор плюхнулся в ацетон, разбрызгивая едкий реактив во все стороны. Хильди была уже тут как тут. Она навалилась на крышку, захлопнула ее, успела закрыть лишь одну из четырех защелок, когда убийца заколотил изнутри, как вампир, восстающий из гроба.

Тут краем глаза Кэти увидела языки пламени.

Шальная пуля, выпущенная Скульптором, попала в аппарат дуговой сварки, тот заискрил, и разбрызганный ацетон вспыхнул. Женщина попятилась от микроавтобуса. Преступник своими бешеными движениями раскачивал чан, из-под неплотно закрытой крышки выплескивался все новый ацетон. Языки пламени множились, объединялись, окружали Кэти со всех сторон. Тут она заметила ключ, вставленный в замок зажигания.

— Сэм, поднимайся! Залезай в микроавтобус!

Сама не зная, откуда у нее взялись силы, доктор Хильдебрант затащила находящегося в полубессознательном состоянии сотрудника ФБР в открытую боковую дверь, села за руль и повернула ключ. В этот момент Скульптор вырвался из чана в фонтане ацетона. Включив заднюю передачу и дав полный газ, Кэти увидела, как убийца вспыхнул. Пылающий демон что-то кричал, указывая в ее сторону, но тут чан с ацетоном грохнул. Сила взрывной волны выдавила весь воздух из легких Хильди. Объятый пламенем микроавтобус задом выбил ворота. Кэти изо всех сил давила на педаль газа, стараясь уйти от огненного покрывала, которое обволакивало облитое ацетоном ветровое стекло, пытаясь проникнуть внутрь.

Микроавтобус остановился, налетев на дерево.

— Сэм! — крикнула женщина, вытаскивая Маркхэма

из огня.

Она помогла ему подняться на ноги и, не обращая внимания на вывихнутую щиколотку, потащила прочь по грунтовой дороге, заросшей высокой травой.

Они успели отойти от микроавтобуса ярдов на двадцать, когда новый взрыв ударил им в спину горячей волной и повалил на землю. Но Кэти не стала оборачиваться и смотреть на бывшую конюшню, быстро исчезавшую в объятиях пламени, щедро подпитываемого химическими реактивами. Нет, теперь она думала только о Маркхэме.

— Все кончено, Сэм, — прошептала Кэти, прижимая его к себе окровавленными руками.

ЭПИЛОГ

Год спустя, воскресное утро.

Где-то в Коннектикуте.

Закрыв сотовый телефон, Кэти просто сидела на крыльце, наслаждаясь кофе и глядя на реку. Все произошло настолько быстро, что до сих пор не растеряло налет новизны. Все-таки это был ее дом. Однако разговор с Рондой, ее новым литературным агентом, вывел Хильди из душевного равновесия, оставив чувство отрешенности и смятения.

Так что когда Сэм Маркхэм подсел к ней, она не сразу заметила его присутствие, а потом спросила:

— Извини, ты что-то сказал?

— Я просто поинтересовался, хочешь ли ты еще кофе.

— Нет, спасибо.

— Что тебе сказала Ронда?

— Все как всегда — вопросы гонорара и отчислений от тиража новой книги. Но главное то, что меня приглашают в Голливуд в качестве консультанта фильма. Встреча с режиссером, сценаристом и все прочее. Я не до конца поняла.

— Скоро?

— На следующей неделе.

— Как раз тогда, когда Джанет и Дэн собирались приехать в гости?

— Да.

— Проклятье! Да, в Голливуде все делается быстро.

— Я сказала Ронде, что на следующей неделе не могу, и она обещала постараться все подстроить под мой распорядок.

— Какая ты у нас крутая. — Сэм Маркхэм улыбнулся, нагнулся к ней, чтобы поцеловать, и поморщился от боли.

Кэти принялась растирать ему плечо.

— Сегодня очень беспокоит?

— Нет. — Маркхэм усмехнулся. — Просто сделал неловкое движение.

Хильди знала, что он говорит неправду, не сомневалась в том, что ее Сэм никогда не станет жаловаться. Она поцеловала его, и разговор с Рондой об отчислениях и правах на экранизацию ее еще не законченной книги испарился бесследно, как только жена посмотрела в глаза мужа и в который раз напомнила себе, как же ей повезло, что не пришлось его потерять.

«ЗИГ-Зауэр» Скульптора и в самом деле хорошо, сверху донизу, поработал над специальным агентом Сэмом Маркхэмом. Пули раздробили кости левого плеча, прошибли насквозь левое легкое и в довершение оторвали клок мягких тканей от правой ноги. Врачи сказали, что плечо заживет, хотя, может быть, и будет время от времени ныть к дождю, но вот прихрамывать Маркхэму придется до конца жизни. При последней пластической операции врачи восстановили ему правое ухо. Повязки сняли только неделю назад, и Кэти то и дело ругала себя, когда, забывшись, начинала ласкать эту сторону лица.