Скрытое сердце
Шрифт:
— Ксандер? — Её голос был тихим и сонным.
— Да?
— Я правда рада, что мой брат спас тебе жизнь.
— Я тоже. — Впрочем, сейчас я, наверное, был рад этому больше, чем когда-либо. Жизнь была чертовски хороша в этот момент.
— И я рада, что ты здесь со мной. Прости, что пыталась заставить тебя уехать.
— Я бы всё равно не ушёл, — сказал я.
Она крепче сжала меня в объятиях.
— Знаю. Мне это в тебе нравится.
Глава 15
Келли
Я
Мои глаза распахнулись. Первое, что я увидела, — это скат потолка из сучковатой сосны. Опустив взгляд, я заметила татуировки на мощном мужском предплечье, которое властно лежало на моём животе. Воспоминания о прошлой ночи нахлынули, и по телу пробежала дрожь, доходя до самых кончиков пальцев.
Я не могла в это поверить — я переспала с этим здоровенным бородатым увальнем.
Не просто секс — потрясающий секс. Горячий. Сногсшибательный, заставляющий кровать двигаться, с двумя оргазмами. Удивило ли меня это? Не особо. Ксандер жил с той уверенностью, которая бывает у человека, который знает, что может отвечать за свои слова.
А это тело… Боже. Эти мышцы. Татуировки. Этот рот. Эти руки. Этот член. Между ног у меня пронеслась волна жара, за ней последовало непроизвольное сокращение мышц. Маленькое послание от тела к мозгу — хочу ещё.
Могла ли я позволить себе ещё? Это было бы весело, но разумно ли? Может ли этот жаркий курортный роман аукнуться мне потом?
Я не видела, как. Я доверяла Ксандеру — он не побежит сливать подробности в жёлтую прессу, не продаст историю сплетникам. Мы не целовались на публике. Наших снимков в обнимку не появится в развлекательных новостях с догадками о том, кто спит с Пикси Харт. Дюк их не увидит и не набросится на меня в приступе ревности.
Не то чтобы мне было важно. Я ему не принадлежала. И он не пытался меня вернуть — ему просто хотелось, чтобы дверь в мою спальню оставалась для него открытой. Ему нравилось внимание, которое мы привлекали. Он наслаждался мной, как конфеткой на своей руке.
Ну и чёрт с ним. У меня не было иллюзий — если бы я не была Пикси Харт, ему было бы плевать. Возможно, сначала это льстило — внимание такой известной звезды, ощущение, что среди множества женщин он выбрал именно тебя, что ты особенная. Но реальность быстро дала о себе знать. Он не выбрал меня. Он даже не знал меня. И уж точно не был мне верен.
Я вспомнила слова Ксандера прошлой ночью.
— Тебе не нужно играть. Мне не нужен спектакль. Я не хочу трахать Пикси Харт.
Как он мог знать, что мне так нужно было это услышать?
Вдруг рука, лежавшая на моей талии, сжалась крепче.
— Уже завтра, — его голос был хриплым, прямо у моего уха.
— Да?
— Ты сказала, что завтра
Я рассмеялась.
— Едва ли.
— Это значит, что ты не хочешь? — его рука скользнула ниже.
Я уже собиралась сказать: «Конечно, хочу, так что продолжай», но вдруг вспомнила, что он говорил про сопротивление. Я сжала ноги, не давая ему доступа.
— Ты не можешь просто так дарить мне оргазмы, когда тебе вздумается. Ты мной не владеешь.
Он замер. А потом понял — мы играем.
— Скажешь медвежонок, всё закончится, — прошептал он.
— Окей.
Повернув руку в сторону, он скользнул пальцами мне между бедер.
— Ты этого не хочешь?
— Нет, — сказала я, потянув его за толстое, крепкое запястье. Это было все равно что пытаться поднять бетонную плиту мизинцем. — Я уже говорил тебе однажды, что мне надоело, что мной помыкают. Я устала от того, что все указывают мне, что делать. На этот раз я буду сопротивляться.
Не прошло и двух секунд, как он прижал меня животом к матрасу, а его тяжелое тело навалилось мне на спину.
— Сделай это. Сопротивляйся.
Я извивалась, как будто хотела убежать. Одна моя рука была зажата под животом вместе с его, но я замахнулась на него другой — он рассмеялся и дал мне повертеться, прежде чем схватить меня за запястье свободной рукой и заломить эту руку мне за спину.
Поставив колени по обе стороны от моих бедер, чтобы удержать их на месте, он каким-то образом захватил мою вторую руку, так что его запястья были скрещены и прижаты к моей пояснице.
— Тебе придется бороться сильнее, детка.
Я барахталась, брыкалась и извивалась, но верхняя часть моего тела была словно залита цементом.
— Это нечестно, — выдохнула я, поворачивая голову в сторону. — Ты намного больше и сильнее меня.
— Ты права. Это совсем несправедливо.
Каким-то образом он обхватил одной рукой оба моих запястья, удерживая их на месте, в то время как другой просунул руку под мои бедра и приподнял их. Затем он скользнул пальцем внутрь меня сзади. Или, может быть, это был его большой палец.
— Ты мокрая. — Его тон был дерзким. — Ты хочешь этого.
— Я не хочу, — солгала я, внутренне умоляя о большем.
Как будто услышав меня, он вошел глубже, каким-то волшебным образом изогнув палец, отчего мой рот широко открылся на быстром выдохе.
— Лгунья, — прохрипел он, проводя кончиками пальцев по моему клитору медленными чувственными кругами. — А теперь кончи для меня.
— Никогда. Иди к черту.
Я задыхалась от желания, мои соски затвердели и покалывали, нижняя часть тела налилась жаром и удовольствием. Я хотела двигаться, трахнуть его руку, отказаться от борьбы. Но больше всего меня заводила игра в сопротивление.